Подумав, и повинуясь порыву, отцепил пустой подсумок, сунул туда один пистолет, добавил к нему четыре магазина, отправил туда плоскую флягу с живцом, себе я прихватил, походя, из раритетов серебряную в кожаном чехле. Никого не опасаясь и не таясь, вытащил деньги, отсчитал сто рублей. Туда же. Все протянул спасенной девочке.
– Держи подарок, пистолетом умеешь ведь пользоваться? – в последнем не сомневался, с таким уровнем милитаризма, должна еще сто очков форы всем нам дать.
– Да, конечно… Спасибо, – та недоуменно посмотрела на меня. Впрочем, без страха или затаенного подозрения. Ребенок из хорошей семьи, воспитывался в нормальном обществе, плохого не ожидал.
– Там еще живчик и местные деньги. На первое время должно хватить. Вот брошюра – прочти обязательно, – сунул ей в руки пособие для новичков, изученное мной в больнице, которое я специально держал на подобный случай.
– Но… Почем…
– Все нормально, так надо, – перебил я ее, – Только на один вопрос ответь, у вас в Империи сапфировые глаза у брюнеток редкость?
Совсем сбил девчонку с толку, как бы ни подумала какой ереси, вон и Муха зыркнул, пусть и не зло, но подозрительно.
– Нет, самые обычные, – а во взгляде недоумение.
– Ясно, – кивнул, что информацию принял.
И вновь своими делами занялся. Осталось два Кольта, один 1911, второй «Анаконда», тоже под сорок пятый калибр. Вот здесь задумался, что лучше использовать в качестве последнего шанса: револьвер или пистолет?
Тем временем, мой жест привел к ажиотажу среди группы, каждый старался что-то вручить полезное спасенной, дать напутствие. Герда поймала мой взгляд, улыбнулась и подмигнула, а потом погрозила пальцем. Видимо отметила мои игры, пусть и с разряженным, но оружием. Я же пытался понять, какой из крупнокалиберных стволов мне необходим, а от чего следовало бы избавиться. Еще сразу поменял ПММ, на «Глок», пусть это и не мой любимый ПЯ, но первый его крыл по всем показателям, хоть и неродной.
…Приехали, мы, как ни странно в довольно большое поселение. Широкая центральная улица с щитовыми двухэтажными домами, на первых этажах которых, порой встречались различные лавочки и магазины. Остановились на центральной площади, здесь наш ожидало четыре «Мастодонта». На двух эмблема – десятка в круге. Я насчитал четырнадцать человек в броне, как на Герде. Еще над нами кружила пара дронов будущего.
Не успели выгрузиться, как донесся истеричный свистящий шепот:
– Это же внешники!
Обернулся, голос подал мужик лет тридцати пяти, низкий и тощий, имени которого я до сих пор не знал. Он, вообще, был тихий и незаметный. А тут, как подменили, в глазах ненависть плескалась, а рука тянулась к кобуре.
– Да, десяточники, – спокойно ответила командир, – И ты тут не балуй.
– Да, вы... вы все… А ты мразь продажная! – ткнул пальцем в командира мужик, – Всегда говорил, Острог – сборище муров!
– Мать, давай я разберусь? – пробасил Малыш, но Герда его остановила, подняв руку, тот не промолчал, – Ну, реально бесит, этот идиот! Еще и ругается…
Девушка пропустила эту филиппику мимо ушей.
– Расскажу тебе, Валет, коротенькую историю, – нависла Герда над мужиком, и посмотрела пристально в глаза, – Два года назад, рейдер До-До, честный, как и ты, убил с подельниками моего мужчину. Моего. Мужчину, – почти по слогам произнесла она последнее, – В нормальной схватке им ничего не светило, даже троим, поэтому подкараулили. Убили они его, не из мести, не из-за бабы, и даже не из-за других мужских забав, а за одну чертову красную жемчужину, которая в итоге им не досталась. До-До помогала пара товарищей – не муров, не внешников, а рейдеров, как и ты. Гнили и накипи. И перед смертью Никона пытали так, что даже мне с трудом удалось опознать, – голос ее не дрогнул, говорила он чуть устало, но акценты расставляла, и металл звучал в голосе, слова, как камни с высоты, падали, вколачивая и вколачивая мысли в головы стоящих вокруг, – Узнавали, где тот спрятал краснуху, он, тоже идиот – мужчина, – улыбнулась, но как-то жалобно, что ли, – Надо было отдать сразу и все. Может быть жизнь оставили… Но у меня через три дня должен был быть День рождения, а он подарок приготовил… вот только другие его преподнесли. Рейдеры, – если внимательно не всматриваться в лицо девушки, то, казалось, что она говорила мерно, спокойно, но я видел, что вот-вот сорвется, взорвется, и кто не спрятался, она не виновата.
Это заметил и Малыш, потому что нахмурился, стиснул пулемет. Дрон тоже сделал пару шагов, положил руку на закованное плечо командира, и Гайвер оказался совсем рядом, подобрался, напружинился, глаза молнии метали, завалил бы легко Валета. Но тот молчал. Чувствовал грозу.
Герда помолчала, а потом продолжила:
– Знаешь, что я с ними сделала? И лучше тебе не знать, –ухмыльнулась зло, хищно, – Так, скажи, мне, любезный Валет, исходя из твоей логики, мне надо всем рейдерам головы резать? Джихад им объявить?
– Это неправильно! Мы рейдеры…
– А что неправильно-то? Те рейдеры и ты рейдер, все одного поля ягоды, – улыбнулась девушка.
– Скурвились те…, и не равняй одно и другое! – брызныл слюной Валет.
– Да, все знают, десяточники – нормальные! – Муха не смог промолчать, – И даже ресы все разные, не так давно машину делал у Винтика и Шпунтика, так они мне все так закатали, что только «спасибо» им говорил, не раз и не два жизнь спасала их работа! Так, может, их тоже в распыл? Ресы же? Короче заткнись! На людей вокруг посмотри, выводы, если не дурак, сделаешь!
Ткнул он пальцем за спину бузотера.
Действительно, поселок хоть и небольшой, но прохожих на улицах множество. Что никак не напоминало оккупационный режим. Все занимались, какими-то своими делами. Вот рейдер вышел из магазина «Снаряжение от Луки», приветственно махнул кому-то рукой, манерно приподнял бейсболку, увидев двух дам на пороге «Булочной». Вечерело, поэтому подтягивались в местный бар с летним кафе, расположенный в прямой видимости, откуда сейчас доносился запах жарящегося шашлыка. Настолько он был вкусным, что слюной захлебнулся. Еще один аспект отсутствия бесчинств со стороны нолдов – все поголовно вооружены: пистолеты, автоматы, винтовки, встречались и высокотехнологичные образцы. Никто не перебегал, воровато оглядываясь, из двора во двор. Местные ничуть не опасались людей закованных в броню, наоборот, некоторые подходили, здоровались, что-то спрашивали, получали ответы. Но большая часть вообще никак не обращала внимания на десяточников. Напоминало это все картину, как, если бы солдаты и офицеры части ВС РФ, базирующаяся неподалеку от поселения, приехали по своим делам.
– Груздь, про десятку обрисуй, если не сложно? – попросил я, отходя в сторону к рейдеру, попутно закуривая.
– Да, это одни из самых нормальных внешников. Вообще, я их делю на три вида. Первый – это отмороженные беспредельщики, типа ресов, для них все вокруг – добыча, режут любого, даже порой муров с которыми работают. Их большинство. Другие, типа щитовиков – средней паскудности. Вроде бы проповедуют добровольные начала и прочее, но в итоге не гнушаются у муров органы покупать. Но сами вроде никого не разбирают, – тот, как всегда, щедро делился информацией, – Однако, всем известно, что спрос рождает предложение. Но и таких мало. И редкость, на грани исключения, – это типа «десятки» или гасконцев, те хоть и не нолды, но тоже политику подобную проводят. С мурами и преступным элементом дел не имеют, кроме Рихтора, но там своя специфика, с рейдерами работают на добровольных началах.
– Это как? Давайте вас небольно зарежем?
– Нет, – тот головой помотал отрицательно, а затем сделал круговое движение сигаретой зажатой в пальцах правой руки, – Вот смотри, с их вооружением – они пачками зараженных валят, в том числе, и высших, а это спораны, горох и жемчуг, который для них не имеет никакой ценности, добавь оружие, оборудование, снарягу из их мира. В общем, фонд обмена имеется. Платят самим рейдерам за органы, кровь и прочее. Вроде бы, «ах какой цинизм», а с другой стороны и на Земле-матушке, в моей реальности, немало было тех, кто добровольно почки продавал за айфон. И они у них больше не вырастут, здесь же – живец пей, месяц – полтора, и вновь можно донором становиться. А кровь? Взаимовыгодное сотрудничество это называется. И защиту они поселениям обеспечивают. Сами рейдеры помогают Улей исследовать, за интересные Дары платят, есть у тебя какой-то – обращаешься, заинтересовал, исследуют – платят. К ним на подконтрольную территорию сами рейдеры бегут. Видишь же, как все организованно, а здесь до внешки, всего сто пятьдесят километров. То есть зона диких стабов. Под Десяткой еще имеются три поселения. И никто никого не боится. Ресы сунулись – они сравнительно недалеко, огребли по полной. С этого конфликт начался. В целом же, на мой взгляд, такая политика себя уже оправдывает. Им верят, их караваны не трогают, стронгов сами местные на ноль помножат, если те глупить вздумают, так как добра видят много от десяточников. Да, они не ангелы. И коррупция есть, чем мы пользуемся, и дегенераты порой встречаются, но местные могут пожаловаться, и всем уродам по первое число влетит. Показательно один раз такого жадного ублюдка, перед всеми без противогаза оставили. Они вменяемые, и пытаются со всеми договариваться. В итоге, представительства есть практически во всех крупных стабах. Даже в бабском. И поток тех же органов, крови, как и информации, у них только увеличивается. При этом, он, согласно разведданным, гораздо больше, нежели у тех, кто сотрудничает с мурами и сами охотятся на рейдеров. И еще, знаю, что проводится информационная подготовка в Остроге, а у Князя разведка – свой хлеб ест не даром, были бы твари, типа ресов, вряд ли о посольстве договорились. Но, есть много идиотов, как Валет, которые одно от другого не отличают.