Его глаза сверкали от похоти, он стянул облегающее платье вниз по моим рукам, а затем по бедрам, прежде чем оно упало к моим ногам. Сумев выйти из него, я стояла перед ним в своих кружевных красных стрингах и шпильках цвета металлик, его губы опустились в поцелуе на мою шею. Мурашки пробежали вдоль моих рук, в то время как раскаленное добела покалывание спускалось по позвоночнику прямо к холмику у меня между ног. Мой клитор все еще пульсировал, я сочилась желанием для него. Горела.
Его рубашка широко распахнулась, обнажая этот вылепленный-как-из-журнала пресс, он сделал шаг назад и посмотрел на мое тускло освещенное тело. Моя голая грудь поднималась и опадала от тяжелого дыхания, пока Дрейк изучал меня.
- Господи, Боже, Ди. Ты такая чертовски красивая.
Никто никогда не называл меня красивой. Слово вибрировало в моих ушах, как камертон.
- Потрясающая, - добавил он, обхватив мои полные груди своими большими руками. Он жадно их массировал, его большие пальцы задевали мои уже твердые соски. Еще один поток влажного тепла пронзил мой расплавленный центр. Я захныкала, когда он застонал.
- Я не могу насытиться тобой. – Его руки были заняты, и он приказал мне расстегнуть его штаны. Когда его рот опустился на мою правую грудь, всасывая так много, как только мог, я возилась с его застежкой, моя рука не раз задевала его огромную эрекцию. Жар под тонкой шерстяной тканью был ощутим. Как и его выпуклость. Клянусь, он собирался прорваться прямо через ширинку.
Как только я расстегнула застежку, его рука встретилась с моей, и он помог мне опустить молнию. Вау! Я посмотрела вниз. Святая корова! Он был без нижнего белья! Достойный музея образец мужчины, у которого, возможно, не было конкурентов.
- Почувствуй меня, детка, - прошептал он, выпуская изо рта мою грудь. – Вот что ты со мной делаешь.
Мои пальцы обвились вокруг члена мамонта. Он зашипел, когда толстый горячий бархат опалил мою ладонь. Обернув свою руку вокруг моей, он потерся широкой головой о мой живот, в то время как другой притянул меня ближе к себе.
- Ди-детка, я хочу похоронить свой член в тебе. Заставить кончить так, как будто завтра не наступит.
Мое сердце билось с глухим стуком, пока внутри меня велась борьба. На самом деле, это больше походило на перетягивание каната, со страхом на одной стороне веревке, проигрывающим бесполезную битву желанию. Горячая битва между телом и разумом, любая форма рациональности оказалась полностью забыта. Я заколебалась, ища оправдание.
- Дрейк, ты уверен? Ты мой босс, и ты знаешь мою ситуа…
- Тише. Повесь все это на меня. – Прервав меня, он полез в нагрудный карман пиджака и достал небольшой пакетик из фольги. Презерватив. Мои глаза остались на нем, когда Дрейк разорвал упаковку и передал его мне. Мой пульс ускорился, когда я сделала, как он и сказал, раскатав латекс по всей его длине. Боже, мне нравилось, как его увесистый член, ощущался в моих руках, но как мог этот могучий стержень чувствоваться внутри меня? Поместится ли он? Знаю ли я, что делаю?
- Дрейк, прошло много времени… - Почти семь лет.
- Не волнуйся. – Его глаза горели, когда он сдернул свой галстук-бабочку, прежде чем снять пиджак и рубашку. Затем ботинки и брюки. Прежде чем я успела насытиться его изумительным телом и произнести хотя бы слово, он притянул меня так близко, что мы прижимались плоть к плоти, его твердая грудь напротив моей мягкой, его жесткий член, прижимающийся к моему влажному центру, распаляя меня, он обрушился своим ртом на мой свирепым, страстным, всепоглощающим поцелуем. А потом он сорвал мои трусики. Со следующим ударом сердца, я оказалась в его могучих объятиях, а затем на кровати, в клетке его тела. Зафиксировавшись на локтях, он широко развел мои ноги силой своих коленей, одной рукой направил свой член к моему входу. О, Боже! Реальность этого момента с силой обрушилась на меня. Дрейк Хэнсон собирался трахнуть меня! И я собиралась позволить ему это сделать! Когда он начал входить в меня, дюйм за дюймом, только ощущения его чудесной полноты наполняло меня. Не осталось места для размышлений, не осталось места для сожалений. Я поморщилась, когда почувствовала, что растягиваюсь, чтобы приспособиться к его размеру.
- Я делаю тебе больно? – спросил Дрейк, когда толкнулся в меня.
Его слова кружились в моей голове, когда он полностью вошел в меня. Кайл, единственный мужчина, с которым я была, никогда не спрашивал меня об этом. Все, что он делал, причиняло мне боль внутри и снаружи. Дрейк был совершенно другим. Таким заботливым. Таким любящим. И таким большим! Выкинув Кайла и все, что я в нем ненавидела из головы, я покачала головой.