Она издала небольшой смешок.
- Едва ли. Мне не всегда по карману обрамить их.
- Ты должна позволить моему другу Джейми взглянуть на твои картины. Помимо своего рекламного агентства, он владеет картинной галереей в Западном Голливуде.
Отходя от картины, она обдумывала мои слова.
– Может быть, после того, как я устроюсь на работу в школу к Тайсон.
- Моя мамочка будет там преподавать искусство, - подхватила Тайсон.
Моя грудь сжалась. Мне напомнили, что Ди была всего лишь временным явлением в моей жизни. Временным помощником. Как только вернется моя постоянная ассистентка Мона, Ди, скорее всего, уйдет из моей жизни. И такая милая, розовощекая Могучая девочка. Но, возможно, ее знакомство с Джейми могло поспособствовать продлению нашей связи. Мое настроение улучшилось.
Мы направились в столовую. Моя мама, теперь одетая в стильный велюровый костюм для бега, сидела за нашим массивным обеденным столом, занимаясь рассадкой гостей для торжества Гюнтера Сакстона. Казалось, что она собирает кусочки гигантской головоломки. У нее была система, но ни я, ни мой отец не знали, как она это делает. Мы и не хотели знать.
Услышав, как мы вошли, она отвлеклась от занятия и посмотрела на нас. Улыбка украсила ее прекрасное лицо. В течение многих лет она не появлялась на солнце, чтобы избежать морщин, и теперь ее самодисциплина окупилась. В то время, пока все ее друзья постоянно делали инъекции ботокса и подвергали себя бесчисленным омолаживающим процедурам, моя мама никогда не пользовалась услугами «ножа и иглы», и выглядела прекрасно.
- Ну, здравствуйте, детки, - начала она, голос ее был с хрипотцой и величественный. – Как покатались?
- Это было ТАК весело! – воскликнула Тайсон, держа за руку Ди. – Дрейк говорит, что я естественная девочка, но я не знаю, что это означает.
Ди посмотрела на нее с суровым выражением.
– Ты имеешь в виду «талантливая» - это означает, что все тебе дается легко. Тебе не стоит хвастаться.
Тайсон озадаченно посмотрела на нее.
– Что значит хвастаться?
- Выпендриваться.
Я быстро пришел на защиту девочки.
– Мам, она не выпендривается. Тайсон была неподражаемой. К тому времени как мы закончили, она могла самостоятельно кататься и сделать небольшой прыжок.
Я с гордостью смотрел, как яркоглазый ребенок совершает элементарный прыжок. Лицо моей мамы просветлело. Не секрет, что она всегда хотела еще одного ребенка – маленькую девочку – но этого не случилось после трагедии.
- Дорогая, ты услада для моего сердца. Я начала кататься на коньках в твоем возрасте, а мой сын вышел на лед, как только начал ходить.
Я почувствовал, что краснею. Но это было правдой. Прежде чем я смог сказать хоть слово, Тайсон прижалась к свитеру Ди.
- Мамочка, я хочу такой же красивый костюм для катания, как и у мамы Дрейка.
- Они очень дорогие. – Я заметил небольшое разочарование в голосе Ди. Это должно быть тяжело, когда не имеешь возможности, дать своему ребенку все, что он хочет. Но потом я вспомнил, что, несмотря на свое огромное богатство, мои родители заставляли меня работать, чтобы получить то, что я хотел. И копить. Даже в колледже. Я так, блядь, хотел этот Мустанг с откидным верхом, и чтобы получить его, пришлось стать донором спермы. Мои родители понятия не имели, как я заработал деньги. Я сказал им, что работаю в книжном магазине кампуса (еще чего!), и они поверили мне. Воспоминания о моих днях дрочить-за-доллар заполнили мою голову и отвлекли меня. Поэтому, когда я услышал, как знакомый хриплый голос назвал мое имя, я был поражен.
Мое сердце подпрыгнуло, возвращая меня к моменту. У входа в столовую стояла Криция Вандерберг, сногсшибательная дочь финансового консультанта моего отца, Карла. Некогда начинающая актриса, теперь имела свою фирму по связям с общественностью и рассчитывала заиметь нас в клиенты. Мы выросли вместе, и наши родители думали, что наш союз был заключен на небесах. Они ошибались. Меня не интересовала Криция и никогда не смогла бы заинтересовать. Она была напористой, резкой и манипулирующей - качества, которые принесли немало хороших результатов в ее новой работе. И качества, которые оттолкнули меня вместе с ее непримиримостью, чтобы затащить меня в постель и надеть кольцо на палец. Дикая тусовщица, она преследовала меня на мероприятиях и однажды зашла так далеко, что выплеснула бокал шампанского мне в лицо из-за того, что я отказался с ней фотографироваться. А потом она попыталась расстегнуть мою ширинку и схватить мой член. Список можно продолжать и он только ухудшится. С ее резкими перепадами настроения, иногда я задавался вопросом, был ли у нее маниакально-депрессивный психоз или же она находилась под кайфом. Недавно мой отец попросил меня присмотреться к ней получше – начать отношения – особенно после того, как Гюнтер Сакстон сказал мне остепениться. В то время как мой отец высоко оценивал Крицию с профессиональной точки зрения, он понятия не имел о ее преследовательских наклонностях или неадекватном поведении в личной жизни. Я умалчивал об этой информации из-за его давних отношений с ее отцом. Кроме того, она сыграла важную роль в объединении бизнеса Гюнтера и моего отца. Гюнтер, как оказалось, тоже являлся ее клиентом. Итак, я обнаружил, что хожу по тонкому льду, рискуя вывести из себя Крицию и разрушить важное поглощение предприятий Сакстон.