Не один день мы бодались, разбирая каждый пункт. Надо было признать, она оказалась не так глупа, как я думал по началу. Что-то принимала сразу, что-то отвергала, чему-то предлагала альтернативу. А ещё мы в первый день, пол часа собачились, чтобы начать сразу вводить одобренные обоими решениями. Общаясь с ней я каждый раз поражался тем чувствам, которые она вызывала у меня. С одной стороны мне нестерпимо хотелось её прибить, а с другой, я любовался и не мог оторваться от неё. От того как она прогибалась, оттопыривая попку, когда изучала огромный, во всю столешницу, план у меня в штанах начинался пожар, а вид спереди просто сводил меня с ума, я разве что слюной не капал на её декольте. А как она была хороша в гневе. Это были странные реакции. Конечно, я волк, хоть и без оборота, и мне нужен был регулярный секс, но бывали моменты, когда приходилось прибегать к воздержанию и такого со мной не случалось. Я в принципе не был готов прыгать на каждую встречную поперечную. Дома у меня была дама для секса, без обязательств, но тут пока просто некогда было такую искать. Сначала дело, а потом тело. От успешности фермы зависело останемся ли мы здесь. Потому что вряд ли мы захотим прогибаться под того, кто подомнёт под себя стаю Канавар, если мы не сдюжим. Хотя куда идти и где искать пристанище я не знал. Но предпочитал об этом не думать.
Неожиданно один мужчина из моей стаи сошелся с местной вдовой, утверждая, что они пара. Я не очень поверил в парность. Скорее в тоску по теплу. Но их связь давала хороший результат, парень начал пахать как проклятый. Остальная моя стая не отлынивала от обязательств, но и жопу не рвала. Оно и понятно. Не смотря, на то, что их в отличии от меня неплохо приняли, всё для них здесь было чужое.
В тот день мы опять тусовались на ферме, обсуждая перестройку денника. Я требовал до закупки жеребят, Ирма орала, что у неё и так пять копеек осталось, и я пущу нас по миру. В какой-то момент она перестала контролировать себя и частично обернулась. Как назло, в этот момент один из волчат полукровок вёл коня. Тот испугался, встал на дыбы и вместо того, чтобы ринутся в противоположную сторону понёсся на альфу, видимо от того, что парнишка пытаясь удержать животное неудачно попытался развернуть его. Я даже сам не успел сообразить, как грохнулся на девушку закрывая собой. Дальше тело пронзила адская боль. Удар переднего копыта пришелся на предплечье раздробив к чертям кости. Я кажется забыл, как дышать, слыша, как ломаются обе кости рассыпаясь на мелкие кусочки, перед глазами было темно, а уши заложило от собственного воя.
- Иван, Иван, - на меня обрушился водопад ледяной воды, видимо я потерял сознание, и моя добрая альфа решила привести меня так в себя.
- м-м-м, - застонал я, не открывая глаз. Рука горела и пульсировала.
Чьи-то руки подхватили меня, предварительно очень бережно положив руку на живот, от чего я хрипло вскрикнул.
- положите его в багажник, - услышал я приказ Ирмы, чудесно, в салоне мне место не нашлось, однозначно «добрая девочка». Я тебе это припомню!
Только когда я услышал, как открываются борт пикапа понял, что она действовала с заботой. Легковушек тут не было, а сидеть я не мог. Пошла регенерация и меня начало корёжить внутри, казалось, что все капилляры выворачиваются наизнанку. Иногда не знаешь, что меньшее зло, лечится как обычные люди или вот эта агония порой на протяжении нескольких дней и это если травма не сильная.
Машина ехала медленно видимо объезжая все возможные кочки, чтобы как можно меньше беспокоить мою тушку, хотя сейчас мне, наверное, было всё равно, я рычал, выгибаясь дугой от боли, повреждённая рука давно упала на пол и конкретно её я уже не чувствовал, внутри всё жгло от кончиков волос до пяток.
Что-то соображать я начал уже на койке в лазарете. Пожилая волчица с суровой морщиной между бровей меняла в капельнице лекарство, скорее всего это было обезболивающее. На нас мало что действовало и смесь трав, которая приносила облегчение оборотням береглась как зеница ока. С одной стороны и без неё можно пережить, но я не знал ни одного волка, который бы при регенерации добровольно от неё отказался. Ирма сидела на стуле и скрестив руки на груди обеспокоено смотрела на меня.
- целая? – сквозь зубы спросил я, потому что лекарство хоть и облегчало состояние, но сказать, что у меня ничего не болит я не мог.
- а что мне будет? – буркнула девушка, - какого чёрта ты решил меня защищать, я в состоянии сама увернутся от коня! Возись теперь с тобой, - она ярилась, но я слышал в её голосе благодарность. Вот ведь вздорная девчонка, нет чтобы сказать спасибо, сидит ершится.