Дженнифер остановилась и повернулась к своей спутнице. Чудовищность услышанного обрушилась на нее тяжестью девятого вала.
— И он согласился? — спросила она охрипшим шепотом.
— А как же! — пожала плечами Ассунта. — Получить единокровного ребенка от прекрасной женщины, ребенка, которого никто и никогда даже пальцем тронуть не осмелится! Может ли быть что-либо более упоительное, нежели власть, достигшая таких пределов?
— И у них родился сын? — вновь спросила Дженнифер, боясь услышать ответ, который уже был ей известен.
— Да, — кивнула Ассунта, — у них родился сын. Он появился на свет в местной больнице, за два месяца до того, как Джанни исполнилось шесть лет. Роды принимала я.
— Пит Росси… — прошептала Дженнифер.
— Преступный дон, которого с такой силой ненавидит Джанкарло Ло Манто, против которого на протяжении последних пятнадцати лет он ведет непримиримую войну, мстя за смерть отца, на самом деле является его младшим братом.
— Значит, отца Ло Манто убили не из-за долгов, — протянула Дженнифер. — Он погиб, потому что каким-то образом узнал обо всей этой истории и отправился к дону выяснять отношения.
— Он ничего не подозревал до той самой ночи, когда ребенок появился на свет, — подтвердила догадку Дженнифер Ассунта, горестно качая головой. — Он шел по коридору больницы с букетиком цветов в руке и вдруг увидел, как из палаты его жены выходит дон Николо со своей свитой. Он отступил в темный угол и слышал, как гангстеры поздравляют своего босса с рождением такого сильного и красивого сына.
— Он все же повидался с женой? — спросила Дженнифер. — Попытался выяснить, как такое стало возможным?
— Как любой другой мужчина, он был слишком горд и не умел признавать собственные ошибки. Он ушел из клиники и отправился неизвестно куда в поисках бутылки вина и пистолета.
— Ло Манто был уже достаточно взрослым, чтобы понять, что у его мамы вскоре родится второй ребенок, — проговорила Дженнифер, — он, наверное, спрашивал, что произошло.
— Спрашивал, конечно, но разве ему рассказали бы правду?
— Но они еще долго жили по соседству, и мать Ло Манто покинула Америку, только когда мальчику исполнилось семнадцать, — сказала Дженнифер, остановившись возле машины и распахнув переднюю дверь для старой женщины. — Зачем было так долго ждать?
— Она втайне ухаживала за маленьким Питом — до тех пор, пока ему не исполнилось шесть лет. Ей было позволено посещать ребенка три раза в неделю и иногда брать его на воскресные прогулки. Затем мальчика забрали и отправили учиться. Для Пита Росси началось долгое путешествие, которое со временем привело его туда, где он находится сегодня. Несколько месяцев Анджела оплакивала своего потерянного сына и потом уехала в Неаполь.
— Бедная женщина! — вздохнула Дженнифер. — Столько лет жить с такой болью в сердце и даже не иметь возможности ни с кем поделиться ею!
— Хуже того, жить, зная о том, что изо дня в день двое твоих сыновей ведут войну друг против друга, войну, которая в итоге неизбежно унесет жизнь либо одного из них, либо их обоих.
— Я полагаю, что если ничего этого не знает Ло Манто, то Пит Росси — тем более?
— Пит — один из них и является таковым с тех пор, как сделал свой первый вдох, — ответила старуха. — Он — Росси. Он — крестный отец каморры. Надеяться на то, что в этой груди бьется человеческое сердце, равносильно ожиданию чуда.
Дженнифер открыла водительскую дверь и села за руль, а затем вставила ключ в замок зажигания и завела двигатель, однако ехать не торопилась. Повернув голову вправо, она посмотрела на пожилую итальянку и сказала:
— Я понимаю, вам было непросто рассказать мне все это, и я не знаю, почему вы так поступили, но, как бы то ни было, я рада, что вы сделали это.
— Видишь ли, детка, — невесело усмехнулась Ассунта, — ответы на наши вопросы очень часто ведут к появлению новых вопросов. Я взвалила на тебя тяжкий груз. Узнав все, ты можешь либо молчать, либо начать действовать, но что именно выбрать, решать только тебе.
— Я что-нибудь придумаю, — сказала Дженнифер, — и мне лишь остается надеяться на то, что я найду правильное решение.
— Если оно существует, ты его непременно найдешь, — сказала Ассунта, прикрывая глаза ладонью от солнца. — Я верю в это.
— Если я допущу промах, погибнут люди, — произнесла Дженнифер, — поэтому прежде чем сделать следующий шаг, мне нужно все хорошенько взвесить.
— Смерть неизбежна, — философски заметила Ассунта. — По причине, без причины — все равно. Это лишь вопрос времени.