— Меть выше, — нахмурился он, изобразив обиду. — Я купил эту пижаму в прошлом году.
Я недоверчиво выгнула бровь.
— На Хэллоуин мой отряд устроил вечеринку, — Кейд отвел взгляд, и на миг его самодовольство сменилось застенчивостью. Но он быстро оправился и вернулся в прежнее русло. — Я был не подростком, а самым настоящим мутантом-ниндзя-пехотинцем.
— Неужели? — хохотнула я, когда мое бурное воображение нарисовало картину во всех деталях. — И какое же у тебя было оружие?
— Винтовка M4A1, — подмигнул Кейд и, осмотрев кабинет, оттолкнулся от косяка. — Чтобы все было честно, я вынул пули.
Судя по языку тела, он колебался. Под его небрежностью крылись старые шрамы, так и не зажившие до конца. Вероятно, поэтому Кейд до сих пор не запаковал вещи в кабинете.
Да, я все еще злилась на него из-за нашего расставания, но также невольно сочувствовала ему. От того, что они с братом не ладили, не переставали быть семьей. Я не представляла, каково пережить такую потерю. Не облегчало задачу и то, что рождественский сезон был в самом разгаре.
— Эй. Я знаю, что ты не успела привезти сюда свои вещи… — снова развеселившись, Кейд потянулся к заднему карману.
Я не возражала. Мне не хотелось, чтобы он терзался болезненными эмоциями. Я умирала от желания помочь Кейду, но напомнила себе, что наша дружба осталась в прошлом, не говоря уже о любви.
Осознание ситуации ранило гораздо сильнее, чем следовало. Когда-то мы были друг для друга всем.
— Что это? — спросила я, забрав у Кейда диск.
— Сборник. Я записал его для тебя миллион лет назад, плюс-минус, — фыркнул он, видимо, считая нелепым ворошить прошлое. — Я нашел его в одном из ящиков в подвале.
— Серьезно? — я забрала у него сборник с благоговением Индианы Джонса, взявшего в руки древний экспонат. Перевернув диск, я прочитала написанный от руки список песен. — О Боже. Livin’ La Vida Loca, The Boy is Mine, Brandy and Monica, Mambo Number Five? Ты издеваешься?
— Я записал его в выпускном классе. Песни конца девяностых и начала нулевых, поэтому ты, конечно, их уже возненавидела.
— О, разумеется. Скажи, у тебя есть магнитофон? — я возбужденно блеснула глазами, давая понять, что буду настаивать.
Кейд глубоко вздохнул и кивнул.
Посмотрев вверх, он потянулся к полке и достал маленький магнитофон. Я понятия не имела, зачем его брат хранил такую древность. Вытерев с крышки пыль, Кейд нажал на кнопку. Пускай с задержкой, но огонек загорелся, и из старых круглых динамиков раздалось статистическое потрескивание. Даже оно вызывало ностальгию.
— Ура! — тихо возликовала я, когда Кейд вставил диск и включил Fresh Prince Of Bel-Air.
— Итак, эта история о том, как моя жизнь перевернулось вверх дном. И я хотел бы на минутку просто присесть прямо тут. Я расскажу вам, как стал принцем города Бель-Эйр, — хором запели мы.
Почти десятилетие ни один из нас не вспоминал об этой песне, но слова, похоже, въелись в нашу ДНК. Мы просто не могли не подпевать. И тут же нам словно вновь исполнилось семнадцать.
Было так легко потеряться с Кейдом в этой атмосфере.
Мы прослушали — иногда даже пританцовывая — почти все песни с диска, пока я не поняла, что мой телефон, поставленный на вибрацию, разрывался от звонков. Десять пропущенных вызовов с номера, которого не было в моем списке контактов. Я не знала, кто пытался дозвониться до меня и зачем, но новости однозначно не были хорошими.
Прослушав полдюжины гневных сообщений от экспедитора, утверждавшего, якобы ему дали неверный адрес и тем самым сбили его график на остаток ночи, я перезвонила.
Ерунда какая-то. Я бы никогда так не ошиблась. Моя личная жизнь напоминала крушение поезда, но в деловых вопросах я всегда была собрана. Передав Эмму Кейду, я вышла в коридор. То ли потому, что речь шла о работе, то ли я все еще пыталась держать дистанцию, но мне не хотелось, чтобы он слышал, как на меня кричат.
Дозвонившись до экспедитора, я попыталась извиниться за недоразумение и спросить, откуда у него неверный адрес. Мне не дали вставить и слова. Меня назвали всеми оскорбительными словами, какие я только слышала в своей жизни, и даже несколькими новыми. Парень отказывался пошевелить и пальцем, пока я не приеду и лично не сопровожу его до магазина. Мне пришлось поспешно вернуться в кабинет и записать адрес. Прежде чем водитель повесил трубку, я пообещала ему приехать как можно скорее.
Я была толстокожей, но неудержимый поток беспричинного гнева потряс даже меня.
— В чем дело? Кто звонил? — Кейд помрачнел и явно преисполнился решимости защитить меня, что я сочла почти покоряющим.
— Никто. Ничего. Просто… — заикнулась я, ведь вопреки попыткам скрыть эмоции, они все равно отражались на моем лице. — Я знаю, что мы так не договаривались, но мне нужно отлучиться на несколько часов. Сможешь присмотреть за Эммой?