— Подожди, почему ты так сказала про Азура? Ты знаешь его?
— О, я очень хорошо знаю этого пиздабола, — прошипела старушка, выходя из комнаты. Положив Аврору в кроватку, я последовал за ней. — Не стоит доверять этому трусливому выпендрежнику. Пустозвон, не выполняющий обещания. Любящий власть до одури.
— Он тебя обидел? — задумчиво спросил я, провожая Грейс до ее комнаты.
— Сынок, разве меня можно обидеть?
— Обидеть можно любого. Главное знать куда бить, где больное место противника.
— Больно умный смотрю.
— И все-таки.
— И все-таки я пойду спать, устала я. И да…сплю я крепко, — няня подмигнула мне и скрылась за дверью.
«Черте что! Вот же вредная бабка!»
Зайдя в свою спальню, я услышал шум льющейся воды и тихое пение Джеймс. Прислонившись к косяку двери, ведущей в душевую, я скрестил руки на груди.
"…я хочу узнать, каково это — быть его во всех планах." — вспомнились слова Эшли, сказанные Мили.
Но готова ли она к этому? Нужно действовать аккуратно. Все только по ее согласию и желанию.
«Что ж, малыш, я обещал тебе наказание, и ты его получишь. И продолжение, если захочешь.»
Почувствовав, как член оживает от одной мысли, что я сегодня войду в нее, я улыбнулся и пошел в спальню.
Я сел на кровать и расстегнул пуговицы рубашки до самого живота, пиджак я еще по возвращении из цитадели бросил в угол. На кровати лежал атласный черный халатик Джеймс.
«То, что нужно.» — я вытащил поясок и, сложив вчетверо, положил рядом с собой.
Джеймс вышла, задумчиво напевая песенку, ту самую песенку.
— «За то, что мне любовь твоя порой была нужнее хлеба, за то, что выдумала я тебя таким, каким…»
Не закончив фразу, Эшли замерла в нерешительности. Облизнула губы и уставилась на мою оголенную грудь, торчащую в раскрытой рубашке.
Улыбнувшись уголками губ, я поманил девушку пальчиком к себе. Нерешительно Эшли приблизилась ко мне. Ее ночнушка сводила с ума, не оставляя простора фантазии. Черная прозрачная, на тонких бретельках. Дыхание сбилось, но я продолжал соблазнительно улыбаться, дожидаясь, когда Уокер приблизится ко мне вплотную. Когда же это случилось, я резко усадил девушку к себе на колени.
— Будешь наказывать? — тихим, слегка шершавым голосом спросила она.
— А ты хочешь?
— Наверное… — расширенные зрачки выдают желание. Так же, как горошинки сосков, выпирающие под тонкой, прозрачной тканью.
— Хм… — я шлепнул ее по ягодице слегка, но девушка подпрыгнула и удивленно раскрыла глаза. Затем, встретившись с моим взглядом, облизнула губу и тихо шепнула.
— Еще…
— Уверена?
Не отвечая, Эшли завалила меня на кровать и, отклячив попку, повторила громче.
— Еще…
Я оставил на другой ягодице более звонкий и сильный шлепок.
— М-м-м… — протянула Джеймс.
— Это наказание, Новопосвященная, а ты от него кайфуешь. Такая же дурная, как я, — усмехнувшись, сказал я.
Соблазнительно улыбнувшись, девушка прильнула к моему торсу и, сняв рубашку, стала осыпать тело поцелуями. Коварно улыбнувшись, я снова оставил звонкий шлепок на попе Джеймс. На этот раз она лишь прикусила губу и, прогнувшись, прижалась пахом к выпирающему бугру в моих штанах.
Рыкнув, я шлепнул Джеймс по другой стороне попы и проник пальцами под шортики. Трусиков это изобретение пыток не предусматривало. Поэтому я прикоснулся сразу к горячим и влажным складочкам.
— А-а-ах… — сорвалось с губ Новопосвященной.
— Тебе это нравится, малыш. Ты вся течешь… — накрыл ее губы своими.
Внимание девушки привлёк пояс, аккуратно сложенный рядом со мной.
— А это для чего?
— Это… — я провел кончиками пальцев по ее подбородку, скользнул по шее. — Если хочешь, я покажу тебе, для чего. Но сначала… — я посмотрел в ее голубые глаза, подернутые желанием. — Ты доверяешь мне?
— Конечно…полностью.
— Уверена?
— Ас, что ты задумал?
— Хочу сделать тебе очень хорошо, малыш, — шепнул я.
— Я хочу…хочу очень хорошо… — облизнула губы Джеймс.
— Вытяни руки перед собой, — скомандовал я.
Раскрыв глаза, Эшли даже не думала сопротивляться или задавать вопросы. Девушка просто делала то, что я говорил.
— Умничка… — похвалил я и обмотал ее запястья пояском, скользя по нежной коже атласной тканью, соблазняя и возбуждая. Затем резко стянул запястья вместе и улыбнулся.
— Теперь ты полностью в моей власти, Джеймс, — я повалил ее на спину и устроился между разведенных стройных ножек.
Глаза девушки были широко раскрыты, но в них не было страха. Только желание и любопытство.
— Я могу делать все, что хочу, а ты так восхитительно беспомощна, Новопосвященная, — шепнул я в самое ушко и прикусил мочку.