Как только Рафаэль возвращается внутрь, он бросает на меня грозный взгляд.
— Твои родители знают, где ты?
Я молча качаю головой, и он стонет, проводя рукой по своим волосам с проседью.
— Мне нужно отвезти тебя домой, Вила.
— Нет. — Я молча умоляю его, когда наши глаза встречаются. — Пожалуйста, Рафаэль. Я не вынесу, если они будут кричать на меня прямо сейчас.
— Они должны знать, что ты в безопасности, иначе они будут очень волноваться, Беда.
Я не отвечаю, просто прикусываю нижнюю губу достаточно сильно, чтобы почувствовать вкус крови. Рафаэль опускается передо мной на колени, мягко заставляя меня высвободить губу из тисков, которыми я ее сжимаю.
— Не вреди себе, — тихо бормочет он. — Не надо. Я собираюсь помочь тебе, хорошо?
Я слабо киваю.
— Но сначала ты должна сообщить своим родителям, что с тобой все в порядке. Отправь сообщение своей маме, хорошо?
Я стону от этой мысли, но он мягко поощряет меня, пока я не достаю свой телефон. У меня десятки пропущенных звонков, и мои пальцы дрожат, когда я отправляю сообщение Дав, сообщая ей, что я в безопасности и буду дома завтра. Она сразу же звонит мне, но я выключаю телефон и кладу его на кофейный столик в кабинете Рафаэля.
— Хорошая девочка, — бормочет он.
На этот раз слова не вызывают у меня того ужасного неприятного чувства, как когда их произносил Дэвис. Вместо этого они кажутся теплыми, приветливыми и добрыми, как объятия. Рафаэль берет мои руки в свои и целует их, хотя выражение его лица омрачено гневом.
— Что мы будем делать с твоим непослушанием, а Беда?
Глава 10
Рафаэль
Я смотрю в лицо Вилы, чувствуя коктейль эмоций.
Да, я злюсь. Злюсь из-за придурка, который причинил ей боль в прошлом, но он никогда больше не дотронется своими грязными лапами до моей девочки. Не после того, как Дилан покончит с ним.
Я также разочарован, что она пришла ко мне, только потому, что произошло что-то дерьмовое, но сейчас не время и не место злиться на мою девочку. Мне нужно, чтобы она чувствовала себя в безопасности и желанной. Я вижу, насколько она потрясена тем, что произошло: ее руки дрожат на коленях, а глаза дико бегают по комнате, ища способ выбраться на случай, если ей придется. И есть еще кое — что, то, что я изо всех сил старался игнорировать.
Мой член все еще тверд от просмотра ее видео ранее. Я так и не закончил. Сохранять самообладание рядом с объектом моей одержимости будет чертовски сложно. Я уже веду битву с самим собой, пытаясь не наклонить ее над своим столом и не погрузить свой член по самую рукоятку в ее сладкую киску, пока она умоляет меня остановиться.
Я трясу головой, чтобы избавиться от этой мысли, поднимаюсь с пола и расхаживаю по комнате перед ней.
— Хочешь выпить, чего-нибудь поесть? — Спрашиваю ее, беря на себя мгновенно роль опекуна. — Ты сегодня ела?
Она слабо кивает.
— Я ела. Все в порядке. Я не голодна. Я просто… Я просто пока не хочу идти домой. Могу я остаться здесь на некоторое время?
Борясь с собой, я пытаюсь придумать ответ. Я не должен говорить "да", не должен поощрять ее проводить со мной больше времени. Особенно после того, как я позвонил Ноксу, Вила возненавидит меня, как только узнает об этом. Она до сих пор не знает о моей связи с ее родителями.
— Да, ты можешь остаться.
Слова слетают с моих губ прежде, чем я успеваю их обдумать. Нет времени сожалеть о том, что я сказал, так как Вила обнимает меня за шею и прижимает к себе. Я вдыхаю ее аромат сладкой вишни и темного шоколада. Она так опьяняет, что у меня кружится голова.
— Спасибо. — Нижняя губа Вилы дрожит, когда она смотрит мне в глаза. — Я так благодарна.
Мое сердце разрывается из-за нее. Ей не за что быть благодарной. Я собственнический придурок, который хочет, чтобы она осталась только для того, чтобы еще сильнее привязать ее к себе. Я горю желанием сделать ее такой же зависимой от меня, как и я от нее. Я хочу держать ее на поводке, позволяя ей отходить, только, чтобы я мог её видеть. Я хочу, черт возьми, владеть ею.
Я приношу стакан виски для себя и колу для Вилы. Она тихо потягивает свой напиток, стараясь не встречаться со мной взглядом. Я уже решил не поднимать тему нашей сделки, но она удивляет меня, ставя свой бокал на стол и бросая на меня решительный взгляд.
— Я знаю, что все еще у тебя в долгу.
— Тебе не нужно беспокоиться об этом прямо сейчас.
— Но ты заплатил мне за это.
Я выдыхаю и смотрю на нее.
— Ты вообще хочешь трахаться со мной, Вила?
Она нетерпеливо кивает.
— Я просто не думаю, что сегодня та самая ночь. Ты и так через многое прошла.
Затем два слова сами срываются с ее губ, ударяя меня прямо по яйцам.
— Пожалуйста, папочка?
Я стону, проводя рукой по волосам. Я даже не могу смотреть на нее. Я уже горю желанием раздеть ее догола, посмотреть, оставил ли этот ублюдок на ней хоть одну отметину, чтобы у меня был повод убить его.
— Пожалуйста, не говори мне "нет"…
Вила опускается передо мной на колени и начинает ползти, останавливаясь перед моими ногами. Я все еще не могу заставить себя взглянуть на нее, слишком испорченный мыслями о том, что я хочу с ней сделать.
— Пожалуйста, не говори мне "нет", — повторяет она мягким, тихим голосом. — Я сделаю все, что ты захочешь.
Я заставляю себя посмотреть ей в глаза. Она смотрит в ответ, когда я бормочу: