«Не думай об этом! – уговаривала себя она. – Просто не думай! Всё будет хорошо, генетика сработает в твою сторону. Не может же жизнь оказаться настолько несправедливой, чтобы и тут повернуться к тебе спиной?!»
Пока старшее поколение договаривалось о церемонии и решало прочие организационные вопросы, Виолетта завела Яра в свою комнату и распахнула на нём рубашку.
– Виол, что ты… – растерялся он и собрался прикрыться, но она не дала, развела полы, чтобы увидеть, как поперёк его груди наливается багрянцем след от удара ремнём.
– Прости… – прошептала Виолетта, сморгнув слёзы, и провела дрожащими пальчиками по красной полосе. – Давай кремом от синяков помажем… – и зарылась в личную мини-аптечку.
– Да это ничего, не смертельно, не по лицу же, – храбрился парень, но послушно позволил себя намазать и лишь слегка поморщился, когда её пальцы коснулись будущей гематомы.
– Отец такой, мог и по лицу, – пробормотала она.
Сейчас, после всего сказанного и сделанного отцом, который жаждал выместить своё возмущение, Виолетте было отчаянно стыдно не только перед будущими свёкрами, но главным образом перед Яриком. На него орали, ему наговорили множество обидных слов, ударили, а он ведь даже не был виноват ни в чём. Ярослав принял всё это, а она думала, что никогда, до конца своей жизни не сможет расплатиться с ним за то, что он для неё делал.
Не так Виола представляла своё замужество, не такие чувства хотела испытывать, но главное, что родители одобрили свадьбу. Церемонию скоропалительно провели в начале августа, получив на руки справку о беременности и избежав необходимости ждать положенные два месяца. Невеста была в скромном белом платье, которое презентовали свёкры, из гостей только самые близкие. Свидетелями позвали Ритку и её партнёра Вовку, которые были дружны с обоими молодыми.
Большого праздника не устраивали, так, накрыли стол дома у Ланиных. Отец Виолы мрачно смотрел на молодожёнов и больше пил (вернее, выпивал), чем ел. Мама тоже выглядела далеко не счастливой. Зато тётя Света и дядя Женя, кажется, искренне радовались невестке и будущему пополнению в семье. Приехала и Катерина с мужем. Расцеловала Виолетту в обе щеки и поделилась новостью, что тоже скоро станет мамой: они с Иваном наконец-то выбрали ребёнка на усыновление.
Виола сидела во главе стола и всё ещё не верила, что стала женой и у неё теперь есть муж. Фамилию она менять не стала. В танцевальных кругах их знали как Виолетту Городецкую и Ярослава Ланина, так оно и должно остаться. Ярик, кстати, тоже был достаточно скован, но его рука с кольцом на пальце сжимала под столом её левую руку, давая силы выдержать всю эту свадебную кутерьму.
Невеста ела мало: под пристальным взглядом отца попросту кусок в горло не лез. Как ни странно, во время застолья не было радостных выкриков «Горько!», да и в ЗАГСе молодые ограничились поцелуями в щёку. Для Виолы это был не брак, а фактически операция по спасению, и Яр был достаточно чуток, чтобы не требовать от неё того, к чему она была сейчас совсем не готова.
Зато почётный танец молодожёнов они станцевали с удовольствием. Виолетта вообще любила танцевать с Яриком, она в такие моменты забывала обо всём и наслаждалась синхронностью их движений и тем, что они становились фактически едины. «На одной волне», – сказали бы одни. «Четыре ноги, одно сердце», – улыбнулись бы другие.
– Знаешь, Виолетта, как мне хочется подержать маленького на руках?! – мечтательно сказала тётя Света, когда после ухода гостей преподнесла Виоле символичные белые пинетки. – Я так за вас рада! – она расцеловала юных супругов. – Будьте счастливы!
– Давай, сын, теперь ты муж, – дядя Женя хлопнул Яра по плечу. – Только от тебя зависит, куда поплывёт ваша семейная лодка. Счастья вам, дети! – и тоже расцеловал молодых.
А Виола слушала всё это и чувствовала себя обманщицей.
Глава 5
Виолетта множество раз засиживалась у Ярослава допоздна, но ночевать собиралась впервые. Как-никак она теперь тоже член семейства Ланиных, так что имеет право оставаться тут на вполне законных основаниях. Раньше о таком и помыслить было невозможно. Её родители, ограничившись скупыми пожеланиями, уже ушли. Вернее, Евгений Петрович и Вовка помогли маме дотащить основательно поддатого отца до квартиры, а потом и до кровати. Хорошо уже, что он стойко держался до конца мероприятия и по пьяни не устроил скандал, возмущаясь, что у него отобрали дочь.