— В «Мунстоун»? Это клуб?
— Да. Элмор познакомился с каким-то психом оттуда и хочет сводить меня посмотреть, что это такое. Соберется человек десять. Это сейчас очень модное место… Книжный клуб.
Кейт не верила своим ушам — Серена собралась в книжный клуб? Она внимательно осмотрела новую квартиру сестры, которую та сняла на пару месяцев. Жилье было не таким роскошным, как дом Серены и Тома, но в целом все было вполне прилично.
— Как тебе новое местожительство? — спросила она.
— Ничего, терпимо, — уныло отозвалась Серена. — Мне подыскал эту квартирку один старый приятель. До Нового года он будет в Париже, и я могу делать здесь все, что угодно. Вообще-то я бы переехала куда-нибудь, у тебя нет подходящих вариантов? — поинтересовалась она на всякий случай. Кейт тревожно глянула на часы — на разговор оставалось совсем мало времени, а ей нужно было во что бы то ни стало выяснить, что же такое совершил Дэвид.
— Как свадьба?
— Да ничего особенного, — равнодушно ответила Серена.
Кейт хорошо знала, когда Серена действительно была равнодушна, а когда за своим равнодушием пыталась скрыть неприглядную правду.
— Хотелось бы знать, что там случилось, — произнесла Кейт, давая понять, что ей кое-что известно. — Ник сказал мне, что у тебя есть для меня какие-то новости.
Серена вздрогнула, словно рядом прогремел выстрел.
— Да? Ник так сказал тебе? — испуганно переспросила она.
— Он имел в виду Дэвида.
— Значит, Ник Дуглас знает? — спросила Серена, накинув халат поверх рубашки. На ее лице появилось искреннее удивление, но Кейт помнила, какой замечательной актрисой умела быть ее сестра, если это было необходимо. Она могла беззастенчиво лгать, манипулировать, притворяться и делать многое другое безо всяких угрызений совести.
— Дэвид встречался с Ником вчера после свадьбы. — Кейт произнесла это с твердостью, которая должна была свидетельствовать о ее осведомленности.
Серена разглядывала свой маникюр, и в течение нескольких минут никто из них не нарушил молчания.
— Он сам пришел ко мне, — внезапно произнесла Серена.
Кейт затаила дыхание. Что за странная фраза? Кто «он»? Дэвид? «Пришел ко мне». К ее сестре? К Серене? Кейт показалось, что ее внезапно ударили по лицу.
— Я не верю! — прошептала она еле слышно. — Ты спала с ним, да? — Она вскочила с дивана.
Серена резко отступила на несколько шагов.
— Кейт, клянусь, я не виновата.
— Хорошо еще, что у тебя хватило ума не врать мне! — воскликнула Кейт. В ее голосе звучала неприкрытая ненависть. В первую минуту ей даже хотелось наброситься на сестру, но порыв прошел и она почувствовала себя глубоко оскорбленной. С трудом сдерживая слезы, она снова села на диван.
— Кэти, прости. Я действительно не виновата. — Серена хотела коснуться плеча сестры, но та резко отодвинулась.
— Оставь меня, оставь меня, слышишь?!
Кейт прислонилась к мягкой спинке дивана и сжалась в комок от отчаяния.
— Зачем? Серена, зачем ты это сделала?
— Кейт, я ужасно сожалею. Я выпила. Ты же знаешь, я бы никогда…
— Мне плевать, выпила ты или нет! — яростно отозвалась Кейт. — Почему-то из всех мужчин, присутствовавших на свадьбе, ты выбрала именно его! С чего бы это? — Кейт не могла договорить, ее душили рыдания. — Почему его? У тебя был огромный выбор, но ты выбрала его…
Серена села в кресло, опустив руки на колени.
— Потому что он хотел меня, — тихо ответила она. Кейт не могла понять, считает сестра себя виноватой или нет.
— Ты просто сучка, — прошептала Кейт, сжав кулаки, — эгоистичная и развратная. Самодовольная маленькая стерва.
— Я не хотела… — возразила Серена.
— Не хотела? — закипела Кейт еще сильнее. — Ты знала, как много для меня значит Дэвид.
Она встала и молча подошла к двери.
— Кейт, подожди. Прошу тебя, давай поговорим…
Кейт повернулась и печально посмотрела на Серену.
— Нам больше не о чем говорить. — Она открыла дверь и вышла.
— Кейт, постой, не уходи…
Но было поздно. Кейт уже спустилась по лестнице и выбежала из подъезда, не обращая внимания на дождь. Ей хотелось исчезнуть, раствориться, затеряться в этом сумрачном, унылом городе под тоскливым осенним небом.
36
Сидя в черном кожаном кресле с высокой спинкой в своем офисе, расположенном в одном из самых престижных зданий Мейфэра, Освальд потихоньку начинал приходить в ярость. Он давно уже подозревал, что напрасно доверил ведение дел молодому управляющему. Он сам сделал его своей правой рукой, а теперь не без оснований считал виноватым в сокрытии важной информации.