Так! Стоп! СТОП! ЧТО?!
Король Снегов в Очарованной Империи?! Не его сын, не только лишь его внучка, как представитель правящей семьи, а он сам?! Альзандру Миранис я в этот список его родни не вношу, она всё же в Очарованной Империи родилась и жила, да и драконье чародейство унаследовала по линии отца, а не матери.
– Неожиданно, – я аж рот от удивления открыла.
Парочка посмотрела на меня так, будто я их подслушивала, а не они кричали во всю ивановскую.
Итак, Его Ледышество прибыло на сегодняшнее собрание. Это может быть как очень хорошо для меня, потому как на старого ледяного дракона будет обращено всё внимание толпы, так и очень плохо, потому что добра от такого визитёра ждать не приходилось. Даже если отбросить все те неприятные слова, которые о правителе Королевства Снегов можно узнать, если только захотеть услышать, даже если допустить, что мужчина – не угроза лично для меня, остаётся Артамон с его сложившимся, устоявшимся и по-драконьи непоколебимым мнением. Артамон будет видеть угрозу в короле для себя, а, значит, и для меня.
И, что хуже всего, какие бы подозрения у Артамона не возникали, не все они будут беспочвенными: Артвенера Парлайская не просто так дала мне информацию о кинжале порезанных чар, которая может помочь выбраться мне, однако уязвить Арти. Там вся ледяная семейка преследует свои не совпадающие с жителями Очарованной Империи цели.
Вся да не вся, если уж припомнить дочурку семьи Миранис и её напряжённую мать.
– Я, так понимаю, семейных объятий не планируется? – язык мой действовал лишь слегка позади мыслей. Иначе говоря: даже если я что-то обдумала, сказала нежелательное я всё равно быстрее.
Невинно хлопая ресничками, я прикидывала, какими способами меня собираются убивать за бессовестный комментарий. Но реакция драконов была другой.
– О, Викусик, ты-то мне и нужна!
В то время как его жена примеривалась, как бы заморозить меня так, чтобы на неё никто не подумал, не иначе, чаровник Миранис склонился ко мне и заговорщицки прошептал:
– Ходят слухи, что кто-то заплатил гильдии колдунов внушительную сумму за добычу некого кинжала, режущего чары. Не знаешь, кто бы это мог быть?
Мой подбородок был готов встретиться с поверхностью крыши.
– Чего?! – воскликнула я, чувствуя, как во мне разгорается пламя магии, проявляющееся через связь с огненным драконом. Кто-то покусился на мой кинжальчик?! На моё спасение из этого ужаса?!
– И, судя по реакции, это не ты, – сделал выводы Виндерлэйс, возвращаясь к супруге. Его руки оплели её талию, и грозовой дракон прижал её так крепко к себе, словно совсем не боялся.
Я же чувствовала себя, как рыбёшка, выбравшаяся из аквариума в супермаркете. До меня с опозданием дошло, что Лэйс прямым текстом дал мне знать, что ему известно о моём желании получить артефакт, но вместо того, чтобы поражаться этому факту, я… злилась, что кто-то посмел заказать то, что планировала получить я! Что было моим! И неважно, что я тоже хочу это украсть! Мне нужнее!
– Зато мы точно знаем, что она его хотела, – Анаилира холодно усмехнулась. Так они… всё же не знали о моих намерениях наверняка?.. – Я их…
Лэйс развернул ледяную драконицу так, чтобы оставить поцелуй на её губах. И не мимолётный, а такой, который заметили все вокруг, а те, кто не заметили, до тех донесли те, кто заметил. Рожи снежанцев стали такими брезгливыми, что мне даже померещился запах их отвращения. Не то чтобы леняных радовало публичное проявление чувств, особенно направленных на когда-то их принцессу и подающую надежды чаровницу.
– Ты ничего им не сделаешь, – чаровник Миранис отпустил супругу. – Наслаждайся тем, что они недовольны, родная, и помни, что твои методы недопустимы сегодня.
Анаилира, на удивление, проявила терпимость и будто бы стала сдержаннее после поцелуя.
– Я буду присматривать за тобой, – сообщила мне дочь Короля Снегов.
– И это не обсуждается, – добавил её муж. – А то ты такая… склонная теряться, а тут так много тех, кто подберёт потерянную девочку и скажет ей всякое ненужное.
Я поджала губы.
Виндерлэйс Миранис вступил в позицию главы рода вскоре после того, как кровно породнился с императорской семьёй. Я постоянно напоминала себе, что муж его дочери приходился Арти двоюродным братом, а нынешнему императору – племянником. Поскольку брак Альзандры Миранис и Акияра Лиртиша был настолько значим для империи, отец Альзандры должен был занять более важную роль в системе управления страной, так что его отец отошёл от дел. Отзывы о том, какой из шебутного бывшего расхитителя сокровищ глава, были неоднозначными. Одни говорили, что мало что поменялось, ведь он и так заменял родителя последние лет десять, другие – что с возвращением в его жизнь беглой дочери и обретением ею крыльев Лэйс пустил в производство все свои безумные идеи. Он решил открыть официальный магазин иномирных товаров, о чём уже знали все. Только вот разрешение пока так и не выбил.