Он постоял молча, глядя на ожидавших его рассказа посетителей таверны, и, не сказав ни слова, вышел вон.
Бар
После всего произошедшего, мне стоило бы вернуться домой, помириться с Ульяной, умыться, в конце концов, но меня понесло к метро. Мне нужно было время, чтобы разобраться, расставить все по своим местам и найти всему, что я видел, хоть какое-то разумное объяснение.
– Кому я лгу? – выругался я, внезапно остановившись посреди дороги. – Нет и не может этому быть разумного объяснения! Этому не может быть вообще никакого объяснения. Мне всё это снится! – сказал я и не верил ни единому своему слову.
Да, когда-то я мог остановить сон и поменять правила; только осознание того факта, что я сплю, делало меня хозяином сновидения и оно становилось робким и послушным. Сейчас же было не так: все происходящее ни в малой степени не хотело мне подчиняться и походило этим на самую суровую реальность.
Я вспомнил этого странного человека с волчьими чертами лица. У него были глаза безумца, но с ума сходил я, а он был уверен в том, что делал и говорил.
– Они не убили моего хозяина! Вы целы и больше я не дам вас в обиду. Старый Гаспар сможет защитить своего господина.
Он помог мне подняться, осматривая меня и очищая от снега.
– Бегите, барон! Это были люди Гизов. Они не смогли убить вас в Васси, искали вас в родовом замке, а теперь пришли за вами сюда. Вы не уроните своей чести, если убежите. Эти двое вернутся с подмогой, но верьте мне, что отсюда им уже не уйти. Пусть их будет много, но им не справиться со мной. Видите, эту большую луну? Она начала менять цвет. Если надо, я сожгу город, но выведу под корень весь Лотарингский дом и не пощажу вашего родича Монморанси. Идите, Габриэль – луна меняет цвет на красный, и вам не стоит видеть того, что здесь произойдёт. Купите лошадь, или украдите её, если не будет лошади идите столько, сколько хватит сил. Вы настоящий Ковиньяк, и силы у вас больше чем вы думаете, иначе мои предки не служили бы вашему роду столько лет. Идите, мой мальчик, я не зря оберегал вас с самого вашего детства, чтобы сейчас оставить в беде. Бегите!
И, оскалившись, он растворился в лесу.
А я побежал так же, как бежал сюда меньше часа назад.
И только оставив за собой последние деревья, уже на дороге, ведущей к метро, я остановился, потому что я был не Ковиньяк, и мои силы уже давно кончились.
– Куда мне теперь? – спросил я самого себя, пытаясь восстановить дыхание, и, не находя ответа, заставил свои ноги продолжить движение. – Почему я убежал? – продолжал я спрашивать, переставляя ноги, шаг за шагом по пустой проезжей части. – Он велел мне бежать, и я… А что он сказал про луну? Она стала менять цвет? Странно, мне тоже показалось, что-то подобное, – и я задрал голову вверх, чтобы увидеть, какого она цвета, но луны не было видно за облаками, лишь в небольшом просвете неба, ярко горела красная точка, похожая на спутник, или самолёт.
Странное чувство охватывает, если идёшь по абсолютно пустой улице в перенаселенном городе. Начинает казаться, что на город напали инопланетяне, или его поразила неведомая эпидемия, унесшая всех жителей. В такие моменты одиночество становится острее и безысходнее, а вслед за одиночеством приходит надежда, что ещё не поздно начать все заново, с чистого листа: нет больше никого, кто мог бы напомнить тебе об ошибках, нет тех, кто попрекнёт прошлым, никто не занял твоего места, не с кем состязаться и нет смысла кому бы то ни было что-то доказывать. Есть только ты – делай что хочешь. Никто не сможет тебе помешать. «А чего я хочу?» – подумалось мне. И тут же ответ загорелся неоновой вывеской: « Бар "Панург и его бараны"».
«Что же, – решил я – Мне это вполне подходит. Это наверняка про меня». – И я направился к питейному заведению, которое раньше никогда не попадалось мне на глаза.
– Эй, есть кто-нибудь? – в баре было пусто, как и перед ним, как не было ни одного человека на улице, по которой я шёл.
Я присел на высокий барный стул и стал смотреть по сторонам: это было типичное питейное заведение, такое, каким оно должно быть – разумное и удобное. Оно напоминало бары из американских фильмов, с длинной стойкой, грязноватым большим окном, через которое в полумрак бара проникал красноватый свет неоновой вывески. Множество бутылок с разноцветными этикетками стояли на полках над тем местом, где должен был находиться бармен. Но бармена не было, как не было и посетителей.
«Оно конечно романтично и загадочно», – решил я.– «Но в абсолютно пустом городе, должен быть бармен. Иначе кто мне нальёт хитрый коктейль? Кто побеседует со мной?»
– Хотите, что-нибудь выпить? – из помещения, прикрытого занавеской, которого я раньше не замечал, вышел человек. В руках у него было полотенце, он протирал им высокий стакан.