Но Егор не разделяет моего положительного настроения, он щурит глаза и недовольно сопит.
— Не хочу, чтобы тебя лишний раз тревожили, - мы останавливаемся под нужным кабинетом. Мужчина смотрит на меня сверху вниз, я по сравнению с ним миниатюрная девочка. Он настолько близко стоит рядом, что его горячее дыхание снова обжигает лицо. В синих глазах читаю неподдельную заботу. Это так приятно, знать, что твоя судьба кому небезразлична.
— Спасибо, - сжимаю его руку в знак благодарности и чувствую, как напрягается друг. - Правда всегда лучше любой лжи.
После этих слов проскальзываю в кабинет следователя. Тот встречает меня с нескрываемой радостью. Всё-таки заждался главного свидетеля.
Допрос проходит быстро. Я содержательно диктую полицейскому свои показания и, подписав необходимые документы, прощаюсь. В тесном коридоре, который больше напоминает туннель, никого нет. Возможно, Гравский ждёт на улице? Я хороший час потратила на дачу объяснений. Надеюсь, прокурор не оставил меня, потому что ещё нужно забрать своё авто, которое оставила вчера у суда.
Наконец выходные и я свободна. В голову закрадывается мысль: пригласить Гравского в кино. Представляю, как он поморщит нос! С невесёлой улыбкой на лице спускаюсь по лестнице. А чё? Вспомним студенческие годы ...
Вдруг все счастливые мечты разбиваются вдребезги. Мир переворачивается с ног на голову, когда вижу, как навстречу мне двое полицейских тащат под руки маленькую девочку. Ребёнок молча плачет, отказывается идти, упирается и недовольно хмурит бровки. Серые глаза, длинные, цвета пшеницы, волосы. Где-то я уже видела малышку. У одного из стражей порядка замечаю в руке футляр, предназначенный для хранения скрипки.
— Куда вы силой ведёте ребёнка? - кричу полицейским, без раздумий бросаясь к маленькой нищей из подземки.
— А вам какое дело? - озадаченно спрашивает тот, что держит музыкальный инструмент.
— Я адвокат, и хочу оказать помощь девочке. Раньше я видела её неподалёку от своего офиса.
— Помочь - это хорошо, пойдёмте на третий этаж, - облегчённо отвечает другой страж порядка.
Девочка смотрит испуганно, в её не по годам разумных глазах отражается тоска и страх. Я больше не могу оставаться в стороне.
— Всё будет хорошо! - подмигиваю девочке и послушно ступаю за процессией.
Уже в кабинете работников полиции узнаю о нелёгкой судьбе девочки. Оказывается, в этих стенах она частый гость.
— Лиза Ермакова - неутомимый уличный музыкант, - бросая сочувственные взгляды в сторону малышки, которая покорно сидит на стуле под окном, начинает посвящать меня в курс дела полнолицый капитан. - Её мама сейчас находится на лечении в онкологическом диспансере. Женщина в тяжёлом состоянии и нуждается в срочной операции, на которую нет денег. Поэтому она играет в подземках, чтобы собрать нужную сумму. Бедный ребёнок.
Он по-отечески сочувствует, в его голосе нет ни капли фальши. История Лизы трогает струны моего сердца, я еле-еле сдерживаю слёзы.
— Неужели, за ней некому присмотреть? А где отец?
— Никто не знает, - разводит руками полицейский. - Из родни у неё только далёкая мамина родственница, с которой мы уже связались. Женщина обещала приехать в следующий понедельник, ей далеко добираться до нашего города.
— А где ребёнок будет до этого времени?
— Сейчас Лизу определят в детский дом.
— В детский дом? - переспрашиваю, а душа разрывается от боли к чужому горю. - У неё мама в больнице, а вы хотите отправить её в приют?
— Думаете, ей будет лучше у нас? Прошлые разы мать забирала, а сейчас её состояние не позволяет оставить больницу.
Девочка всхлипывает, но упорно молчит, склонив голову.
— Я могу забрать её к себе на несколько дней. Лиза, ты согласна пожить у меня? - спонтанное решение сразу слетает с языка. Но я не жалею, сердце подсказывает, что поступаю правильно. Я смотрю на девочку, но она не реагирует на мои слова.