))36((
— Клэри прекрати собирать вещи и послушай меня! — Алек перехватывает мою ладонь с удерживаемой в ней майкой.
Вещи летят по комнате в беспорядке.
— Я все решила!
На удивление парень мне обворожительно улыбается и, протянув руку, легким движением ерошит волосы на макушке.
— Я и не питал надежды на то, что ты выращенная в простом и относительно безопасном человеческом мире когда-то не захочешь в него вернуться.
Шумно сглатываю.
— Ты?
— Я если мог бы последовал за тобой. И если ты попросишь, буду на коленях умолять Магнуса опять отнять у тебя память обо всем связанном с моим миром.
Снова ощущаю себя эгоисткой.
Вновь ныряю с головой в терпкое чувство вины.
Он здесь. Со мной. Еще живой. Пока еще живой. А я вместо того, чтобы наслаждаться каждым мигом с ним, хочу сделать ему больно.
Снова.
Черт побери, снова!
— Я….
— Ты делаешь то, что я бы хотел сделать для тебя. Беги от этого Клэри! Войны всегда будут сменять одна другую, но у тебя есть возможность не наживать себе новых врагов и прожить счастливо за нас всех. Этого бы, несомненно, хотел Джейс.
Джейс?
Впервые за последние годы я в словесном потоке не выделяю этого имени. Джейс бы хотел? Да мне плевать чего бы хотел парень, который так рвался к смерти! Джейс сделал нам больно, Джейс, ровно такой же эгоист, какой являюсь сейчас я. Он принимал решения, в одиночку думая, что в одиночку будет отвечать за последствия, но где бы он сейчас не был, ему и в разы не было так больно, как было Алеку терявшему метку.
Как было мне наблюдающей в начале за тем как умер любимый, а в следствии за Александром корчившемся в дикой агонии.
— Если я уйду? — Остаток фразы так и повис в воздухе недосказанным.
— Если ты уйдешь, я буду изредка, — парень ухмыляется, — наблюдать со стороны за твоей жизнью, а потом если повезет и за жизнью твоих детей.
Правильно….
Потому что на наших детей у нас не было шансов.
Не было шансов на маленького мальчика с черными, как смоль волосами и на девочку что несла бы в себе гены моей матери. Не было, потому что мы чертовы герои войны и если фейри поднимут голову, то не погнушаются убить меня, будь я в положении или с маленьким ребенком на руках.
Нормальная жизнь для нас миф!
Он, наконец, отпускает мою руку и ткань струиться по пальцам в дорожную сумку.
Я ухожу.
— Мне нужно подумать, Алек. Правда, нужно подумать. Извини, — я сглатываю тошнотворный комок, подступивший к горлу, — извини, что навязала тебе своего брата. Ты ничем не обязан Себастьяну.
— Я нет, но он твой брат. И учись принимать решения за вас обоих.
Злюсь! Да что на меня находит?
— Это извечная беда многодетных семей. Потому я частично виновен в смерти Макса и любой поступок Иззи и его последствия я разделю с ней.
Идеальный, ну разумеется.
От того на контрасте такая не идеальная рядом с ним я.
— Алек, это нелепо. Это все, — я нервно шарю взглядом вокруг, - ты, мы с тобой, Иззи с Саймоном. Добряк Себастьян. Этого всего в жизни не должно было случиться. Так не бывает. Мой лучший друг, не воин! Твоя сестра в реальном мире бы никогда не обратила внимания на ботаника. Джейс лучший воин из нас, не погиб! Ты и я? Серьезно?
И вновь улыбка.
— Серьезнее не бывает.
Вдох-выдох.
— Это сюрреализм какой-то!
— Это наша жизнь, Клэри. Моей сестре виднее кому доверить свое сердце. Саймон не самый ужасный по мне так вариант. Себастьян? Ничего не могу пока сказать про этого парня, но к нам вернулся явно другой человек, чем тот, что был повинен в смерти Джейса. Ты? Я?
Если бы была чуть младше, как ребенок бы зажала уши руками.
— Удивительно, не правда ли?
Киваю головой, без сил опускаясь на кровать.
— Если я о чем-то и жалею, то лишь о том, что не смог сохранить ему жизнь. Все остальное практически идеально в этом хреновом мире, Кларисса.
Кларисса?