— Пойдём. Найдём тебе чего-нибудь тёплого. — он протянул руки, и, понимая, что сама она не сможет выбраться из липкой зелёной лужи, девочка позволила ему поднять себя.
Не зная, почему не сопротивляется, когда убийца несёт её вниз по лестнице.
Может, он помог и маме, подумала она. Ведь она знала: этот мужчина достаточно силён, чтобы сделать это. Да, наверняка помог. Она была уверена, что они идут к ней.
И тогда девочка уткнулась лицом ему в шею, успокаиваясь под размеренный стук его сердца. И просто потому, что могла, она снова начала считать. До тысячи.
Глава 1
Она разорвала его и создала заново.
И на всё это ей понадобилась меньше секунды.
Настоящее время
Если бы существовала такая вещь, как идеальная ночь, то это уж точно не она.
Я была раздражена из-за недавнего дождя, из-за слабого, похожего на дольку чеснока, месяца и из-за разряженного телефона, лежащего на прикроватной тумбочке. Но главная проблема в другом: на мне всего два предмета одежды - трусы и майка. Под пушистым одеялом этого было вполне достаточно, но одеяло, к сожалению, пришлось оставить в домике, когда я проснулась около часа ночи с ужасающим осознанием: кто-то пытается ко мне вломиться.
Сейчас осень. Я нахожусь в месте, которое ещё год назад называла Орегоном. Теперь, когда мои гены оборотня всё чаще берут верх, такие вещи, как география и государственные границы, кажутся смешными и несущественными. И всё же главное остаётся неизменным: здесь, на северо-западе, в ноябре очень холодно, а я одета совершенно не по погоде.
— Какое, чёрт побери, удачное время, — бормочу я себе под нос, юркая за сучковатый ствол дугласовой пихты. Грудь тяжело вздымается, пока я смотрю на свою слишком человеческую руку. Сосредотачиваюсь, представляю себе превращение, приказываю своим обгрызенным ногтям вытянуться в когти.
Прими волчью форму, Серена. Превращайся, чёрт возьми, превращайся, иначе…
Но ничего. Тело отказывается повиноваться угрозам. Я поднимаю взгляд к небу, и та сила Луны, о которой так любят говорить, ощущается лишь как ленивое, равнодушное подёргивание где-то внутри. Со сдавленным стоном я продолжаю бежать сквозь лес, чувствуя, как босые ноги скользят по влажной грязи. На ступнях и голенях дюжина мелких порезов. Чем дольше я бегу, тем меньше надежды, что земля сможет скрыть железный запах моей крови.
И бегу я уже давно.
Незваный гость преследует меня. Настигает. Ветер приносит его запах, и то, что он говорит, совсем мне не нравится. Вампир. В расцвете сил. Жадный. Его пьянит азарт охоты, и запах его возбуждения тошнотворно висит в воздухе. Но как бы мерзко это ни было, есть вещи и пострашнее. Ведь если даже я чувствую его запах так отчётливо, значит, он уже достаточно близко, чтобы…
— Ну наконец-то, — шипят слова у меня в ушах, как выстрелы. Через секунду меня швыряет спиной о дерево. Я даже не знаю, что больнее: кора, врезающаяся в кожу, или рука, сжимающая моё горло. А может, его отвратительный, безумный запах.
Лес окутан непроглядной тьмой. Для обычных оборотней такая тьма не существует. Они видят в ней так же ясно, как днём. Но у меня лишь половина этих полезных волчьих генов, и потому ночное зрение подводит, как всегда, в самый неподходящий момент. И всё же жажду крови этого вампира невозможно не почувствовать. Как и блеск лезвия в его руке.
— Не особо-то ты и быстрая, да? — рычит он.
Спасибо, Кэп. Я едва сдерживаю желание закатить глаза и заставляю себя стонать беспомощно, по-человечески.
— Пожалуйста, — выдыхаю я.
Его смрад усиливается, будто для него это любимое извращение: держать женщину в своей власти. Как предсказуемо. Что ж, я даю ему то, чего он ждёт.
— Пожалуйста, не убивай меня, — говорю я, задыхаясь. — Я сделаю всё, что ты хочешь.
— Всё, что я хочу? — повторяет он.
Он заинтересован. Я издала тихий всхлип и широко раскрыла глаза.
— Всё.
Его взгляд пробежал по моему телу, словно оценивая, на что я годна. Торговля органами, бульон из костей, уход за садом. В отличие от меня он быстр. Сверхъестественно быстр. Его нож разрезает мой шелковый топ, углубляя вырез. Какой же он ублюдок.
Но когда он жадно стал осматривать меня взглядами, его вонь достигла пика. А значит, он достаточно отвлечён, чтобы дать мне шанс применить то, чему меня научили на курсах самообороны, куда заставляла ходить моя сестра.