Гермиона триумфально вскрикнула при виде рыбины на конце копья и заметила, как в нескольких метрах замер покосившийся на неё Малфой. Он был похож на зебру, увидевшую рыщущего льва, которая никак не могла определиться: то ли ей стать невидимой, то ли пуститься в бега. Гермиона и представить не могла, что те объятия так сильно его напугают — она просто не сумела сдержать своего воодушевления. Ему ещё повезло, что он не видел её танцы счаст…
Гермиона резко прекратила крутить бёдрами и подёргивать плечами, забормотав что-то про подводное течение и сделав вид, что ей щекотно. Маскировка провалилась, но Гермиона проигнорировала брошенный в её сторону взгляд и выбралась на берег. Никто не должен был знать, что такое когда-либо имело место. Они отлично могли жить, притворившись, что ничего не было.
4 сентября; 5:54
Проснувшись, Гермиона обнаружила своего пингвина лежащим на земле. Пингвин Малфоя стоял на голове у её птицы, в плавник которой была воткнула серебристая рыбья кость. Даже пингвин у Малфоя выглядел самодовольным. Гнусный мелкий слизеринский пингвин.
Гермиона прищурилась, подняла малфоевскую фигурку и оставила в грязи следы, словно та убегала. Затем поставила свою птичку, устроила у неё на плече кость наподобие меча и вывела в грязи слово «МЕСТЬ». Покосившись на спину спящего Малфоя, она с улыбкой сбила его пингвина.
16:29
Они по очереди вымылись в горячем источнике, обнаруженном рядом с пустым гротом. Остатки мыла превратились в пену возле ушей, но у Гермионы ещё оставался шампунь, которым можно было воспользоваться. Шампуня бы хватило только на один раз, так что стоило поберечь его для помывки перед входом в город. А это могло случиться через несколько дней, если не недель. Но хотя бы жара поутихла.
6 сентября; 22:25
Малфой начал падать, и Гермиона инстинктивно схватила его за футболку, да так сильно, что затрещал ворот. Он резко отставил ногу назад, откинулся под действием тяги и врезался спиной в Гермиону. Она ударилась носом о его плечо, лицо обожгло. Они оба упали: Гермиона рухнула на землю, и тут же на неё сверху приземлился Малфой. Он подался назад, сползая, и надавил ей ладонью на живот, лишая последней возможности дышать.
Гермиона схватилась за нос: по лицу разливалось странное тепло, под пальцами чувствовалась жидкость, а в горло хлынула кровь. Сжав нос, она застонала, села и запрокинула голову, искоса злобно поглядывая на Малфоя с его железными костями. Он же ошарашенно смотрел прямо перед собой, будто никак не мог поверить в то, что умудрился споткнуться.
— Ты сломал мне нос сво…
Он поднял ногу и наклонил голову, разглядывая подошву.
— Ты ведёшь себя так, словно никогда не спотыкался и какие-то силы…
Малфой стянул ботинок, повернулся и замер при виде крови.
— Эт… Ты его сломала?
— Не сломала, но будь он сломан, это бы сделала не я.
Вряд ли Малфой волновался о её лице: он пихнул ботинок прямо ей под нос, который только что пострадал от столкновения с его плечом. Гермиона отклонилась, окидывая ботинок презрительным взглядом, но замерла, так и не вернув его владельцу. Прищурившись, она дотронулась до вмятин в подошве.
— Это следы укусов?
— Я не спотыкался. Нога провалилась под землю.
Гермиона порылась в сумке в поисках куска ткани и убрала руку от носа. Подождала, не польётся ли из него что-нибудь ещё, но кровотечение остановилось. На земле, в том месте, куда наступил Малфой, не было ни отверстия, ни вмятины, ни канавки — ничего.
— Малфой…
— Попробуй наступить сама.
Гермиона уставилась на землю, потом перевела взгляд на ботинок, который надевал Малфой.
— Хорошо, что ты не провалился ещё глубже. Судя по отметинам, тебе могло запросто оторвать ногу.
Малфой покосился на неё, то ли потому, что она преувеличила опасность, то ли потому, что и сам это понял.
— Иди набери воды.
Поднявшись, она сердито посмотрела на него поверх пальцев.
— Я и собиралась. А ты проверь, насколько велика дыра.
— Я…
— И постарайся не упасть.
19:42
Невозможно пройти много, когда приходится проверять каждый шаг. Большие ямы были хаотично разбросаны по земле, и от одной до другой можно было прошагать милю, но разглядеть отверстия никак не удавалось. Земля выглядела совершенно нормальной и твёрдой. Для проверки дороги Гермиона пыталась использовать длинную палку, но так выявить ямы не получалось. Чтобы не провалиться, приходилось топать перед каждым шагом, и они продвигались с черепашьей скоростью. Чем дольше они шли, чем больше хмурился Малфой.
— По крайней мере мы знаем, что это не будет длиться вечность. Должен же этот участок когда-нибудь закончиться, а остаток пути мы наверстаем завтра, — начала Гермиона. Она предпочитала во всем искать хоть что-то хорошее.
Закончив проверять дорогу вокруг, Малфой даже не взглянул на неё. Вряд ли он понимал смысл поговорки «Нет худа без добра». Он, видимо, предпочитал концентрировать в себе весь негатив. Усевшись в нескольких метрах от неё, он прислонился спиной к дереву и начал копаться в сумке.
— Это же не самое плохое…
— Уверен, что ты уже уяснила: твоя болтовня не улучшает моё настроение.
Она захлопнула рот и сердито хмыкнула, а Малфой, похоже, расслабился, как только у неё испортилось настроение.
8 сентября; 9:38
— Ты мне вчера снился.
Он многозначительно покосился на неё и вернулся к созерцанию утесов у кромки пляжа.
— В розовых колготках ты крутил пируэты под трагичные песни о любви и плакал. Ты танцевал с лентой. Большой лентой с перьями.
— Наверное, я был очень знаменит.
— К прискорбию, нет. Ты жил в хижине, сделанной из травы, и много чего хотел, но не смог пережить безвременную кончину единственного эльфа, которого любил, — его губы дёрнулись. — Вообще-то, ты её убил.
— Я убил эльфийку, которую любил? — сказав это, Малфой чуть не рассмеялся, но сдержался.
— Ага. Ты кружился, кружился и случайно врезал ей по голове правой ногой. А потом твоя лента обвилась вокруг её шеи. Это была настоящая трагедия. Ты отправился в тур с лекциями, посвящёнными безопасному использованию лент. Это было ужасно.
— Рад, что моя жизнь, приснившаяся тебе, ещё хуже, чем эта. Мёртвая возлюбленная эльфийка или Гермиона Грейнджер. Вообще-то…
Она посмотрела на него недовольно, но не слишком сердито. Пару секунд поизучала утесы, высматривая пещеру или что-то, кажущееся важным, но никаких изменений не обнаружила. Тот же пейзаж, что был вчера.
— Ну?
— Грейнджер, тебе нужно выражаться яснее. Мне потребуется библиотека, магия или безумие, чтобы понять, что творится в твоей голове.
— Я тебе снилась?
Он то ли рассмеялся, то ли громко выдохнул, но Гермиона не успела повернуться, чтобы поймать его взгляд.
— Тебе не захочется об этом слушать.
— Нет, захочется.
Малфой молчал, глядя перед собой.
— Что, убил меня?
Он приподнял бровь.
— Ну, ты кричала, — пробормотал он.
— Малфой, не слишком изобретательно.
Он ухмыльнулся, и Гермиона подозрительно на него уставилась.
Комментарий к Часть двадцать третья
1. Английская поговорка: Time and tide wait for no man — время не ждёт (tide в этом выражении употребляется в устаревшем значении время; благоприятный случай).
2. Английская поговорка: Every cloud has a silver lining - нет худа без добра. Дословный перевод: у каждого облака есть серебристая подкладка.
========== Часть двадцать четвёртая ==========
9 сентября; 7:30
Он наверняка делал это нарочно. Никто не ел фрукты таким образом. А, может, Малфою в самом деле нравились апельсины. Гермиона даже подумывала заставить его поглощать цитрусовые где-нибудь за деревом или подальше от её глаз.
Она наблюдала за тем, как долька скользнула по нижней губе Малфоя, прежде чем оказаться во рту. Он прикусил губу зубами, подбирая сок, и принялся жевать. Вдруг задержал руку перед лицом — заметил каплю сока на большом пальце. Гермиона прищурилась: проглотив апельсин, Малфой провёл кончиком языка по липкому следу.