Джек спокойно посмотрел на него и, поддерживая Венис, сказал ей:
— Давай поскорее уедем отсюда.
Но Венис вдруг вырвала у него свою руку и помчалась в сторону лестницы. Внезапно она остановилась, пристально посмотрев на Освальда, а затем бросилась наверх, туда, где находилась ее комната.
— Мисс Бэлкон, можно с вами поговорить?
Серена оглянулась и заметила у выхода одного из охранников.
— Тут пришел гость без приглашения, — шепотом сообщил он. — Я не могу его впустить без вашего разрешения.
— Кто он? — нетерпеливо спросила Серена, подумав, что это Элмор пришел ее поздравить.
— Он сказал, его зовут Майкл Саркис.
Серена пошатнулась, едва устояв на высоких каблуках.
— Вы уверены? — переспросила она почти шепотом. От волнения у нее перехватило дыхание. Невероятно, как он осмелился явиться в Хантсфорд? Да еще в такой вечер! А может быть, это добрый знак? Что, если он пришел с каким-нибудь предложением в качестве подарка на Рождество?
Ей страстно хотелось воспользоваться возможностью отомстить ему за все и выпроводить вон или по крайней мере встретить с подчеркнутым безразличием и пренебрежением, но любопытство взяло верх над обидами — она не видела Саркиса все лето, они общались только через адвоката, который представлял интересы Майкла и должен был решать вопросы о деньгах, которые его клиент собирался выделить на содержание будущего наследника. Сумма была оговорена весьма значительная, но Серене казалось, что в масштабах ее страданий она просто мизерна, и она хотела выжать из Саркиса все до последнего пенни. Она думала о Майкле не иначе как о виновнике всех своих несчастий, коварном и злобном обманщике, разрушившем ее жизнь. Он рассорил ее с Томом и погубил карьеру. И вот ей представился неожиданный шанс поквитаться с ним.
— Пусть войдет, — сказала она, — проведите его в студию.
Теперь нужно было скрыть его появление от отца, который пришел бы в бешенство, обнаружив, что в его доме находится Саркис. Когда он узнал о беременности дочери, то сказал, что она дура, но во всем обвинил Саркиса. Однако он не мог напрямую поквитаться с ним, так как Саркис был очень богат и влиятелен. Барон ограничивался тем, что именовал Майкла выскочкой, спекулянтом, мошенником и продажной распутной тварью.
Серена вошла в студию и села в кресло, ожидая появления Саркиса. У нее было слишком мало времени, чтобы подготовиться к встрече. Саркис открыл дверь и остановился на пороге. Он выглядел отлично в темно-синем костюме от Армани. Коротко подстриженные и чуть тронутые сединой волосы придавали ему солидность, но не старили. По сравнению с элегантными, но консервативными и старомодными гостями Освальда Саркис смотрелся весьма современным.
— Здравствуй, Серена.
— Здравствуй, Майкл, — сдержанно кивнула она.
Саркис сел на диван напротив нее, поправляя серебряный браслет на запястье.
Оба несколько секунд молчали, глядя в пол.
— Я был в Лондоне, — наконец заговорил он.
— Меня не интересует, где ты был, — холодно произнесла она. — Что тебе нужно?
— Как твои дела?
— Короче, Майкл, зачем ты приехал?
— Серена, прошу тебя, давай будем вежливы.
Она молча взглянула на него.
— Могу предложить выпить, — сказала она неохотно, взяв со столика бутылку бренди и бокал.
Он кивнул.
— Джим Бергер уже обсудил с тобой денежные вопросы?
Серена не могла скрыть алчный огонек, тут же вспыхнувший в ее глазах.
— Хочешь правду? Для меня это было унизительно.
— Унизительно? — нахмурившись, переспросил Майкл. — Я полагал, что сумма достаточна даже для тебя.
— У каждого свои представления о деньгах, Майкл, — зло отозвалась Серена, чувствуя, что он смотрит на нее затуманенным взглядом.
— Между прочим, я пришел не из-за денег… деньги значения не имеют, — проговорил он тихо.
Серена насторожилась.
— О чем ты?
— Я понимаю, что был глупцом.
— И что?
Майкл опустил руки на колени.
— Я был дураком, Серена, когда сорвался в Каннах. Мне нужно было остановиться.
Серена вздохнула:
— Да, ты был глупцом, когда заговорил про тест на отцовство. Ты полагаешь, я могу такое забыть?
— Но ты не отвечала на мои звонки, не хотела меня видеть после этой истории…
— Я была в шоке! Ты вел себя как последнее дерьмо, Майкл!
Майкл налил бренди и сделал небольшой глоток.
— Я не был уверен, что это мой ребенок! Я был дурак! — Он явно раскаивался.
— Понимаю: теперь я должна тебя пожалеть, — саркастически ответила Серена, втайне торжествуя.