— Какая разница! — отозвалась она равнодушно.
— Неужели ты не понимаешь? — сокрушилась Наталья до хрипоты. — Семён Аркадьевич всегда за всех решает. Он лез и портил нашу жизнь.
— То, что кто-то не соглашается с тобой, не значит, что он делает плохо.
— А стоит иногда прислушиваться к словам матери, — фыркнула Наталья, скрестив руки на груди.
Вере очень не хотелось больше вступать в спор, твердолобость мамы никому не переплюнуть. Она закатила глаза, вздохнула и прошла до шкафа, чтобы переодеться. Наталья, конечно же, подметила мокрое платье дочери.
— Иван молодец. Заботится о твоём здоровье. Под дождём на свидание приглашает.
Вера зло сжала скулы, но вновь промолчала, понадеялась, что мать поймет, что их разговор ни к чему не приведёт и просто уйдёт. Девушка достала футболку и, сняв платье, надела её.
— Веро́ника, дай и мне что-нибудь. Я сегодня тут переночую.
— Ч-что?! — опешила девушка, медленно повернулась к ней.
— Имею право. Квартира и моя тоже. Хочу и ночую.
— О чём ты, мам? Ты никогда здесь не задерживалась больше пятнадцати минут и уж тем более не ночевала. Ты же сама говорила, что здесь плохая аура, — Вера всплеснула руками в брезгливом жесте.
Она подошла ближе и постаралась поймать взгляд матери, который та упорно прятала.
— Да! — Наталья уставилась на дочь. — Да. Я поссорилась с Андреем, — выпалила на одном дыхании. — И попросила его отвезти меня сюда сразу после ресторана.
— Очень жаль! Мне Андрей Владимирович понравился, — закивала Вера в осуждение. — Сама виновата.
Несколько секунд они смотрели друг на друга молча.
— Только непонятно, почему сюда? Прекрасно знала, что разговор со мной бесполезен. Так что вызывай такси и поезжай к себе.
— Не могу, — Наталья отвернулась к окну.
— Денег нет? — усмехнулась Вера. — Я оплачу. В отличие от тебя, я работаю.
— Нет. Не в деньгах дело… — вздохнула женщина.
— Очень нетипичный ответ для тебя.
Поведение и растерянные эмоции Натальи вызвали у Веры тревожное предположение. По телу побежали мурашки…
— Ма-ам? Что с квартирой?
— Она под арестом у банка, — опустила та повержено голову.
— У банка?! Зачем?!
— Я взяла деньги под залог квартиры. Вернуть не смогла. Мои счета пусты, — голос Натальи стих, она явно чувствовала стыд и неловкость от того, в чём сознавалась. — Андрей обещал помочь… но, видишь, поссорились, немного не вовремя.
Вера почувствовала, как ужас пополз с головы до пят. Она заходила из стороны в сторону, укладывая поступок матери в мысли.
— Ты никогда не работала. Всегда жила за чужой счёт. Сейчас тебя дедуся содержит, — запричитала она себе нос.
Гнев накрывал Веру с каждым шагом по комнате.
— Ту квартиру нам дедуся купил!!! — заорала девушка.
Она сжала кулаки и прорычала, сдерживаясь, чтобы не вцепиться в мать.
— И после этого ты ещё говоришь, что следует прислушиваться к твоему мнению?!!
— Это временные трудности, Веро́ника! Я выкручусь, — Наталья всё же посмотрела на дочь, чтобы возразить.
— Ага, как же! Дождешься, когда дедуся тебе очередную сумму денег кинет на банковский счёт. Вот так ты выкрутишься! Как ты смеешь после этого его осуждать?!
— С Андреем мы помиримся! И всё разрешится. Я непременно выйду из-под влияния Семёна Аркадьевича. Надоело уже!
— Надоело, да? После смерти отца, мы остались смыслом жизни для него. Ты даже разницы не видишь между влиянием и помощью. И просто нагло пользуешься, зависишь от него. И тебя это бесит!
— Да, бесит, — согласилась Наталья.
— На какие «шиши» ты собираешься на Мальдивы? — скривилась Вера.
— Если ты поедешь со мной, то путевки оплатит твой любимый дедуся. Это, кстати, его предложение.
— Ты… ты ох***а?! — вновь закричала Вера, не отдавая отчёт своим словам. Её уже не волновало, как и кому это говорит.