— Я никогда такого не говорил.
— Никогда? Я…
— Я не ненавижу магглов, — перебил Малфой, и Гермиона замолчала, заметив вздувшуюся на его виске вену. Она ничего от него не добьётся, когда он злится. Пока что.
Комментарий к Часть двадцать четвёртая
Гермиона пытается вспомнить поговорку “Idle hands are the devil’s tools”. Дословный перевод: “Праздные руки — орудие дьявола”.
========== Часть двадцать пятая ==========
10:03
Гермиона вглядывалась в человека, которого видела на Вулькано, хотя ни слова не могла разобрать в его речи. Он болтал без умолку, и краткие ответы Малфоя его, похоже, не смущали. Кажется, Малфой испытывал лишь лёгкую неловкость, чего нельзя было сказать о Гермионе. В последний раз она видела этого человека, когда тот орал на неё посреди деревни, а теперь — сидела у него на кухне, сложив руки на колени.
Прежде чем они отыскали дом, ей удалось вытянуть из Малфоя лишь то, кем был его приятель. Она сразу представила себе неловкий момент встречи, но реальность оказалась ещё хуже. Мужчина её даже не заметил, кивнув Малфою и странно на него посмотрев. Гермиона просидела за столом уже час, разглядывая скудное убранство кухни и чувствуя себя полной идиоткой, которая притащилась в чужой дом и не понимала ни слова из речи хозяина.
За столом воцарилась тишина, и Гермиона оторвала взгляд от своих рук: мужчина улыбался, склонив голову в её сторону. Лицо Малфоя застыло, а плечи напряглись сильнее, чем у Гермионы. У неё возникло смутное впечатление, что речь зашла о ней. Ей действительно хотелось знать, что именно было сказано, но она не следила за беседой и не представляла даже, чья реплика оказалась последней. Хозяин снова заговорил в прежней манере, и Гермиона покосилась на Малфоя, но у неё было чувство, что без палочки и Флоралиса, который можно было бы предложить в обмен, он ничего не расскажет.
21:32
Гермиона шла за Малфоем по скрипучей лестнице, которую разглядывала недоверчиво. Она не могла хорошенько рассмотреть её в темноте, что лишь повышало шансы свалиться. Они повернули в коридор, тускло освещенный бьющим в окно лунным светом, и Малфой распахнул первую же дверь, к которой они подошли.
— Значит, мы остаёмся тут?
— Пока да.
— Потому что?.. — начала она. Малфой открыл ещё одну дверь и прищурился в темноту.
Гермиона вздохнула, и, слегка задев его, потянулась в проём нащупать выключатель. Она водила рукой вверх-вниз по стене, надеясь не вляпаться в какую-нибудь грязь, но не могла ничего найти. Малфой, приподняв брови, насмешливо посмотрел на неё, и она подалась назад — похоже, свечи в кухне стояли отнюдь не для атмосферы.
— Слушай, Малфой… — на этих словах он прикрыл глаза и так запрокинул голову, что хрустнула шея. — Мне кажется, ты не понимаешь…
— Я слишком устал для грейнджеровских речей.
— Тогда расскажи мне…
— Я сказал ему, что в обмен помогу собрать в сентябре виноград, если всё ещё буду здесь. Я всё ещё здесь. Я собираю виноград. Это не займёт…
— В обмен на что? — прищурилась Гермиона.
— Это неважно.
— Должно быть важно, раз ты решил собирать виноград…
— Неважно для тебя. Грейнджер, я не грёбаная книга. Ты не можешь открыть меня и выяснить всё, что тебе заблагорассудится. С людьми так не получается, и тебя никак не касается, за что именно я с ним расплачиваюсь.
— Это моё дело, если я здесь…
— Нет. Я уже рассказал, почему мы здесь. Это всё, что тебе надо знать. Почему бы тебе не двинуться на поиски ванной? Проведёшь ночь, обдумывая сотни разных причин почему, а утром обвинишь меня в худшей из них. Я устал и отправляюсь в кровать.
Она проследила взглядом, как Малфой исчезает в соседней комнате: щелчок был не менее красноречив, чем грохот.
23:28
Гермиона пялилась в потолок, выводя на одеяле круги. В комнате было слишком тихо — ни дуновения ветерка, ни шороха птиц, ни треска деревьев. Малфой спал через две двери по коридору. Интересно, на кровати он спал так же, как и на земле? Комната казалась странно пустой. Гермиона впервые за три месяца ночевала в одиночестве.
14 сентября; 8:09
Гермиона вышла на улицу и взяла одну из стоящих возле двери корзин. Спина Малфоя маячила прямо перед её носом, мужчина с Вулькано и ещё какой-то человек стояли тут же рядком. Ей действительно не нравился человек, которому они помогали, но заняться было особо нечем. Вдруг они смогут выдвинуться раньше, если она присоединится?
Заслышав смех, Гермиона подняла голову: оба мужчины смотрели прямо на неё, незнакомец, внимательно её разглядывающий, что-то сказал. Под его взглядом Гермиона поёжилась и прищурилась. Малфой что-то проговорил, и мужчины замолчали, незнакомец перевёл глаза на хозяина дома. Одарив их всех оскорблённым взглядом, Гермиона откашлялась и двинулась в сторону виноградников. Малфой выпрямился, покосился на спутников и повернулся к Гермионе. Они лишь на секунду встретились взглядами, его рот приоткрылся, но Гермиона прошла мимо прежде, чем он успел что-то сказать.
22:04
Малфой и хозяин напивались на кухне, и быть этому свидетелем Гермиона не могла себе позволить. Ей и так-то было неловко, а уж сидеть на шумной попойке трезвой и не имеющей ни малейшего представления о языке она не собиралась. Гермиона попыталась разыскать в доме какие-нибудь книги, но как-то случайно очутилась во временной малфоевской спальне.
Гермиона положила на не застеленную кровать футболку, купленную для него на Липари, вместе с купальными шортами. Она не знала, станет ли он носить что-то из этого, но себе приобрела похожий комплект — в крайнем случае, бикини могло послужить нижним бельем. Возле кровати она заметила сумку и наклонилась за кое-чем нужным. Она выудила малфоевского корявого пингвина, покрутила его, бросила головой вниз в стакан с водой, который поставила на прикроватный столик, и отправилась дальше на поиски книг.
15 сентября; 2:18
Гермиона отодвинула бутылку молока в попытках отыскать в холодильнике что-нибудь съедобное. Было странно посреди ночи рыться на чужой кухне, но Малфой сказал, что они могут чувствовать себя тут как дома. Она уже давно проголодалась, но, чтобы раздобыть еду, пришлось дождаться, пока кухня опустеет. Гермиона могла съесть что-нибудь из своих припасов, но рассудила, что лучше побережет их до того момента, когда под боком не окажется кухни.
— Ты пропустила ужин.
От звука малфоевского голоса за спиной она подпрыгнула и оглянулась.
— Была не голодна.
— Ты всегда голодная.
Вот уж неправда.
— Неважно, — наверное, она выпалила это слишком резко.
Гермиона отставила банку и, нахмурившись, уставилась на странного вида содержимое какого-то контейнера. Будто бы три мячика, лежащие в моче. Неужели этот парень был настолько чудаковатым? Некоторые безумцы хранили в холодильнике банки со своей мочой. Или с частями человеческого тела. Помня о бегающих глазках хозяина, Гермиона бы этому не удивилась.
— Ты не ужинала, потому что злилась на меня. Это…
— Нет. Просто… он меня пугает.
— Что?
— Он меня пугает. Этот парень. Здорово пугает.
— Только потому, что он маггл…
Она расслышала в его голосе насмешку.
— Это совершенно точно не имеет значения. Я не понимаю, чем тебя напугали те приятные магглы и почему не нервирует этот. Полагаю, ты привык к подобным личностям. И, наверное, поэтому чувствуешь себя нормально, — пробормотала она.
Она отставила бутылку с соком и сморщилась при виде обнаружившегося месива. Малфой молчал; Гермиона оглянулась и тут же вздрогнула: его ноги оказались прямо у неё за спиной.
— Мы сможем скоро уйти. Завтра вечером.
Она повернулась, закусила губу и пожала плечами.
— Как получится, — желательно как можно скорее. — Без обид, но я почти уверена, что тоже не слишком нравлюсь твоему приятелю.
— Вряд ли он привык к женщинам, — слегка улыбнувшись, Малфой подпрыгнул и уселся на столешницу. — К тому же ты произвела не самое хорошее первое впечатление.
Гермиона хмыкнула; она была немного озадачена тем, что Малфой остался. Бродя по лесам, у них не было иного выбора, кроме как держаться вместе, но здесь им до самого отхода не было нужды видеть друг друга. Но Малфой остался с ней, да ещё и уселся. Интересно, ощущал ли он некую странность? Она, например, то и дело оборачивалась, не слыша хруста его шагов.