— Одиннадцать? — выдыхаю я, ошеломлённая. — Серьёзно?
— Хочешь взглянуть на их трупы? — спокойно спрашивает Коэн.
— Нет.
— Отлично, — его улыбка не касается глаз. — Всё равно они выглядят не лучшим образом.
Я с трудом сглатываю.
— Вам удалось выяснить, какой член Совета их прислал?
— Нет. Все они были независимыми наёмниками, охотниками за наградой, — сказал Коэн. — Они почти ничего не знали. Но держу пари, тот, кто стоит за всем этим, начинает терять терпение. Гарантированно скоро сделает что-то действительно глупое.
— Хорошо. Ну... не то чтобы хорошо, но... — я скривилась. Кажется, сердце наконец перестало колотиться, как сумасшедшее. — Спасибо, Май, что ты… заботишься о моей безопасности. И прости, что убийство вампиров в итоге свалилось на тебя.
— Это сейчас была шутка? Я это обожаю.
— Правда?
— Май — мой старший помощник, — пояснил Коэн. — Он сам выбирает себе задачи.
Мы ещё немного разговариваем. Май достаёт телефон и показывает нам фотографии Джона, очаровательного малыша, настоящего маленького разбойника, который мечтает вырасти и стать, как Коэн. Впрочем, так почти все дети в стае.
Но одна мысль не даёт мне покоя, даже спустя несколько часов, когда я уже лежу в кровати, окружённая десятком подушек.
«Май мой старший помощник», — сказал Коэн. Но Май выглядит едва ли на пару лет старше его. Значит, ему должно быть около сорока. Как-то маловато для того, чтобы называться старшим помощником.
И хотя я смертельно устала, заснуть не могу. В голове я вновь прокручиваю последние дни, каждый шаг, что я сделала с тех пор, как приехала в северо-западную стаю. Каждую встречу. Каждое лицо. И когда до меня доходит, я готова утопить собственную невнимательность в ближайшей реке. Не верится, что я поняла это только сейчас: все здесь невероятно молоды.
Это никак не может быть обычный возрастной состав стаи. Я видела большинство помощников Лоу, и треть из них выглядели так, словно могли бы быть его родителями. Не говоря уже о том, что дом Лоу всегда был проходным двором. Туда заходили оборотни всех возрастов, с самыми разными проблемами.
Значит, причина в другом. Колёсики в моей голове начинают крутиться. Я знаю о северо-западной стае кучу разрозненных фактов, но пока не понимаю, как они складываются в одно целое. Ещё нет.
Внезапно я хватаю телефон со своей тумбочки и набираю сообщение:
Серена: Не спишь?
Мизери: Я вампир. Сейчас середина ночи.
Я закатываю глаза.
Серена: Можешь спросить у Лоу, как давно Коэн стал альфой?
Ответ приходит почти мгновенно:
Мизери: Нет.
Серена: Почему?
Мизери: Потому что я и так знаю.
Я закатываю глаза ещё сильнее.
Серена: Мизери, сколько лет Коэну как альфе?
Мизери: Как мило, что ты спрашиваешь! Двадцать один год. А что?
Я кладу телефон. Коэну было пятнадцать, когда он стал альфой. Пятнадцать. И примерно в то же время произошло нечто важное, что-то, что убило семью Бренны, уничтожило все архивы стаи и стало причиной, по которой Северо-Запад объединился вновь.
Я не уверена, в каком возрасте оборотни становятся совершеннолетними, но я видела, как в стаях относятся к молодым, и сомневаюсь, что кто-то был в восторге от того, что пятнадцатилетний подросток стал альфой. Особенно сам этот подросток.
Если только...
Если только у них не было выбора.
Если не осталось ни одного старшего доминантного члена стаи, способного взять руководство на себя.
Потому что все, кто был старше подростков, исчезли. Или погибли. Какое-то несчастье? Нападение? Но как такое возможно — чтобы стаю уничтожили с такой хирургической точностью? Кто мог сделать подобное?
Я снова беру телефон.
Серена: Пожалуйста, спроси Лоу, как пятнадцатилетнему мальчику удалось объединить всю стаю.
Через несколько минут я засыпаю, всё ещё дожидаясь ответа.
Глава 15
Хижина пахнет…
Невероятно.
Он, похоже, сходит с ума.
Эта ночь открыла для него совершенно новые грани боли и унижения. Воспоминания расплывчаты, но, насколько я могу судить, всё было примерно так: спустя пару часов после того, как я легла спать, я просыпаюсь, пыхтя, как носорог с апноэ, и, с трудом двигаясь, добираюсь до ванной. Моё тело бьётся в судорогах, корчится от боли, от жара, который будто поджигает каждый слой моей кожи.