— Ты, должно быть, думаешь, что я сумасшедшая, — шепчу я.
— Нет, не думаю. — Его голос ясен и решителен. — Но я знаю, что-то, что я сделал, должно быть, вызвало это. Ты чувствуешь себя лучше?
Я киваю, и он проводит пальцами по моим волосам.
— Мне жаль.
— Тебе не нужно извиняться за свои чувства, Вила. Никогда. — Он мягко улыбается мне. — Но я хочу помочь. Дав и Нокс плохо к тебе относятся?
Я качаю головой, чувствуя себя несчастной.
— Они потрясающие. Они дают мне все, что я хочу.
— Тогда почему ты не хочешь возвращаться?
— Потому что я… — Я сглатываю. — Я не принадлежу им. Я хочу принадлежать тебе.
— Так и есть, — быстро успокаивает он меня. — Но ты нужна им сейчас больше, чем мне. И мы не можем быть эгоистичными и игнорировать это. Ты понимаешь? Как бы я ни хотел, чтобы ты оставалась здесь навсегда, это было бы неправильно, Вил.
Я киваю, чувствуя себя несчастной. Я не хочу, чтобы он был прав. Я хочу забыть все о семье, частью которой я никогда не чувствовала себя, и заменить их всех Рафаэлем.
Как будто он читает мои мысли:
— Разве ты не любишь их, Вила? Дав, Нокса и мальчиков?
Я думаю о мальчишках и их сумасшедших шалостях и проделках.
Я думаю о Ноксе с его тихой задумчивостью и неохотными улыбками, которые он мне дарит.
Я думаю о Дав, такой заботливой, такой теплой, такой любящей.
И я ловлю себя на том, что киваю.
— Вот видишь. — Рафаэль снова целует меня. — Может быть, ты можешь без них, но прямо сейчас они не могут без тебя и иногда ты должна заботиться о других людях, особенно, когда они нуждаются в тебе.
— Я знаю, — шепчу я. — Но это не значит, что между нами все кончено, верно?
Он улыбается в ответ на мой умоляющий взгляд, дергая меня за длинные пряди волос.
— С чего бы это?
— Для тебя это был бы простой способ отступить, — бормочу я. — Потому что ты не нравишься моим родителям… Это дает тебе хороший повод порвать со мной. Вернуться к своей обычной жизни.
— Я не хочу нормальной жизни, — решительно заявляет он. — Я хочу неприятностей.
Глава 14
Рафаэль
Прошло три дня с тех пор, как я отвез Вилу обратно к Дав и Ноксу. Три дня сходил с ума, пытаясь не нависать над ней, как гребаная тень.
В тот день, когда я отвез ее обратно, я порвал с Элизой. Она была, мягко говоря, взбешена. С тех пор я остаюсь в своей квартире, ожидая, когда она заберёт свои вещи из моего дома. У меня такое чувство, что мне придется продать пентхаус. Я не могу оставаться там с Вилой, не теперь, когда там была Элиза. Может быть, Вила поможет мне выбрать другое место, где мы могли бы жить вместе.
Я трясу головой, чтобы избавиться от мыслей. Я позволяю этому зайти слишком далеко. Мне нужно не торопиться, если я хочу заслужить уважение Дав и Нокса. Прямо сейчас они ненавидят меня больше, чем когда-либо.
Другая проблема в том, что вчера прибыла еще одна записка с шантажом. Это уже мои фотографии с Вилой и зловещая записка, нацарапанная на её лице.
«Избавься от девчонки, или я разрушу ее жизнь, а вместе с ней и твою.»
Я до сих пор не знаю, кто отправляет эти загадочные сообщения. Я не думаю, что это Нокс, он никогда бы не стал угрожать Виле. Но кто имеет на меня зуб? Кто хочет, чтобы я и моя девушка расстались?
Я комкаю фотографию в руке и выбрасываю ее в мусорное ведро, прежде чем неторопливо выйти из офиса. Дилан прислонился к столу моей секретарши, болтая с ней, и я улыбаюсь им, проходя мимо.
— Уходите, мистер Сантино? — Женщина спрашивает с робкой улыбкой. — Увидимся в понедельник.
— Ага, — киваю я. — Береги себя, не забудь всё запереть.
Спускаясь на лифте в подземный гараж, я стараюсь не слишком волноваться по поводу сегодняшнего вечера. Тем не менее, это первый раз, когда я увижу Вилу с тех пор, как отвёз ее домой. Я чувствую себя чертовым подростком, когда еду на своем Мерседесе к ее родителям. Она уже ждет на обочине, но, к сожалению для меня, так же как и Дав и Нокс.
Они смотрят на меня, когда я выхожу из машины, и я молча киваю им, прежде чем Вила бросается ко мне, прыгает в мои руки и крепко обхватывает ногами мою талию.
— Я скучала по тебе, — выдыхает она мне в шею.
— Я тоже скучал по тебе, Беда. — Я целую ее волосы и опускаю ее, прежде чем повернуться лицом к родителям. Они кажутся чертовски взбешенными, и я удивлен, что мои кости все еще целы, так как у Нокса, похоже, готовы лопнуть кровеносные сосуды.
— Мы хотим, чтобы она вернулась к полуночи, — выплевывает Нокс в меня.
— Понял.
— Никаких наркотиков, выпивки или чего-либо, что мы бы не одобрили, — вмешивается Дав, бросая на меня ледяной взгляд.
— Даже не мечтал об этом. — Я ухмыляюсь. Этот ублюдок Нокс всегда казался мне извращенным ублюдком. Я уверен, что он поступил со своей женой хуже, чем я собираюсь поступить с его дочерью.
Я должен признать, что находиться в положении, когда я могу раздражать мужа Дав, чертовски весело. Мне нравится, как все изменилось.
— Увидимся позже, — бормочет им Вила, прежде чем взять меня за руку и потащить к старому кабриолету. — Я подумала, что мы могли бы взять машину Робина.
— Робина? — Я сужаю глаза. — Брат Дав?
Я чувствую, как Дав наблюдает за нами через окно, когда Вила садится за руль.
— Да, — она широко улыбается. — Они разрешают мне использовать её, так как это особый случай.
— Ты хороший водитель, Беда?
— Тебе придется это выяснить. — Она похлопывает по пассажирскому сиденью. — Залезай, я знаю идеальное место, куда мы можем прокатиться.
Я улыбаюсь и сажусь рядом с ней. Прежде чем я пристегнул ремень безопасности, Вила уже мчится прочь от их семейного дома.
— Господи, Беда, — шиплю я. — Ты так водишь машину каждый день?
— Да, как?
— Как будто собираешься кого-нибудь убить. Остановись.
— Что? — Она прищуривает на меня глаза, отводя их с дороги. Люди сигналят, когда машина поворачивает. — Ой!