Опустившись на колени перед креслом, я дрожащей рукой провел по щеке девушки. Такие красивые голубые глазки посмотрели на меня, не понимая спросонья, что вообще происходит.
«Прости, малыш. Я придурок и извращенец, но…просто не могу уйти.»
С щеки пальцы скользят по подбородку, перемещаются на шею. Отрываю взгляд от ее глаз и слежу за своей рукой. Медленно глажу ключицу и спускаюсь ниже. Пульс увеличивается, в голове словно вата, а не мозги. Не могу думать, не могу сопротивляться. Сжимаю зубы, но и это не помогает, рука живет своей жизнью. Провожу пальцами по груди, едва касаясь, и слышу вздох. Затем слегка сжимаю полушарие. В ладонь упирается напряженная вершинка, и я зажимаю ее между пальцами, слегка потирая.
Стон, такой сладкий, что все во мне отзывается в ответ. Особенно член, которому становится тесно даже в спортивных штанах. Поднимаю взгляд и вижу лицо Джеймс. Девушка прикусила губу и протягивает дрожащую руку ко мне. Кладет ее на грудь и пальчиком очерчивает татуировки. Судорожно сглатывая, смотрит на мои губы.
Понимаю ее просьбу без слов, нежно целую. Снова стон, на этот раз громче. Эшли выгибает спину, подставляя грудь под мои ненасытные ласки. Оставляю на время уста Новопосвященной в покое и скольжу языком по шее, обвожу ключицы. И вот мои губы смыкаются на соске, втягивая его в рот и слегка прикусывая зубами.
— Ах… — Эшли вцепляется в мои волосы и притягивает голову ближе.
Второй рукой скольжу по ноге, поднимаясь выше. Вдруг, когда моя рука прошлась по внутренней стороне бедра, Эшли сжала ноги и всхлипнула.
Замерев, я рискнул взглянуть в ее глаза, и то, что увидел, меня уничтожило.
«Она боится? Боится меня?!»
Глава 10.
Недопонимание.
От лица Эшли:
Раннее утро. Весь замок еще спит, а мне не спится. Вот уже несколько дней сон недостижим для меня. Вместо него я все время думала.
«Как же так получилось? Что же теперь делать? И нужно ли что-то делать?»
А все дело в том, что Асмодей изменился. Его отношение ко мне изменилось. Больше не было томных взглядов, жарких касаний и сводящих с ума поцелуев. Сын Сатаны перестал меня касаться. Совсем. А я…я скучала по его близости. По его рукам и губам.
Я с грустью вспомнила вчерашнюю тренировку:
" — Джеймс, сосредоточься! Ты можешь быть изворотливее и проворней. Ну же! — строго говорил демон.
«Могу, но не тогда, когда все мои мысли только о хмуром наставнике. О том, что Асмодей, походу, потерял ко мне интерес.»
Думаю, демона оттолкнула моя реакция на его ласку.
«Но, блин, я просто растерялась! Неужели это так сложно понять? Реакция собственного тела застала врасплох и, что уж скрывать, немного напугала.»
Я до сих пор с содроганием вспоминала то чувство, когда все сжимается в мучительном ожидании. Но вот чего или вернее кого? Конечно мужчины, что нежно исследовал мои изгибы. Дотрагивался там, где до него никто ранее не смел касаться. Губы Асмодея на моей груди.
Да меня чуть не парализовало от ужаса, когда я между ног почувствовала влагу.
На следующее утро, когда мы были на Земле, загуглила и почувствовала себя идиоткой.
«Но чего можно было ожидать, если я никогда ничего подобного не испытывала?! Блин! Да я поцеловалась первый раз нормально на том несчастном балконе после танца. Разве так сложно понять охватившее меня смятение и страх?!»
А может, дело в том, что демон понял, насколько я неопытная и потерял ко мне интерес? Не думаю, что дьявола возбуждает девственность или неопытность. Ведь Асмодей, наверное, просто спец в вопросах секса. По крайней мере, так говорят. И что ему могу предложить я? Ничего! Я и целоваться-то не умею, так и норовлю вцепиться в его рубашку или в волосы. Куда мне тягаться с самыми опытными демоницами ада, прошедшими через его постель? Интересно, много их было? Думаю, да.
«Да чтоб меня ободрало! Почему я ни о чем другом думать не могу? Особенно когда Асмодей рядом. Когда футболка облегает его торс, подчеркивая достоинства фигуры. Ну епт!.. Хватит уже!»
Перед глазами встала картина недалекого прошлого. Асмодей поднял глаза и сжал зубы, молниеносно убирая руки от меня, словно я заразная. Даже слова не сказав, демон вышел вон из детской. Причем так быстро, словно за ним стая чертей гналась. Ну или невест.
Я хмыкнула и тут же услышала строгий голос наставника:
— Твою мать, Джеймс! Что ты лыбишься? Уворачивайся!
И, взмахнув крыльями, направил в мою сторону сильный поток ветра. Я успела увернуться в последний момент.
«Нужно брать себя в руки, иначе нарвусь на неприятности.»