— Я перегрелась.
— Вижу.
— Ты ведёшь себя так, словно не потеешь.
— Я не обмахиваюсь. Смирись с жарой.
Гермиона фыркнула, снова хватаясь за весла.
— Погоди, вот сейчас я перегреюсь настолько, что воспламенюсь, разлечусь на кусочки и забрызгаю тебя. Надеюсь, когда мои ошметки будут повсюду — на тебе, под тобой — тебя затошнит и ты расплачешься.
— Грейнджер, если ты воспламенишься подо мной и разлетишься на кусочки, уверяю: тошнить меня не будет и плакать я не стану.
19:28
— Повторяю в пятый раз, я в порядке, — рявкнул он.
Неужели она спрашивала уже пятый раз? Ей казалось, всего лишь второй, но слишком уж странное выражение лица было у Драко. Гермиона переживала, что он мучается воспоминаниями или что-то в этом роде, и посчитала необходимым проверить, прежде чем опять перейти в режим игнорирования того эпизода.
— Ладно, господи, я просто волновалась, — она уставилась на Драко в ответ на его пристальный взгляд. — Знаешь, ведь… Э-э-э… Я хочу убедиться, что ты… справляешься… э-э-э… Ох, ладно. Я волнуюсь, потому что волнуюсь, так что прекрати так на меня смотреть, — она прибавила шагу. — Словно я ненормальная и…
Драко схватил её за руку, дёрнул на себя и поцеловал. Положение их тел и голов не очень этому способствовало, так что он промахнулся мимо половины её рта, но его губы прижимались в поцелуе. Драко повернулся, шагнул в сторону, вставая перед Гермионой, и его губы полностью накрыли её рот. Она выдохнула — живот скрутило, сердце замерло, но вот уже она сама отвечала на поцелуй, не давая себе времени передумать.
Драко обхватил ладонями её голову и чуть отклонил, полностью сосредоточившись на изучении её рта. Его напор был мощнее обычного, и Гермиона задумалась: уж не восполнял ли он что-то, утраченное в том туннеле? Драко полностью управлял ситуацией, наклонив её голову так, как ему хотелось, и пресекал любые попытки перехватить инициативу. Гермиона больше обычного утратила контроль над происходящим; голова закружилась, а все чувства сконцентрировались на местах их соприкосновения. Вцепившись пальцами в рубашку Драко и притягивая его ближе, она отвечала на поцелуй столь же отчаянно.
Драко ослабил напор и разжал руки, но потребность по-прежнему ощущалась в движениях его тела и губ. Он позволил языку Гермионы скользнуть себе в рот, коснулся его кончиком своего, толкнулся бёдрами и опять крепко прижался. Гермиона провела ладонями по его груди, обхватила пальцами плечи, и он тяжело выдохнул ей в губы. Кажется, кислорода в его лёгких совсем не осталось: дважды потянув Гермиону за губу, он вскинул голову, чтобы сделать вдох.
Драко посмотрел на неё, ладони скользнули к её щекам; её пальцы разжались и снова стиснули его плечи. Чувствуя головокружение, Гермиона глубоко дышала, и его большие пальцы коснулись уголков её губ.
— Ты же сказал, что больше не будешь так делать, — зря она первым делом ляпнула именно это. Лучше бы промолчала и опять его поцеловала.
— Ага, ну, — Драко пожал плечами. — Я соврал.
Он убрал руки от её лица, и она его отпустила. Ещё пару секунд Драко к ней прижимался, а затем отступил.
— Темнеет.
Вскинув бровь, он облизал губы. Интересно, остался ли у него на губах её вкус — его она по-прежнему ощущала.
— Потрясающее наблюдение.
— Засранец, — хмыкнула Гермиона, пытаясь восстановить дыхание после поцелуя, отчего оскорбление вышло столь же действенным, как полотенце в дождь.
Драко усмехнулся и двинулся на запад; она последовала его примеру, обдувая горящее лицо.
15 октября; 7:04
Она не могла перестать глазеть на него, думая о том, что их вчерашнее беззаботное поведение после случившегося не играло никакой роли. Обычно Драко бросал на неё сердитые или раздражённые взгляды, а сейчас просто-напросто игнорировал.
14:28
Схватившись за перила, она обернулась на Стромболи и перевела взгляд на Драко. Они останутся на пароме до тех пор, пока не попадут на Филикуди, и если там тоже ничего не найдут, им придётся обыскать всего один остров. Как бы там ни было, но развязка приближалась.
— Осталось ещё два острова. Если только мы не облажались на Вулькано и Липари. Жаль, что мы повернули направо, а не налево. Мы бы уже были там, ну, или почти там, ещё три острова назад.
Драко фыркнул.
— В тот момент это казалось логичным.
Гермиона не подразумевала ничего обидного. Она согласилась тогда с его выбором, и в противном случае просто никуда бы не поехала.
— Так и есть. И знаешь… На Стромболи было мило.
Драко перестал хмуриться и изучающе посмотрел на Гермиону — та закатила глаза, чувствуя, как уши покрываются румянцем. На Стромболи было мило? Они бродили возле действующего вулкана и опять оказались в одном из тех мест, где всё кружилось и переворачивалось — такое сложно было назвать милым.
Не сводя с неё глаз, он хмыкнул.
16:02
Глядя на раскинувшийся впереди остров, Гермиона глубоко вздохнула и сошла с парома. Либо этот, либо следующий. Впервые Флоралис оказался в зоне досягаемости. Но она знала, что последует дальше: тот момент, которого они ждали — неизбежная конфронтация с Драко и необходимость принять решение по поводу собственной неуверенности и растения. И в целом по поводу его использования. Гермиона ощущала себя совершенно к этому не готовой, и это чувство ей категорически не нравилось. Она боялась того, что ждало её впереди, но как обычно собиралась встретить грядущее лицом к лицу.
— Грейнджер, не раскисай.
Она сердито покосилась на него. Драко успокаивал и утешал гораздо хуже неё.
— И это говорит тот, кто постоянно жаждет сбежать. Я подарю тебе на Рождество кроссовки. Несколько коробок с кроссовками.
— Рад, что получу ответный подарок. Ведь я собираюсь презентовать тебе расчёску. И портключи в безопасные места на каждый случай, когда тебе вдруг захочется сломя голову броситься спасать мир. Несколько коробок с портключами.
— Или же я просто приду и вытащу тебя с собой.
— Да я лучше проглочу расчёску. Держись поближе к своим геройским дружкам.
Гермиона пожала плечами, стряхивая с футболки воображаемую нитку.
— Можно подумать, ты не спасал мою жизнь. Да ещё несколько раз.
— Давай сохраним этот секрет между нами. Не хотелось бы портить имидж, — Гермиона рассмеялась, а он угрюмо покосился на неё. — Весь мир и один человек — огромная разница. Грейнджер, я никогда таким не буду. Кто бы о чём ни просил и кто бы чего ни хотел.
В ответ на такой серьёзный тон она подняла голову — Драко замер, словно ему было очень важно донести до неё эту мысль сейчас. Гермиона покачала головой: она никогда и не представляла его в этой роли.
— Я этого и не жду.
Драко внимательно всматривался в неё, что-то выискивая, и она задержала дыхание, пока он не нашёл то, что хотел. Он коротко кивнул, и они двинулись от доков в сторону деревьев.
16 октября; 7:31
— Знаешь, когда тянешься — это отличные потягушки. Но лучше так не делать, если кто-то смотрит, потому что… — Гермиона потянулась, замирая под разными углами и контролируя кости и мышцы. — Видишь, ты похож на большого дракона, ну или на кого-то подобного. Немного больно, но всё равно очень хорошо. Я мысленно р-р-разминаюсь, потому что ощущаю себя этаким странным животным. Но это отличная растяжка.
Драко изучал её в течение семи секунд, потом воззрился на дерево перед собой, явно вопрошая, как у того хватило наглости втянуть его в такую жуткую компанию.
17 октября; 13:21
— Ты бы не хотел стать зверем? А как насчёт насекомого?
Драко вздохнул.
— Если бы у меня был выбор, тогда… птицей.
— Птицей? Типа совы?
— Я не почтальон, который вынужден всю жизнь таскать письма.
— А какой тогда?
— Не знаю. Я лишь решил, что птицей, но не знаю, какой именно.
Хмыкнув, Гермиона посмотрела на небо, но там не было никаких птиц. Она ухмыльнулась.