— Мне нравятся все твои грубости. — мурлычет она мне в губы, когда кончик моего члена касается ее горячей киски. — Я доверяю тебе, Калеб. Вот почему я могу говорить и делать с тобой все неприличные вещи. Я знаю, ты позаботишься обо мне.
Лекси дрожит, и ее глаза закрываются, когда я провожу пальцами по ее киске, потирая каждый нерв, по мере того как она становится все более влажной с каждым проходом.
— Эта маленькая киска мокрая для папочки. — напеваю я, проводя толстым кончиком своего члена по ее клитору.
Она выгибается и стонет, ее ногти впиваются в мои плечи, когда она пытается сохранить контроль.
— Мне нужно увидеть, как сладко выглядит моя маленькая девочка, когда мой член снова погружается глубоко в нее.
Вместо того, чтобы упираться в ее клитор, я ввожу свой член внутрь ее входа. Я едва проскальзываю внутрь, с моего кончика вытекает предварительная сперма. Я чертовски горяч и возбуждаюсь от ее тихих всхлипываний. Моя грязная девчонка, горячая штучка. Но не поймите неправильно, она так же сильно заводит, когда бывает милой. Мне нравится каждая частичка Лекси, и я планирую создать среду, в которой ей никогда не придется скрывать от меня ни малейшей части того, кто она есть.
— Пожалуйста, дядя Калеб. Ты нужен моей киске.
Мой член напрягается от желания дико трахнуть ее.
— Как ты думаешь, эта маленькая развратная пизда сможет снова справиться с толстым членом папочки?
Ее глаза расширяются, и она прикусывает нижнюю губу, когда нетерпеливо кивает.
— Пожалуйста. — умоляет она. — Все, чего я хочу, это чтобы ты трахнул мою киску и наполнил меня своей спермой. Ничто в жизни не доставляет такого удовольствия, как чувствовать, как ты вытекаешь из меня, и знать, что моя маленькая дырочка принадлежит тебе.
Я толкаю ее руку между нами, заставляя ее почувствовать себя.
— Хорошая девочка. Почувствуй, какая у тебя влажная киска из-за меня.
Она проводит пальцами по своим блестящим складочкам, скользя кончиками пальцев по моему члену. Я хочу сосать, трахаться, лизать и кусать каждый дюйм ее кожи каждый день в течение следующих ста лет.
— Я надеюсь, ты готова к вечности со мной, малышка.
— У меня никого не было. Всегда был только ты.
Мне нравится, что здесь больше никого не было, кроме меня. Я никогда не относился к тому типу людей, которых волнуют женские достоинства, но с Лекси осознание того, что она вся моя, пробуждает во мне что-то первобытное.
— Времени с тобой никогда не будет достаточно. — хриплю я, проскальзывая немного глубже.
Ее единственный ответ — стон, когда я толкаюсь глубже, чувствуя, как она напрягается и расслабляется вокруг моего толстого члена.
— Эта киска идеальна. У моей маленькой девочки самая сладкая киска. Посмотри, как идеально мы подходим друг другу, малышка. Ты была создана для меня.
Мой рот прокладывает горячую дорожку по ее коже вниз по груди и обратно к горлу, чтобы снова приземлиться на ее губах.
— Блядь, малышка. Блядь, меня пугает, как много я, черт возьми, думаю о тебе. — стону я, входя в нее до конца и ослабляя свои толчки.
Я медленно целую ее, ловко проникая языком, когда мы отрываемся друг от друга в этом темном винном погребе.
— Я слышу всех наверху. Вечеринка началась. Кто-то может спуститься сюда в поисках выпивки. — бормочет она, в ее тоне страх смешивается с возбуждением.
— Тебя это возбуждает, Лекси? Быть застигнутой голой, пока твой дядя трахает тебя. — поддразниваю я.
Ее киска сжимает мой член при моих словах, давая мне единственный ответ, который мне нужен.
— В этом есть азарт, не так ли? Я знал, что публичная демонстрации — это твой конек, когда ты стонала, пока я фотографировал тебя ранее.
Она улыбается, когда румянец покрывает ее тело.
— Как бы волнующе ни было быть пойманным, я не хочу, чтобы моя мать и твой брат узнали о нас именно так.
— Было бы забавно, если бы это означало, что мне не нужно продолжать ходить на эти рождественские вечеринки.
Лекси вздыхает и хлопает меня по груди.
— Пошли они нахуй, детка. Единственная вечеринка, которая имеет значение, происходит прямо здесь.
Я снова воздействую на нее, чтобы отвлечь, проводя пальцами по ее клитору и доводя ее до возбужденного состояния, прежде чем обхватить руками ее талию и скользнуть вниз по ее красивой круглой попке.
— Увидев тебя сегодня вечером в этой короткой юбке, я захотел прикоснуться к этим великолепным изгибам. — я дергаю ее за ягодицу, двигая нашими телами в бешеном ритме. — А теперь я хочу трахнуть это прекрасное тело.