Ей было трудно вспомнить. Возможно, потому, что все её мысли были заняты прокручиванием в голове вчерашней ночи. Всё тело приятно ныло, напоминая о немыслимой и долгожданной близости с Гарри, и больше всего на свете она боялась открыть глаза и осознать, что он оставил её одну. Незадолго до пробуждения ей приснился жуткий сон, словно бы вернулась его жена и забрала у неё Грейси и Гарри, а сам он лишь смеялся над Эйприл и говорил, что между ними никогда и ничего не может быть. Она до сих пор с ужасом вспоминает зловещий взгляд зелёных глаз и дьявольскую ухмылку, когда он самодовольно упоминал её возраст, обнимая мать своей дочери.
Эйприл зажмурилась и прикусила губу. Так или иначе, этим утром она, абсолютно обнажённая, проснулась в кровати Гарри. Страх был настолько сильным, что девушка открыла глаза лишь спустя несколько минут после пробуждения, и первое, что увидела этим утром… тёмно-синюю стену. Эйприл боялась поворачиваться. Она не чувствовала его присутствия. Так или иначе, она вынуждена была убедиться. Нервно прикусив губу, девушка мысленно помолилась и тихо повернулась на другой бок.
Широкая улыбка тут же озарила её лицо.
Гарри был здесь. Он мирно спал, положив одну руку под голову, а одеяло прикрывало лишь нижнюю часть его тела. Девушка прикусила губу, наблюдая за потрясающим видом, открывшимся перед ней этим утром. Она смотрела на его мягкие черты лица и не представляла, как можно быть таким красивым. Таким уязвимым. Самый жуткий сноб, скряга и наглец сейчас лежал и умиротворённо улыбался, а его длинные ресницы подрагивали во сне. Эйприл не могла перестать любоваться им, пока осознание чего-то жуткого не пришло ей в голову.
Она влюбилась в двадцатидевятилетнего отца пятилетней девочки, который не принимал никаких человеческих чувств, кроме похоти и ненависти и самолюбия. И Эйприл проснулась с ним в одной постели наутро после прекрасного секса.
Не она ли обещала ему, что никогда в него не влюбится? Не они ли договаривались никогда не прикасаться друг к другу? Не он ли насмехался над ней и её юным возрастом? Как такое могло случиться?
Гарри выпустил тихий вздох, вырывая девушку из мыслей, и сонно потянулся. Эйприл натянула одеяло до подбородка и зажмурилась. Ей стало страшно. Стайлс мог вычудить всё что угодно сейчас. Дей влюбилась в настоящего монстра, и она прекрасно осознавала это.
Потому что любить – это не обожествлять человека. Это принимать его вместе со всеми его демонами.
- Доброе утро, - хрипло прошептал он.
Девушка открыла один глаз, и всё в ней затрепетало, когда она увидела его сонную улыбку и сияющие зелёные глаза. Гарри буквально светился.
- Доброе утро, - неуверенно ответила Эйприл.
Стайлс по-прежнему улыбался, и для девушки стало настоящим сюрпризом, когда он повернулся и потянул к ней свои руки.
- Давай, иди ко мне, Дей, мне нужна подзарядка на весь день.
Эйприл широко улыбнулась, и бабочки заплясали в её животе, когда она охотно легла на его голую грудь, а он обвил своими руками её хрупкое тело. Девушка слушала его размеренное дыхание и думала, испытывает ли он к ней те же чувства, что и она к нему?
- Сколько сейчас времени? – сонно пробормотал Гарри.
- Понятия не имею.
Он потянулся рукой к тумбочке и взял свои наручные часы. Эйприл молилась, чтобы до будильника оставалось достаточно времени, чтобы продлить это немыслимое удовольствие от такой близости с ним. К сожалению, её молитвы не были услышаны. Гарри разочарованно застонал, отчего девушка почувствовала вибрацию в его груди.
- Твою мать. Полвосьмого.
Эйприл широко распахнула глаза, в удивлении уставившись на парня.
- Мы почти проспали. Почему ты не завёл будильник?
- Очевидно, потому что я заводил тебя в это время?
Щёки девушки вспыхнули румянцем, и она несильно шлёпнула его ладонью по груди.
- Нам нужно многое обсудить, да? – поморщившись, спросила Эйприл.
Гарри устало застонал и притянул девушку к себе, обвивая свои сильные руки вокруг её обнажённого тела.
- Я не хочу ничего обсуждать, мне это так надоело, - он поцеловал Дей в макушку, и тысячи мурашек пробегали по её телу от каждого его прикосновения. – Думать, волноваться… полетели в Париж?
Девушка приподнялась и широко распахнула глаза, не веря его словам. Они поменялись ролями? Она заразила его своей беззаботностью, в то время как Стайлс передал ей рассудительность и ответственность? Эйприл приложила свою ладонь к его лбу, решив что у него жар, но Гарри схватил её за запястье и оставил на нём невесомый поцелуй. Шатенка недоумённо улыбнулась.
Всё было гораздо проще: этим утром он проснулся счастливым.
- Ты сошёл с ума, - прошептала Эйприл, уткнувшись носом в его грудь.
Гарри ничего не ответил и взял её двумя пальцами за подбородок, приближая лицо девушки к своему и оставляя на её губах едва ощутимый, невесомый поцелуй. Целые стаи бабочек порхали в животе Эйприл, все её страхи ушли на второй план. Это было лучшее утро в её жизни.
- Я серьёзен сейчас, - он улыбнулся, чуть отстранившись. - Только ты, Грейси и я. Ну? Что ду…
- Папочка! Мы проспали!
Из коридора послышался топот детских ножек. Гарри и Эйприл испуганно переглянулись, и девушка среагировала мгновенно, буквально падая с кровати и прихватив с собой одеяло. Стайлс так и остался сидеть в панике на своей кровати, полностью обнажённый, в то время как Эйприл уже стояла на ногах, похожая на греческую богиню в своём одеянии.
- Гарри! – шикнула Дей, испуганным взглядом уставившись на его «бодрствующее» достоинство. – Прикройся, идиот!
Он вовремя спохватился, натягивая на себя простынь, когда Грейси забежала в спальню отца и резко остановилась, сверля недоумённым взглядом свою няню, которая замерла в испуге.
- Эйприл! – малышка вдруг улыбнулась и подбежала к девушке. – Какая у тебя красивая пижама.
Шатенка облегчённо выдохнула и присела на корточки перед девочкой, переводя взгляд на Гарри. Он был в ступоре. Его дочь чуть не застукала его с семнадцатилетней няней. С ума сойти.
- У тебя тоже, - Дей решила спасать ситуацию. – Мы проспали, верно?
Малышка кивнула и потёрла глаза своими маленькими кулачками.
- Ты пришла будить папочку? Похоже, он ещё не проснулся, - Грейси хихикнула. – Папа!
Забравшись на кровать, девочка утроилась на коленках Стайлса, когда он добродушно улыбнулся дочери. Кажется, он постепенно стал приходить в себя, и теперь эта нелепая ситуация заставляла его смеяться. Девушка в недоумении покосилась на Гарри.
- Милая, думаю, нам надо поторопиться, - прошептал мужчина, и когда Эйприл подумала, что он обращается к ней, Стайлс оставил на щеке дочери быстрый поцелуй. – Мне нужно принять душ, а Эйприл поможет тебе собраться.
- Может, пропустим садик? – девочка надула губы.
- Нет, солнышко, нам придётся пропустить его через несколько дней. Так что пока не будем этого делать, хорошо?
- А что будет через несколько дней? – Грейс в любопытстве округлила свои зелёные глазки.
Эйприл тоже задумалась. Что, если он не шутил насчёт Парижа? Нет, это невозможно. Это же Гарри. Наверное, он имел в виду её подготовительные занятия. Возможно, у них поменялось расписание или что-то вроде того.
- Сюрприз.
- Ну, папочка! Расскажи пожалуйста.
- Давай, милая, тебе нужно ещё позавтракать, - строго ответил он, переводя тему.
- Так неинтересно! – девочка сложила руки на груди и надула губы. Эйприл хотела закричать, только бы Гарри рассказал о своих планах, почему Грейси так быстро сдалась?
Стайлс засмеялся и покачал головой, вставая с кровати и обматывая вокруг бедер простынь. Дей сглотнула от такого зрелища, но Грейси прервала поток её восхищения, подбегая к няне и дёргая её за импровизированную пижаму.
- Эйприл, приготовишь хлопья?