— И… гм…Максанди для папочки.
— Конечно, дорогая, — смеется девушка из динамика. Она, должно быть, думает, что Вила ребенок. — А какой вкус понравился бы папе?
— Карамель. — Вилла краснеет и садится обратно. — Так нормально?
— Мы еще не закончили.
Я подъезжаю к окошку выдачи заказов, и мы ждем, пока наш заказ будет готов. Как только окно открывается, девушка, которую я видел раньше, улыбается мне, прежде чем заметить Вилу и переводит взгляд с нее на меня.
— Вот твой Максанди и молочный коктейль, — говорит она с некоторым замешательством. — С тобой была маленькая девочка?
— Да, — киваю я, протягивая Виле ее напиток. — Возьми это, Вила. Скажи "спасибо".
— Спасибо, — говорит она, краснея, когда встречается взглядом с кассиром. — Папочка просто не в духе.
Я ухмыляюсь, расплачиваясь за напитки, добавляя солидные чаевые, и подмигиваю девушке, которая смотрит на нас с ошарашенным выражением лица. Я отстраняюсь, и Вилла начинает хихикать на пассажирском сиденье, пока мороженое тает у нее в руках.
— Это было весело, — наконец признает она.
Я ухмыляюсь.
— Ешь свое мороженое.
Я чувствую на себе ее взгляд, смотрящий с чистым обожанием. Кажется, я наконец-то достучался до нее. Я не хочу, чтобы она даже думала о том, чтобы снова употреблять наркотики. Мне, кажется, я поступил правильно, она спокойна и внимательна, когда мы подъезжаем к ее дому, и она позволяет мне съесть последние несколько кусочков своего пломбира.
— Скоро увидимся, — говорю я ей у двери, отказавшись просто высадить ее. — Будь хорошей девочкой для папочки.
— Да, папочка.
Она снова краснеет. Мне нравится, как легко она использует это слово сейчас. Однажды я заставлю ее назвать меня так перед Дав и Ноксом.
Ухмыляясь, я отмахиваюсь от нее и смотрю, как она заходит внутрь, прежде чем сесть в машину, надеясь, что это будет последняя ложь, которую она мне когда-либо говорила.
Глава 16
Вила
— Вил, сюда!
Я иду на звук голоса Мерси, нахожу ее за столом со своим дибильным парнем Скоттом. Подавляя стон, я присоединяюсь к ним и заставляю себя улыбнуться в пользу Скотта. Предполагалось, что это будем только я и Мерси, но в последнее время они стали пакетной сделкой.
— Где ты была?
— С Рафаэлем. — Краснею я, садясь напротив них в маленьком кафе. — Извините, я совершенно потеряла счет времени.
— Чувак постарше хорошо использует член, да? — Скотт ухмыляется, собственнически обнимая Мерси за плечи, пока она пихает его локтем в ребра.
— Придурок, — шипит она. — Не разговаривай так с Вилой.
Я чувствую, как румянец заливает мои щеки, когда они смотрят друг на друга сверху вниз, с ними так всегда, когда они спорят. Я ненавижу этого парня за то, что он украл мою лучшую подругу, но я ненавижу его еще больше за то, что он обращается с ней как с дерьмом. Она действительно заслуживает встречи с кем-то получше, но каждый раз, когда я поднимаю эту тему или пытаюсь познакомить ее с кем-то, моя лучшая подруга продолжает возвращаться к этому дибилу.
— Итак, Уиллс, — ухмыляется мне Скотт, отвлекая свое внимание от моей подруги. — Как тебе таблетки?
— Таблетки? — Мерси смотрит на меня. — Какие таблетки?
— Пошел ты, Скотт, — шиплю я ему, прежде чем повернуться лицом к Мерси. — Я знаю, что скоро твой день рождения, и я купила кое-что у Скотта, чтобы убедиться, что мы весело проведём вечер.
— О? — Ее глаза блестят от интереса. Она всегда любила все запретное, хотя никто из нас не пробовал больше, чем затяжку от косяка. — Что ты получила? Когда мы попробуем?
— Никогда, — стону я. — Рафаэль поймал меня с таблетками и уничтожил их.
— Умора, — громко смеется Скотт.
— Отвали, Скотт. — Я смотрю на него убийственно, прежде чем переключить свое внимание обратно на Мерси. — Мы можем избавиться от этого идиота, и поговорить наедине, пожалуйста?
— Хорошо, хорошо. — Он поднимает руки и встает. — В любом случае, мне нужно быть в другом месте. Увидимся, сучки, позже.
Он уходит и хлопает дверью, выходя, заставляя меня закатить глаза.
— Серьезно, Мерси? Почему этот парень? Я так его ненавижу. Его член, должно быть, действительно волшебный.
— Кстати, о волшебном члене. — Она наклоняется с заговорщическим выражением лица. — Как дела у Рафаэля, кроме того, что он уничтожает таблетки?
— Он не хочет, чтобы я делала что-то, чего не одобрили бы мои родители.
— Это плохо? Нокс и Дав довольно крутые.
— Но это значит, что мне вообще нельзя развлекаться, — ною я. — Я хотела, чтобы у тебя был потрясающий день рождения.
— Это все равно будет потрясающе. — Она посылает мне воздушный поцелуй через стол. Я замечаю кольцо синяков вокруг ее запястья и, нахмурившись, смотрю на нее.
— Мерси, что случилось?
— Ах, это? — Она смеется над этим, как будто это ничего не значит. — Ты знаешь мою маму. Иногда она немного нервничает… ты же знаешь.
— Ты не хочешь пожить у нас какое-то время? Нокс и Дав были бы совсем не против.
— Нет, все в порядке. — Ее уверенные улыбки навсегда закрывают эту тему. — Ты уже рассказала им о Парсонсе?
— Нет, — вздыхаю я. — Я все еще беспокоюсь, какова будет их реакция.
— Но ты все еще хочешь уехать?
Я пожимаю плечами.
— Я не знаю. Все изменилось… из-за Рафаэля. А ты всё ещё хочешь со мной?
— Куда бы ты ни пошла, я с тобой, — улыбается она.
— Ты такая милая, Мерси. Мы должны держаться вместе, ты права.
— Почему бы тебе не сказать Рафаэлю о Парсонсе?
— Зачем?
— Я не знаю. — Ее глаза блестят озорством, когда они встречаются с моими. — Может быть, он поедет с нами.
— Я сомневаюсь в этом, его бизнес здесь…
И все же слова Мерси дали мне луч надежды, которого я не ожидала.
Честно говоря, я полностью отбросила мысль о Нью-Йорке в сторону с тех пор, как встретила Рафаэля. В последнее время все было связано с ним, и я в любом случае практически решила не уезжать. Даже дома стало лучше, несмотря на то, что Дав и Нокс узнали о Рафаэле, они стали понимающими и добрыми. Я должна относиться к ним так же и рассказать им правду о Парсонсе. И все же я не могу заставить себя завести с ними этот разговор.