Отрядив одного из своих разузнать, что и как, Орельев продолжил следовать за подозреваемыми.
Подозреваемые, оставив квадроцикл, пошли к единственному магазину, где немедленно принялись судачить о чем-то с вечно толкущимися там местными камушками. Умно. Антон сделал бы то же самое, если бы хотел узнать что-то и все местные сплетни заодно.
Между тем, отряженный за Лёней боец по рации сообщил, что Леня трётся с Князем и Яцеком.
Орельев, не раздумывая, оставил Риту и Влада на попечение двоих ребят, сам же направился прямиком туда, где был замечен Леня. Ибо Яцек и Князь были теми людьми, общаться с которыми будешь, только если замыслил что-нибудь противозаконное.
Поняв, что, возможно, потребуется подмога, по дороге Орельев позвонил Алексландру Димычу, начальнику охраны Полоза. По умолчанию, они иногда помогали друг другу, особенно в поисковых операциях, которые в горах случались часто.
«Значит, я не ошибся, всё-таки, Антон был с людьми Полоза», — расстроился Чет. — Вот они-то в теме, они наверняка найдут шкатулку, вернее, наверное, уже нашли».
— И в результате мы стали свидетелями еще одного беззакония, причем с присутствием незаконного холодного и огнестрельного оружия. Чет, ваш выход, — прервал его мысли Орельев. — Рассказывайте уже, что там у вас произошло.
— Да так… на бытовой почве, — вспомнил Чет вроде бы подходящее случаю официальное выражение.
— Ну-ну, — опять сказал Орельев. — ладно, расскажешь наедине.
Кое-что об Анне
— Антон. Раз уж мы все здесь, — вступил в разговор Влад, — и уже все поняли про Матвея, — добавил он, взглянув на Риту, — может, наконец, расскажешь уже, как продвигается дело Анны?
— Вот. Наконец-то вопрос, достойный обсуждения, — довольно ответил Антон и присел за соседнюю парту. И начал от рождества Христова.
— Сначала пропадает Анна, — говорил Орельев. — Ко мне прибегаешь ты, Влад с заявлением о преступлении. На месте предполагаемого преступления и рядом — во-первых, сам Влад, во-вторых, Чет, представленный только своим голосом, в третьих — пастух Ленька, представленный козой, с которой толку, как с козы, и которая все равно погибла. В-четвертых, инопланетяне, которые в воображении Влада существовали весьма активно и которых я изначально волевым решением решил не рассматривать — потому что на них списать можно вообще все.
Влад хотел было что-то вставить, но не стал.
— Далее появляются подозреваемые — во-первых, Матвей, который был любовником Анны в прошлом и мог убить ее из-за ревности, во-вторых, ты, Рита, его жена, ровно с теми же мотивами. В-третьих — Чет, на почве неразделенной страсти. И, опять же, Влад, который мог убить из-за ревности тоже. Особенно, учитывая рассказанную Четом историю об общении Анны с неким «милым» ковбоем. А, Влад, ты не знал? Ну ладно.
Далее, я рассмотрел и возможность убийства из-за денег — и здесь можно было заподозрить того же Матвея, на этот раз в сговоре с женой. Как выяснилось, их лаборатория по большей части зависит от денежных вливаний, которыми рулит Аннин отец. И если Анна, например, пригрозила им, за какие-нибудь провинности лишением этих средств…
Здесь так же опять можно было заподозрить и Влада. Во-первых, наследство в виде Анниной квартиры. Но тут получалась неувязочка — наличие тела сильно помогло бы в быстром получении наследства, и организовывать именно пропажу казалось нелогичным. Во-вторых, те же гранты от Анниного папы — он, к примеру, мог резко перестать получать их, если бы дочка попросила. С другое стороны, если бы дочка просто пропала… Ладно, ладно, Влад! Это я чисто теоретически.
Московский след я решил волевым решением не рассматривать тоже, потому что, во-первых, у меня не было на это средств, а во-вторых, местные следы казались гораздо перспективнее. Особенно после того, как начали пропадать свидетели. Так что я взялся за них.
Далее. Я задался вопросом, а не могла ли Анна случайно узнать что-то такое, что никто не должен знать? И за что можно убить? На первый вопрос — да, здесь полно всяких полулегальных организаций со своими тайнами. На второй вопрос — нет. Что здесь не узнай, можешь рассказывать кому угодно — не поверят. Шучу. На самом деле, у меня была в планах проверка и лаборатории, и клиники, и поиска прочих связей Анны, особенно в связи с твоей, Чет, историей опять же о ковбое. Но тут следы терялись в прериях. Единственный свидетель исчез.
Также была версия маньяков или сект, убивающих или крадущих девушек, выдвинутая тобой, Влад, но она моментально рассыпалась из-за отсутствия других пропавших.
Тут Влад опять хотел что-то сказать, но не стал.
— Словом, я схватился за местные следы, потому что они, во-первых, казались перспективнее, а во-вторых, начали быстро улетучиваться. Когда пропал Чет, я озаботился. Когда пропал и Ленька-пастух, я спохватился и, пока не поздно, установил слежку за остальными подозреваемыми.
Дальше, я собственно уже рассказал.
«Или сначала найти девчонок? — думал Чет. — Шкатулка важнее, но Орельев может следить за ними, а значит, надо отвлечь его девчонками, а потом вместе как бы невзначай пойти погулять на то поле»
— Далее, хочу вас проинформировать, — следователь говорил тем же тоном, что и раньше, так что до Чета даже не сразу дошла вся суть того, что он сказал, — хочу вас проинформировать, что наша потерянная Анна нашлась. Самым элементарным образом появилась в соцсетях. Со свежими фотками с Сицилии. Не знаю, чем там у них на Сицилии лучше, чем у нас, но …
Последующие рассуждения Орельева о Сицилии утонули в шуме восклицаний неблагодарных слушателей.
— Нашлась! — закричал Чет.
— Вот стерва! — закричал Влад.
— Вы все, мужики — сволочи! — закричала Рита, с явным желанием вцепиться когтями Владу в лицо.
Влад уже сидел в Аннином Монограмме. И почему он не догадался проверить раньше? А ведь сначала смотрел чуть ли не каждый час.
Чет тоже сидел в телефоне. И связь в этом их Аратском была! И Анна в Монограмме была. Жива, здорова и весела! И на Сицилии! А они-то все тут… Но следователь-то, каков, приберег напоследок!
— Я не верю, что это она, — сказал Влад. Он уже набирал номер Анны.
Все затихли, вслушиваясь в гудки.
Пятый гудок. Шестой. Седьмой. Анна не отвечала. Влад положил трубку и набрал ещё раз. С тем же успехом.
— Похоже, она просто не хочет с тобой разговаривать, — сказал Орельев.
И тут у Влада пикнул телефон.
— От Анны! — сказал Влад и замолчал, глядя в экран.
— Ну! Читай! — потребовал Орельев.
— «Я не хочу с тобой говорить. Не звони мне больше». — Влад опустил руки. — Стерва!
— Или это — не она, — тихонько сказал Чет.
— Это не она, — сказал Влад. Я три дня сидел на страничках этих пропавших девчонок. Пытался понять, что с ними не так. Циклы! У всех события циклично повторяются! У всех семи! Как будто их пишет программа, алгоритм, и довольно просто сделанный! Да еще и цикл — девять месяцев. Символично, да? Наверняка шутники-программеры делали для клиники Авроры!
— У Анны — то же самое. Цикл, — сказал Чет.
— Но-но. Граница подтвердила пересечение границ России Кирстовой Анной Васильевной, 2001 года рождения, седьмого июля 2024 года.
— Так, а где она была с вечера пятого июля по седьмое? — спросил Влад.
— Ни сколько не интересуюсь. И расследование мое на этом закончено. И если вы хотите, чтобы кто-то ещё поискал вашу Анну, вы можете полететь на Сицилию, найти там полицейского и делать мозги ему. Все. Все свободны.
Все встали.
— А вы, Чет, останьтесь, пожалуйста.
Чет разочарованно плюхнулся назад в кресло.
— Без вашего заявления я не смогу предъявить обвинения гражданам Князеву, Ящеву и Сидоренко. Словом, Леньке и его подельникам. Что там у вас произошло?
— Да так… на бытовой почве, — сказал опять Чет.