- Ларс? - Прорычал темноволосый мужчина.- Ларс? Что творишь, брат?
Второй, с рыжеватыми волосами, сосредоточил свое внимание на мне, его глаза метались между мной и тем, кто! наверняка был его братом.
- Мира...
Ларс выдохнул мое имя, как давно забытую молитву, призывая что-то. Что именно, мне предстояло выяснить.
- Это ТВОЯ Мира? - спросил рыжеволосый, затем сделал шаг вперед, наклонив голову набок, его ноздри заработали, как у огромного хищника. – Ммммм, мне нравится то, что я слышу…
- Свити, - тихо зашептала мне на ухо Люси, - что происходит? Кто такая Мира?
Я не просто не знала, что ответить. Я зависла. Ничего не слышала, кроме его дыхания, ничего, кроме его глаз не видела.
И только тоненький, властный и ужасно недовольный голосок вырвал меня из плена густого дурмана и мужского флера, будто осторожно пробовавшего меня на вкус.
- Мама?!!- закричала моя Альфа, врываясь в приёмную. - Нам обязательно уходить именно сейчас? Я играла на приставке и победила Арона!
- Аля...- дрожащим голосом позвала я ее по имени. - Аля, пойдем. Нам нужно идти. Шоколадное мороженое, помнишь?
- Но, маааам...
- Альфа Яргар, - я зарычала лютым зверем, заставив изумлённо замолчать всех присутствующих - сейчас же неси свою задницу сюда, или в твоем ближайшем будущем не будет никаких мороженых-пирожных.
На некоторое время в комнате воцарилась тишина. Я отвела глаза от мужчин. Какой-то глубинной части меня это совсем не понравилось, что-то внутри кричало мне бежать, бежать, бежать. Но вопреки этому странному посылу, я подошла к дочери, которая стояла рядом с Ароном, скрестив руки на груди и с ужасно недовольным выражением лица.
- Котёнок, - сказала я, смягчив голос настолько, насколько смогла. - Нам нужно идти, но мы будем регулярно сюда возвращаться. Ты сможешь общаться с Ароном и многими другими детьми, такими же, как ты. Будет весело, гораздо веселее, чем сегодня, но наше время закончилось. Теперь другие люди должны видеть Арона и Кенди.
Аля вскинула голову и посмотрела Арону прямо в глаза.
- Это правда? Вы разрешите нам с мамой сюда приходить?
- Верно, детка. Как только мама подпишет все документы, мы впишем тебя в расписание. Ты сможешь приходить пару раз в неделю, иногда даже в школьное время, - ответил он, подмигнув.
Моя дочь не совсем успокоилась, но всё же протянула мне руку, показывая, что мы можем идти. Я с огромным облегчением взяла ее и повела к выходу, лавируя между всё ещё молчавшими посетителями, как сапер на минном поле.
Когда я проходила мимо темноволосого мужчины, он резко нагнулся и втянул носом воздух у белокурой головки девочки.
- Она пахнет тобой, Ларс, - повысил голос мужчина,- почему она пахнет нашей стаей, Ларс?
- Заткнись, Морган, - сказал рыжеволосый мужчина, подталкивая своего брата. - Не устраивай гребаную сцену.
И сделал шаг в сторону, перекрывая нам с Алей путь.
- Так вот почему мы здесь? Из-за нее? - сказал мужчина, Морган, совершенно не смущаясь. – Какого …, Ларс? Что ты натворил?
- Прекрати ругаться при ребенке!- огрызнулся Ларс, он, не отрываясь, смотрел мне в лицо.
В его голубых глазах застыла боль, его взгляд прожигал меня. Он рассматривал меня, Алю и то, как я держала ее за руку. Мне даже на мгновение стало жаль его, настолько растерянным он казался.
- Не пугай мою...
- Замолчи! Не говори этого, - зарычала я на него, встав между моей дочерью и этими мужчинами. - Не смей, блять, произносить это!
Но впиваясь взглядом в лица суровых мужчин, я совершенно забыла одну простую истину, известную даже девчонке-оборотню. Нельзя! Нельзя пристально смотреть альфе в глаза. И нельзя бежать, провоцируя альфу на погоню.
Я же яростно по очереди сверкала на всех троих глазами.
Темноволосый мужчина вдруг пригнул голову, немного ощерил губы, показав мне удлинившиеся клыки и сделал шаг ко мне.
В этот момент произошло то, что заставило всех замереть.
Моя дочь, моя маленькая девочка выскользнула из-за моей спины, встала передо мной и со всей силы зарядила носком туфельки по голени темноволосого.
- Не смей рычать на мою маму! Мама?- Аля протянула мне руку. Она была смелая, моя девочка. Но всё же она была ещё такой маленькой. Она скорее вибрировала, чем дрожала. Даже её растрёпанные, светлые, как у отца волосы шевелились в такт её вибрации. Её глаза, казалось ещё чуть-чуть и выскочат из орбит, ротик испуганно приоткрыт. - Ты сказала мне никогда не произносить это слово.