— Что случилось? — встревожился Дилан. — У тебя расстроенный голос.
Лауре казалось, что ее голос звучит совершенно обыденно, но Дилан улавливал даже малейшие нюансы.
— Со мной все в порядке, — ответила она и снова залилась слезами. — Просто это выбило меня из колеи.
— Ты хочешь, чтобы я приехал к тебе?
«Да, да, да», — подумала Лаура. Но как это сказать вслух?
— Тебе далеко ехать…
— Я буду у тебя через полчаса. Тебе что-нибудь нужно? Что-нибудь привезти?
— Нет. Но… я рада, что ты приедешь.
Лаура положила трубку и стала ждать Дилана, сидя в темной гостиной. У нее немного отлегло от сердца. Ей не придется больше сидеть одной. Но боль не отпускала.
Дилан приехал даже раньше, чем обещал. Лаура открыла ему дверь, когда он только поднимался на крыльцо.
— Что происходит? — спросил он, едва переступив через порог.
— Думаю, теперь мы знаем, почему Эмма перестада разговаривать.
— В самом деле? И в чем же причина?
Лаура села на диван, Дилан опустился рядом с ней, и она рассказала, как Эмма играла с куклой и изобразила ее самоубийство.
— Она сказала: «Если ты будешь много говорить, он себя убьет».
Дилан поморщился, как будто в него самого попала пуля.
— Эмма думает, что Рэй убил себя из-за ее болтовни? — спросил Дилан. — Из-за того, что она слишком много разговаривала?
Лаура кивнула.
— Думаю, да. Он всегда просил ее помолчать. Возможно, и в тот день он попросил ее об этом. А Эмма не может, вернее не могла, помолчать и двух минут. Вероятно, Рэй рассердился на нее и сказал ей об этом. Потом Эмма узнала, что он застрелился.
— Ты объяснила ей, что ее разговоры тут ни при чем? — задал вопрос Дилан.
— Хизер считает, что лучше дать ей возможность проиграть эту ситуацию несколько раз. Это поможет ей привести в порядок мысли. Хизер сказала, что мы не должны торопить Эмму. — Лаура снова заплакала. — Ты можешь себе представить, каково ей было? Как она, должно быть, боялась, что если заговорит, то снова кто-нибудь умрет.
Дилан подвинулся ближе к Лауре и обнял ее. Лаура прижалась к нему.
— Я знаю, — сказал он, и Лаура почувствовала его дыхание на своей шее. — Но она сильная девочка, Лаура. Эмма крепкая. Она получила твой ум и мое упрямство. — Дилан поглаживал спину Лауры, и ей не хотелось, чтобы он убирал руку.
— Я знаю, что Эмма сильная по натуре, — прошептала Лаура. — Мне грустно оттого, что ей пришлось через все это пройти, а я не сумела ее защитить.
— Это все вздор. — Дилан продолжал обнимать ее, хотя она больше не плакала. В конце концов она отстранилась сама.
— Ты очень помогаешь мне заботиться о ней, — призналась Лаура. — Иначе я бы чувствовала себя одинокой.
— Вы обе мне небезразличны, Лаура, — сказал Дилан. Он резко пересел на край дивана, словно наказывал себя за вырвавшиеся слова. — Да, кстати, — он неловко попытался переменить тему разговора, — ты просмотрела эту папку со статьями?
Лаура тоже постаралась думать о другом.
— Да. О, я чуть не забыла. Посиди здесь.
Лаура поднялась наверх, взяла статью, написанную Джоном Соломоном, но мысленно она все еще была в гостиной рядом с Диланом. Он не собирался говорить, что она ему небезразлична, но он сказал это. Лаура вспомнила слова Стюарта о том, что Дилан влюблен в нее. Но от небезразличия до любви огромное расстояние, напомнила она себе.
Вернувшись в гостиную, она протянула статью Дилану, а потом достала из сумочки фотографию Джо Толли.
— Когда я увидела статью вчера вечером, мне показалось, что этот человек похож на Джо Толли, мужа Сары. Но еще до того, как я увидела фотографию Джона Соломона, стиль статьи показался мне знакомым. В библиотеке университета я прочитала около двадцати статей Джо Толли. Поэтому сегодня я взяла у Сары снимок Джо, чтобы сравнить две фотографии. — Лаура включила свет и, сев рядом с Диланом, положила два фото рядом.
— Это один и тот же человек, — твердо сказал Дилан.
— Ты так думаешь?
— Определенно. Посмотри на брови. И на рот. Видишь, он чуть-чуть искривлен.
Дилан был прав. Хотя у Джона Соломона было поменьше волос, и они были седыми, но брови в точности повторяли рисунок бровей Джо Толли.
— И мочки ушей такие же, — заметила Лаура. — Да.
— Но как это может быть один и тот же человек?
— Мне кажется, что никакой лоботомии Джо не делали. Или операция оказалась неудачной. Для Пальмиенто.
— А зачем ему было менять имя? И почему он не встретился с Сарой? Это же совершенно непонятно.
— Не знаю, — Дилан пожал плечами.
— Интересно, жив ли еще Джон Соломон. — Лаура изучала вырезку из газеты.
— Ты говорила, что мужу Сары сейчас еще не было бы и семидесяти, так что вполне вероятно, что он не умер.
— Давай посмотрим, что отыщется в Интернете. — Лаура встала.
Следующие полчаса они провели за компьютером, пытаясь разыскать адрес Джона Соломона. Они обнаружили в Неваде только двух мужчин с таким именем, одного в Рино, другого в Сирин-Лейк.
— Отлично, — сказала Лаура, записывая адреса и телефоны. — Я напишу им. Ты поможешь мне?
— Зачем писать? — Дилан отошел от стола и улегся на подушку на полу. — Давай им позвоним. У нас сейчас десять, значит, там только восемь часов.
Лаура посмотрела на свои часики. Через несколько минут она будет говорить с давно потерянным мужем Сары, который, что вполне вероятно, и не хочет быть найденным.
— Это как-то странно, так вот сразу…
— А что ты теряешь? — спросил ее Дилан. — Хочешь, я позвоню?
Лаура покачала головой.
— Я сама. — Она посмотрела на адреса и телефоны. — Рино или Сирин-Лейк?
— Сирин-Лейк, — решил Дилан. — Название кажется мне более интересным.
Отключив компьютер, Лаура взяла телефон и набрала номер. Мужской голос ответил после первого же гудка.
— Это Джон Соломон? — спросила Лаура.
— Да. — У него был низкий приветливый голос. — Кто говорит?
— Вы меня не знаете, мистер Соломон. Меня зовут Лаура Брендон, и я…
— Та самая Лаура Брендон?
Ей потребовалась минута, чтобы понять, что он имел в виду.
— О, — Лаура улыбнулась, — да, это я.
— Так почему известный астроном звонит мне? — Если судить по разговору, он был очень милым человеком.
— Это сложно объяснить, мистер Соломон, и я не уверена, что должна была обратиться именно к вам. Вы журналист? — спросила Лаура. — Скажите, вы когда-нибудь работали в «Вашингтон пост»?
Мужчина долго молчал, и Лаура почувствовала на себе взгляд Дилана.
— У меня такое ощущение, что мы не должны обсуждать это по телефону, — наконец ответил Джон Соломон.
Лаура глубоко вздохнула. Это он. Она одними губами повторила эти слова Дилану.
— Я живу на другом конце страны, мистер Соломон. И я не представляю, как мы… Могу я задать вам всего лишь несколько вопросов?
— Нет, — последовал твердый ответ. — Мне хочется услышать то, что вы скажете, но по телефону мы об этом говорить не будем.
— Могу я вам написать?
— Ни в коем случае.
— Тогда, может быть, я приеду к вам? — спросила Лаура, повинуясь мгновенному импульсу. — Давайте я обдумаю этот вариант и перезвоню вам. Это вам подходит? — Лаура видела, что Дилан приподнимается на подушках, чтобы лучше ее видеть. Он наверняка решил, что она сошла с ума.
— Вы… и в самом деле заинтриговали меня, — сказал Джон Соломон. — Почему астронома заинтересовала моя работа в «Пост»? Вы и в самом деле Лаура Брендон? Скажите мне что-то такое, что может знать лишь настоящая Лаура Брендон.
— Я ношу туфли размер семь с половиной, — с улыбкой ответила Лаура. Ей нравился этот человек, кем бы он ни был.
Соломон рассмеялся.
— Кем был сделан телескоп, при помощи которого вы открыли вашу первую комету? — спросил он.
— Мной, — ответила Лаура, — я сама его сделала. Он помог мне открыть первые три кометы.
— Что ж, похоже, вы и в самом деле Лаура Брендон. Скажите мне… Ладно, неважно. Это не по телефону. — Он вздохнул. — Я надеюсь, что вы все-таки решитесь и приедете сюда. Позвоните мне, когда будете знать ваши планы.