АНТОНИНА
Он — чудовище!
Боже, какое же он все-таки чудовище! Ведь неспроста мне решил помощницу подобрать. Это чтобы я ее всему обучила, а потом Григорий Андреевич просто меня уволит. Выкинет из компании без выходного пособия.
Но, приказ есть приказ, и я покорно бреду в отдел кадров.
— Помощницу хочет? — удивленно вскидывает брови Нина Алексеевна, наша кадровичка.
— Угу.
— А что ты такого сделала, Антонина?
— Вчера кое-что произошло. — признаюсь я. — Босс мною недоволен. Поэтому отдал такое распоряжение.
— Поэтому Юсупов вчера заходил, твое личное дело брал.
— Он взял мое личное дело⁈ — переспрашиваю я со все нарастающей тревогой.
Нина Алексеевна кивает.
— Он меня уволит. Теперь я это понимаю.
— Ох, Антонина… — вздыхает Нина Алексеевна. — У тебя самое лакомое местечко. Тихо, тепло, красиво и уютно. А еще зарплата хорошая.
— Это верно.
— Ну как можно совершать ошибки на твоей должности? — сердобольно сокрушается Нина Алексеевна.
— Так случилось. Что теперь поделать?
— Ладно. Подберу нашему генеральному дурочку. Чтобы на твоем фоне особо не выделялась.
— Мне сейчас только этого не хватало, Нина Алексеевна, у меня и так столько проблем! — признаюсь я.
— Я все сделаю, как надо. — кивает добрая кадровичка. — А ты будь начеку. Перестань совершать глупые ошибки.
Легко сказать… Порой, ошибки вообще от меня не зависят.
Глава 6
Глава 6
ГРИГОРИЙ
Конец рабочего дня.
Я снимаю очки, тру уставшие, потерявшие резкость глаза от долгого глядения в экран. Встаю, разминаю затекшую спину, и подхожу к окну во всю стену. Закат догорает последними лучами, освещая город внизу.
Надо поехать в зал. Что-то я в последнее время заработался и забросил занятия боксом. Надо уделять время спорту, а то не ровен час отращу себе пузо. А мне нельзя расслабляться. Я еще даже не успел жениться. Поэтому, мне рано терять форму.
Выключаю компьютер, закрываю крышку ноута, подхватываю планшет, и иду к двери. Приоткрываю ее.
Березина! Она еще тоже не ушла. Стоит у окна, зажав телефон плечом. Ее плечи мелко трясутся, будто она плачет.
Я хочу было пройти мимо, кинув короткое слово прощания, но что-то в ее фигуре, хрупкой и миниатюрной, застывшей на фоне заката, заставляет меня остановиться. Мои сотрудники ранее не позволяли проявлять себе эмоции при мне. Тем более, плакать. Но, Березина, к ее чести, и не рыдает в моем кабинете, так, мелко дрожит в своей приемной у окна. Оглаживаю взглядом ее фигуру, задерживаясь на пояснице, и на том, что пониже, что скрывается за строгой офисной юбкой-карандаш. Силой заставляю себя поднять взгляд выше.
— Нет, Антон, я не скрываю от тебя дочь! — тихо, но со злостью говорит Березина дрожащим голосом. — Ариша заболела!
Хм… Ариша… эта вчерашняя пигалица, которая попортила мне документы и кресло. Вчера она была здорова. Интересно, чем могла заразиться?
— Я хорошо за ней смотрю! Она в садике подхватила инфекцию. Там полгруппы болеют.
Слышно, что Березина возмущена словами собеседника.
— Не надо к нам приходить. Детские инфекции очень заразны! — продолжает дрожать Антонина. — У тебя потом будут две недели сопли литься, и температура под тридцать семь!
Ого, температура под тридцать семь — это мощно! Я, как и многие, умираю при подобной температуре.
— Вот выздоровеет она и придешь, навестишь.
Ее собеседник рычит в трубку, я не могу разобрать, что.
— Да пошел ты! — едва слышно отвечает Березина, скидывает звонок, и закрывает лицо руками.
Мне становится невыносимо. Я растерян, и не знаю, как отреагировать. Невольно стал свидетелем чужой сцены. К себе не могу вернуться, и пройти мимо, тоже не могу.
Кашляю.
Березина подскакивает от неожиданности и поворачивается в мою сторону.
Тушь размазана, пухлые губы трясутся и неестественно блестят, будто она искусала их во время разговора. Глаза яркие, синие, испуганные.
— Григорий Андреевич… простите… — шепчет Березина, — я не думала, что вы…
— У вас что-то произошло? — прерываю ее.
— Мой бывший муж… — всхлипывает девушка, — Простите, это непрофессионально.
— Что верно, то верно. — соглашаюсь я. — Вам требуется помощь?
— Нет, нет, что вы! — качает головой Антонина. — С вашего позволения, я приведу себя в порядок.