Гул стал громче, отдельные выкрики теперь выделялись на общем фоне, а за деревьями проглядывали верхушки зданий. Они начали спускаться среди редеющей растительности, пока полностью не вышли из леса. Лишь небольшие кусты да оливковые деревья изредка попадались на поросшем травой склоне холма, под которым сновали сотни людей. Малфой выглядел так, словно держался из последних сил — этот спуск оказался серьёзной нагрузкой для его колена. Будь они друзьями, Гермиона бы предложила ему поддержку, но, подумав, решила, что Малфой бы предпочёл лишиться ноги, чем принять от неё такую помощь.
Наверное, человек, за время войны потерявший многое из того, чем так гордился, цеплялся за оставшееся, словно это гавань в бушующем море. В детстве Малфой был склонен преувеличивать свои травмы. Сейчас же, если Гермиона смотрела на него или задавала вопрос, он едва ли признавал их наличие. Малфой ненавидел демонстрировать свою немощь, и Гермиона прекрасно это понимала: она сама не горела желанием показывать ему свои слабости.
Они достигли подножия холма, Малфой ступил на кажущийся инородным асфальт, которым была покрыта вьющаяся между зданиями узкая дорожка, и остановился. Гермиона неловко застыла, поправляя сумку на плече и глядя на город, в котором высадилась на Липари. Судя по ощущениям, это было месяц назад.
— Тебе не нужно идти разыскивать Министерство? — протянул Малфой: голос его звучал напряжённо, а сам он был покрыт потом. Наверняка его колено горело огнём.
— Да. Ну… Малфой, я бы пожелала тебе удачи, но тогда солгала бы.
Он усмехнулся.
— Надеюсь, ты с треском провалишься.
— Единственным моим провалом может стать только пропуск твоего фиаско. Я же буду слишком занята растением.
— Если только ты имеешь в виду оплакивание своей потери, — отрезал он. Гермиона фыркнула, окинула его сердитым взглядом и двинулась по направлению к городу.
30 мая; 14:28
Гермиона посмотрела в кристально чистую голубую морскую воду, затем медленно подняла глаза на чернеющий вдали Вулькано. Она обошла город, поспрашивала о появлении больших групп британских туристов, поискала хоть какие-то следы. Это стало бы первым местом, куда бы они направились с Вулькано, они бы уже были здесь — но никаких признаков появления хоть кого-то из Министерства нигде не обнаружилось.
31 мая; 12:04
Гермиона несколько часов кряду наблюдала за паромами, обдумывая свой следующий шаг. Она не могла просто ждать в течение нескольких дней или недели. Она не знала: вдруг её открытка не дошла до адресата, её проблему посчитали недостаточно важной, чтобы тут же подключиться, или Гарри решил действовать самостоятельно. Она сильно сомневалась в своём втором предположении и была уверена, что Гарри поймёт всю серьёзность ситуации и уведомит Министерство — она же сообщила о барьере и пропаже магии.
Если они не объявятся в ближайшее время, ей придётся самой продолжать поиски. Действовать в группе было бы проще — даже если бы не получилось снять барьер, можно было бы рассредоточиться и изучить бóльшую территорию — однако Гермиона колебалась, должна ли она поступить именно так. Она почти не сомневалась, что уже была здесь раньше, и не думала, что Министерство учло этот факт — хорошо это или плохо, сказать она затруднялась. Она ничего не знала наверняка по поводу их с Малфоем шрамов, но не могла больше их игнорировать, как бы ей того ни хотелось.
Гермиона не слишком дотошно изучала старую кровную магию: она знала основы, понимала, как сделать кое-какие конкретные мелочи, но не обладала знаниями такого уровня. Баловаться с кровной магией было опасно, и хотя Гермиона прочитала её историю, она никогда не переходила к практике. По крайней мере, не помнила об этом. Но она твёрдо знала, что любое упоминание о связи кровной магии с линией жизни относилось к единственной вещи — к защите.
Учитывая то, что слухи о растении касались путешествий во времени, существовала вероятность того, что они с Малфоем не только здесь уже были, но и в какой-то момент потребовались друг другу для защиты. Им была нужна помощь при столкновении с чем-то гораздо более худшим, чем замкнутое пространство в лесу, мышиные иллюзии или обжигающий свет. Защита в столь безысходной ситуации, что они обратились к опасной древней кровной магии, а Драко Малфой, по всей вероятности, смешал свою кровь с грязной.
Она не представляла, с чего бы они стали возвращаться в прошлое — если только что-то пошло не так. Если магия сработала неправильно, путешествие во времени ничего не изменило — у них же остались шрамы. Кровную магию нельзя повернуть вспять, так что либо их постигла неудача и защиты оказалось недостаточно, либо же они допустили ошибку. Имелась ли связь между её амнезией и растением? У неё случались приступы дежа вю до тех пор, пока… пока она не узнала про Флоралис. Что же произошло?
Как бы там ни было, Гермиона не могла этого понять. Но что бы ни случилось, она почти не сомневалась, что ей надо держаться Малфоя, несмотря на их обоюдные чувства по этому поводу. Это была её жизнь, которая стоила того, чтобы потерпеть Малфоя — по крайней мере до тех пор, пока Гермиона не раздобудет растение. Он всё равно не сумеет добраться до цели раньше неё, и плевала она на шрамированные ладони.
17:12
Гермиона прищурилась и сделала шаг вперёд, чтобы иметь лучший обзор, затем передумала и отступила в проулок между двумя зданиями. Клон Кормака стоял на другой стороне улицы, смеясь, рядом с двумя другими мужчинами и женщиной и показывал рукой на витрину магазина. Гермиона попятилась, спряталась за одним из зданий и, перекинув сумку на живот, начала в ней рыться. Отыскав в кармашке на молнии серебристый ключ, она расплылась в улыбке.
1 июня; 13:20
Она испробовала несколько заклинаний на чёрной скале, спускающейся в море. Ни одно из них не сработало, и Гермиона с трудом удержалась от того, чтобы не швырнуть палочку в воду, а затем впилась сердитым взглядом в стоящие у Вулькано паромы.
17:32
Из Гермионы бы вышел отличный сталкер. Не то чтобы она собиралась кого-то преследовать, её одержимость распространялись не столько на людей, сколько на книги, но если бы она вдруг решила этим заняться, то продемонстрировала отличные способности. За это стоило благодарить Гарри с Роном и хогвартские коридоры.
Вчера она проводила Нервирующую Копию Кормака до самого отеля. Двери в номера располагались внутри, но на ключе имелась обтрёпанная наклейка, свидетельствующая о том, что он открывал комнату 509. Гермиона томилась ожиданием в переулке рядом с отелем, на холме возле него, а потом и в расположенном напротив магазине, владелец которого не спускал с неё подозрительного взгляда. Гермиона теперь не сомневалась: тот юноша последовал за ней вовсе не потому, что она ему приглянулась, а потому, что его послали за ней проследить — стоило ей вытащить брелок, как его глаз задергался. Но клон её не разочаровал — нарядно одетый, он вышел из отеля в компании вчерашних спутников.
Наверняка они собирались на ужин, так что в её распоряжении имелось около часа, как минимум минут тридцать. Этого хватало с лихвой, чтобы принять душ и взять нужные вещи. Конечно же, она возместит убытки — она не собиралась воров… одалживать у него хоть что-то и оставит здесь деньги после посещения отеля на Вулькано.
Убедившись, что компания ушла, она начала переходить улицу и крепче сжала в ладони горячий ключ.
18:10
— Тс-тс.
Пересекая дорогу, Гермиона подняла голову на звук и почувствовала, как при виде чопорного выражения на лице Малфоя её воодушевление сошло на нет.
— Ты только что вышла из отеля? И выглядишь… чистой.
— Малфой, всё в порядке. Я не виню тебя в нечистоплотности.
Вскинув брови, он крутил в пальцах палочку — Гермиона заметила, что на нём не было мантии. Она сама всего пять минут назад попробовала воспользоваться магией, поэтому знала, что у Малфоя тоже ничего не вышло. Его колено было перевязано — белый бинт выглядывал сквозь прореху на брюках. Гермиона следила глазами за крутящейся палочкой до тех пор, пока та не замерла, и, заслышав голос Малфоя, подняла взгляд.