Я ощутил небывалый подъем сил и жажду деятельности. Тоскливая апатия, моя верная спутница последних лет, вдруг покинула меня.
– Бася значит? – ласково сократил я её имя.
– Так меня никто не называет, но тебе можно. – позволило это чудо – А как тебя зовут? Ты – бог?
– Нет. – я протянул ей наколдованный, редкий цветок и глаза ее вновь счастливо вспыхнули. – Я – Цесса, твой друг. Расскажи кто ты и откуда?
– Я – настоящий дуалит и у меня есть жало! – доверительно поделилась она. – Хочешь покажу?
Про особенности это́й расы людей, я знал, но самого жала не видел, лишь слышал о том, что в брачный период оно способствует поиску партнёра. Мне стало любопытно.
– Покажи. – присел на траву рядом с ребёнком.
Она выставила ручку и я увидел, как из её запястья, появилась тонкая, золотая спираль.
Она раскручивалась маленьким смерчем и была такой притягательно прекрасной, что я не удержался и потянувшись пальцем прикоснулся к ней.
И в ту же секунду, жало оплело мою руку, удлинившись.
Я недоуменно уставился на Басю, но она мне озорно улыбнулась.
– Выходит, что ты меня звал? Ты мой..
Только это она и успела сказать.
Внезапно из озера, один за одним выпрыгнули несколько исчадий тьмы и резко набросились на девочку, пытаясь утащить её к воде. Малышка закричала пронзительной трелью, а я вступил в бой с двумя другими черниками, попутно кидая заклинания в тех, кто пытался забрать ребёнка.
И им это почти удалось. Бася перестала кричать и кажется потеряла сознание, а я как назло не сразу смог справится с новыми выходцами.
Сообразив, как поступить лучше, я магией заморозил озеро и пусть на время, но остановил поток уродливых, черных тварей.
Проверив девочку, я убедился, что на ней нет и царапины, но она оставалась без сознания. Проведя по её голове, я почувствовал магическое поле, от применения заклятий. И оно не было моим.
Черники появлялись и нападали регулярно, вылезая из под земли внезапно. Уничтожали поселения целиком и полностью, но они не могли пользоваться магией. Значит с ними заодно был маг - предатель, а я его даже не заметил. Видимо он сидел в засаде.
Зачем им понадобилось убивать ребёнка? Или это была случайная вылазка, а мы оказались у них на пути?
Или решили напасть на меня?
Я отнес малышку поближе к дороге. Настроив улучшенный слух и зрение, понял, что её ищут и уже приближаются к нам.
Хотел рассказать людям о нападении на ребенка, но вдруг поднял руку и замер.
Жало!
Оно осталось у меня! Золотая полоска так и не отцепилась от моей руки.
Когда черники потащили девочку к воде, оно оторвалось от хозяйки и как ни в чем не бывало, оплетало моё запястье, переливаясь эфемерным золотым огнем. И было по прежнему живым!
И меня словно чем-то тяжёлым приложило по голове от понимания происходящего.
Вот я дурак!
Бася – моя истинная!
Ещё такое маленькое, но уже опасное для меня существо!
Способное из меня, полубога сделать простого смертного.
Я струсил!
Не стал дожидаться бегущих к нам людей. Спрятался в густой листве, ближайших кустов и магически слился с растениями.
Девочку подняли и унесли и я облегченно выдохнул.
Я знал, что она жива. Часть её души, помещенная в жало, осталась со мной.
Размотав с руки золотистую спираль, сунул ее в широкий рукав моего халата.
На душе шкребло и было так больно, словно это я потерял, нечто важное.
И теперь никогда не стану счастливым.
Таким, каким совсем недолго был в день, когда повстречался с Басей.
С тех пор прошло четырнадцать циклов.
И не было ни одного дня, чтобы я не вспоминал о ней.
О крошке, которая жестокой волей Богини, имела несчастье стать моей истинной парой.
Я уходил в другие страны, путешествовал по континентам и даже по другим мирам. Но через время, спешил в Куршон, зная, что она где- то здесь.
Специально встреч с Басей не искал. Глупо идти на подобные риски.
Но мне было жизненно необходимо, хотя бы иногда, быть в радиусе её жизни.
Ходить по тем же улицам, где гуляла она. Проникать во дворец, чтобы прислушиваясь к сплетням, услышать одно лишь упоминание о ней и её жизни.
Со временем, она выбрала путь воина! Странное для девицы призвание, но у неё не плохо получалось.
Потеря жала, оказалась для неё фатальной и в этом была моя вина. Она была обречена на одиночество, впрочем как и я!
Мне было очень, очень жаль её, но я не хотел умирать. Не помня сколько прожил до погружения в сон, но после пробуждения я прожил совсем немного и претендовал как минимум на тысячу циклов.