Она закрыл глаза, и перед глазами сразу появилась аппетитная грудь с розовыми сосками. Она приятной тяжестью лежала на ладони. Он сразу вспомнил большие и мягкие полушария Кристины и вздрогнул: неужели он будет теперь сравнивать девушку, которую любил, с незнакомкой, с которой один раз переспал? Нет, это никуда не годится!
Стоп!
Розовые соски могут быть только у женщины, никогда не кормившей грудью ребенка. Погоди-ка. значит, у нее нет детей? И она вряд ли замужем. В квартире он не заметил признаков мужчины.
Максим неожиданно почувствовал радость и тут же рассердился на себя.
И зачем ему нужно это знание? Нет, и нет. Он же не собирается жениться на первой встречной красотке, да еще и на такой, которая прячет лицо. О! А вдруг у нее там шрам на полщеки!
Хотя… над этой идеей можно было бы подумать.
Максим сразу представил вытянутое лицо Кристины, узнавшей о его скорой женитьбе, и даже испытал некоторое удовлетворение.
Максим посмотрел в окно. Ночная Москва была прекрасна. Это удивительный город. Он никогда не засыпает, но ночью столица по-настоящему расцветает.
Мимо проносилась сверкающая цепочка фонарей. Светодиодные вывески над витринами магазинов весело подмигивали и разгоняли темноту. Здания, мосты, украшенные подсветкой, привлекали редких прохожих. Движение, шумное и суетливое днем, сейчас казалось размеренным и чинным, будто автомобили тоже вышли на прогулку.
Мысли опять побежали по кругу и вернулись в квартиру Пантеры. Максим не хотел признаваться себе, но девушка его потрясла. Такая раскованность и смелость (не каждая решится нацепить маску и выйти в клуб в поисках партнера на ночь) в сочетании с нежностью и какой-то незащищенностью вызывала желание покровительствовать, оберегать ее, как драгоценный сосуд.
Картинка безмятежно лежавшей на кровати Пантеры, с непередаваемым ароматом кожи, глазами, влажно блестевшими в прорезях маски, вызвала напряжение в паху. Максим почувствовал, как жар расплывается по бедрам.
– Приехали, – голос водителя вырвал Максима из размышлений.
– Что?
– Приехали, говорю. Расплачиваться как будете? Наличными?
– Нет, картой.
Максим поднялся к себе, на цыпочках прошел в спальню и наткнулся на немигающий взгляд брата.
– Фу, напугал меня! – воскликнул Максим. – Ты почему не спишь?
– А ты бы на моем месте спал? – вопросом на вопрос ответил брат.
Он взялся руками за край кровати, подтянулся и сел, прислонившись к спинке кровати. Максим привычным жестом поправил для него подушку. Еще недавно Славка жил с ним: Максим настоял на этом. Помогая брату в трудный период жизни, он хотя бы частично гасил чувство вины, съедавшее его изнутри.
– Да, прости, – и опять от жалости к самому близкому человеку сдавило сердце.
– А ты где был?
– Просто вышел с Ильей проветриться.
– От тебя пахнем сексом.
– В честь чего ты так решил? – сдавленно поинтересовался Максим и стал раздеваться.
Он был потрясен проницательностью брата, поэтому излишне суетился, перебирал вещи в шкафу, попал двумя ногами в одну штанину спортивных брюк.
– Просто. Ты вошел, довольный, как мартовский кот. Еще и песенку напевал, – засмеялся брат. – Рассказывай, что за нимфа пленила твое тело?
– Ты вправду хочешь это знать?
– А что? Спать я все равно не могу. Утром сразу поеду в больницу. Давай, делись.
Максим сел на край кровати.
***
Новый день принёс новые проблемы, хотя утро начиналось замечательно.
Максим проснулся рано и в отличном настроении. Умываясь, готовя завтрак для себя и брата, он все время вспоминал вечер с Пантерой. Эта незнакомка будто перезагрузила его сознание. Три месяца, проведённые в аду страданий, вдруг показались ему теперь бессмысленными.
Он покрутил упаковку с таблетками, которые ему прописал врач, но пить не стал: сегодня он был уверен в своих душевных силах.
– Ты готов? – спросил он брата, выехавшего из ванной.
– К чему? – удивился Славка.
– Я предлагаю позавтракать и поехать в больницу. Маму и папу заберём домой.
– А Кристину? – тихо поинтересовался Славка.
– Кристину навестим и, если хочешь, тоже привезём домой.
– Ты уже на неё не злишься?
– Нет.
Ответ прозвучал, как выстрел, поэтому Максим смутился, положил на тарелку яичницу и подвинул ее к брату.
– А на работу не пойдёшь? У тебя разве нет сегодня встреч?