— Любишь платья?
— Ну… Да.
— Я обожаю! В этом торговом центре есть маленький, но очень хороший магазин! Я сама его случайно нашла, а так бы никогда не зашла! Он просто крошечный! Там чаще шьют на заказ, но есть и готовые модели. Поверь: в них ты себя почувствуешь богиней!
А я просто вздыхала и вяло поддерживала беседу. Не скажешь же ей, чтобы оставила в покое. Да и, думаю, развеяться мне не повредит.
— Ты снова в себе! Да что это такое! Ну, ничего, сейчас развлечемся! — с этими словами Хельга аккуратно, но радостно взяла меня за руку и вытащила из машины.
Все также сжимая мою руку, она потянула меня за собой навстречу отдыху.
Я изо всех сил старалась веселиться. Шопинг занял у нас не так уж и много времени, всё остальное время мы просто слонялись по торговому центру, болтали и разглядывали витрины, не имея цели что-либо покупать.
У меня в руках уже было два пакета с одеждой, приобретённой в том милом маленьком магазине, который и правда, как сказала Хельга, был просто чудесным. Я не стала заказывать что-то, но несколько готовых платьев, казалось, были созданы именно для меня, поэтому я не смогла удержаться и, обадреваемая Хельгой, забрала четыре платья себе. Конечно, тем магазином наш поход не ограничился, и мы заглянули ещё и в другие, но сейчас уже явно чувствовали, что всё: хватит.
Довольные, мы зашли в какую-то небольшую уютную кофейню, чтобы немного перекусить. Хельга не переставала разговаривать вообще, и я уже приноровилась слушать её в полуха.
— Марго, ну, о чём ты вечно думаешь? — девушка произнесла эту фразу таким обвинительным тоном, будто бы само то, что я "думаю" — уже нечто предрассудительное. — Ты можешь расслабиться хотя бы на минуту?
Мне расслабляться не хотелось совсем, потому что желание Хельги расположить меня к себе уже начинало настораживать. Но, отодвинув свои мысли прочь, я улыбнулась.
— Прости, никак не могу поверить, что гуляю просто так, одна, без кучи охранников, — решила выбрать тему, которая была близка к истине, но не открывала настоящих причин.
— О, да, — тут же подхватила Хельга. — Брат постоянно навязывает мне телохранителей. Но он брат, я могу и послать его, ведь почти ни в чем от него не завишу. А вот так ты справляешься с мужем, не представляю, — она улыбнулась, но я уже почувствовала в ее голове фальшь. — Братец никогда бы не выдал меня насильно замуж, в нашей семье так не принято. При всех его недостатках, он просто замечательный, — она отвлеклась, когда подошла официантка, и это дало мне несколько минут на размышления.
Нет, я прекрасно понимала, что просто так в нашем мире ничего не делается. И Вельдеры не могут быть белыми и пушистыми, значит, им от меня что-то нужно. И, кажется, я начинаю понимать, что именно. Хельга неплохая актриса, но временами переигрывает, расхваливая свою семью и брата.
Пока официантка беседовала с Хельгой, я осматривала кафе и взгляд зацепился за телевизор, где шел выпуск новостей. и будто специально спортивный блок именно в этот момент сменился светской хроникой. Я увидела брата, который улыбался, обнимая неизвестную мне блондинку, и что-то вещал о благотворительности. Понятно, это тот самый бал, на котором бы с Райаном должны были впервые официально появиться вместе, и из-за моих проблем с обращением так туда и не попали. Но теперь у него другая, и я…
Вздрогнула, чудом сдержав рвущееся наружу пламя. Он тоже был там. Райан. Невеселый, будто бы уставший, как человек, который считает все творящееся вокруг него, фарсом. надо же, а мне он не сказал, что все-таки посетил тот бал. Еще один обман? И зачем?
— Известный в определенных кругам представитель стаи Штейнов, один из богатейших людей нашего города, сколотивший свое состояние в сфере безопасности Райан Штейн появился на балу по сбору средств для приюта Святой Агнелии всего на несколько минут. По слухам, из надежных источников, его супруга не смогла посетить мероприятие, поэтому он только внес пожертвование и отбыл, оставляя все развлечения другим. Сумму сделанного ими пожертвования не озвучивают, но есть предположения, что на эти деньги можно было бы построить в приюте профессиональный спортивный зал, — хихикнула диктор.