– Зажми, – сказал инквизитор, дав тряпку из той же сумки.
– Фрей, – прошептала Фелиция.
Оттолкнувшись от неё, спаситель неуклюже встал и направился к Фрею. Подойдя, он увидел лужу крови, а точнее, бездыханное тело в ней. Накрыв его пледом, инквизитор хотел только одного – лечь под одеяло и не двигаться.
«Пока она развяжет их, они окочурятся», – подумал инквизитор.
Он направился к ближайшему пленнику между собой и постелью. Им оказался Сигурд, собравшись его развязать, инквизитор отложил нож и парой ударов сломал нос скованному пленнику, после чего разрезал верёвки на его руках. Оставив свой нож на его груди, Сервилий направился в свой спальник с чувством выполненного долга. В своей палатке, теряя последние силы, он упал на кровать и закутался в одеяло.
Сигурд успел развязать остальных, когда Фелиция добралась до запаса медикаментов в своей палатке. Болевая агония никак её не отпускала, лезвие задело несколько нервов в брюшной полости. Закинувшись предельной дозой анестетиков, она проверила осколок во внутреннем кармане.
«Бесовский старый маразматик. Таких отбитых сумасшедших нет даже в культе. – Боль не проходила, привыкание к препаратам давало о себе знать. Она открыла и отхлебнула из тёмной, дутой бутылки добрый глоток крепкого напитка. – По сравнению с ним Лания просто ангел, а она ведь там с рождения… Глупая девчонка никогда не могла сдержаться от восхваления лорда. Будь на месте Сервилия опытный инквизитор, наши головы давно висели бы на пиках».
С трудом улёгшись в постель она посмотрела на осколок. «Как быстро всё рассыпалось… Вы все порочные твари! Похоже, теперь лорд непременно получит осколок».
К утру мороз сменился с сильного на жуткий. Метель не давала вздохнуть полной грудью, а свет проходил через неё с трудом. Заметить в ней хоть что-нибудь было едва возможно.
В первый раз Сервилий проснулся не от холода или грохота, хотя костёр уже не грел, а от тёплого прикосновения.
– Пора собираться, – сказала Фелиция, мягко трогая плечо спящего инквизитора, – нужно уходить.
– Как твоя рана? – спросил он, не поднимая головы.
– Как ты себя чувствуешь после водных процедур?
В палатке стало теплее от последующего смеха.
– Придумала, на что потратишь бонус?
– Особо не было времени думать о хорошем, – сказала она после краткой паузы.
– Знаю одно хорошее место: там тепло, и нет наскучившего вяленого мяса.
Фелиция задумалась. Вскоре её милая улыбка сменилась на маску равнодушия.
– Сомневаюсь, что мы встретимся снова, – сказала она на выходе.
С выражением полного недоумения, инквизитор принялся собираться. Он совершенно не понял произошедшего абсурда и определённо не хотел разбираться с этим сейчас. На выходе его уже ждали на сумках остальные.
Гордыня
Остатки экспедиции отправились в заключительную стадию своего пути. Инквизитор шёл последним. Невзирая на ушедшую угрозу тёмных сил вместе с разорвавшимся Фламином, расслабляться на финишной прямой определённо не стоило. Идти было тяжело, порывы стали постоянными, но хотя бы немного ослаб снегопад. Сервилий шёл, грызя в пути замёрзшее вяленое мясо и вспоминал утренний диалог.
Сигурд, шедший первым, замедлил шаг и начал сближаться с инквизитором.
– Ты был прав, – сказал он, поравнявшись.
– Насчёт чего?
– Предатель один из нас.
Сервилий замедлился, с недоумением посмотрев на егеря.
– Фламин был фанатиком и мракобесом, но точно не слугой нижних сил и тем более простой не пешкой рогатого лорда. Он закатил нам целую речь, пытаясь себя оправдать. Никто не придал ей значение, только мне это стало очевидно. Понимаешь? – егерь остановился.
Воющий ветер едва позволял расслышать суть его слов.
– До портала осталось не больше двадцати минут. Совсем скоро будет финал. Отступница все ещё среди нас. На той стороне она уже ничего не сделает. У неё не осталось больше времени. Когда начнётся стрельба, останется кто-то один, – он приблизился вплотную к инквизитору. – Скорее всего, это ты. Насколько ты уверен, что у неё нет демонического дара? – Егерь положил руку на его плечо. – Я не хочу участвовать в бойне. Я не так глуп.