«Новая информация про Фламина решительно меняет всё, – думал инквизитор, – безусловно Сигурд прав. Ты имел слишком много возможностей покончить со мной, особенно в последнюю ночь. Ты один из немногих с оружием. А значит, предатель не ты… Зачем ты это делаешь, самолюбивый бездушник? Убить всех ради себя. Вы все не годитесь на роль лживого отступника. – На лице Сервилия появилось сомнение, – Я надеялся, что все решится, само собой».
– Изменщик ведь только один, – ответил Сервилий.
– Инквизитор, не думаю, что это первая твоя сопутствующая потеря, – сказал Сигурд, не отводя глаз от Сервилия. – У жизни нет цены. Их жизни не стоят больше наших… Не забывай, ради чего ты здесь.
– Да, я понимаю, – ответил младший инквизитор Сервилий Луминеско. Теперь Сигурд вынуждал инквизитора принимать решение. Мирно отпустить действительность стало уже невозможно.
Приняв ответ инквизитора, егерь присел на колено, приготовившись к выстрелу.
– Я сделаю всё сам, только не мешайся, – сказал Сигурд, поднимая боёк.
Спусковой крючок пробудил катализатор. Голова Сигурда превратилась в кровавый полумесяц, испускающий искры. Громкий хлопок заставил ушедших вперёд в спешке вернуться. Конусовидный след крови на снегу, оставлял больше вопросов, чем ответов.
– Какого чёрта! – спросила Фелиция, прибежавшая первой.
Сервилий стоял смирно, пока не подоспели остальные.
– Он хотел убить вас, увеличить свои шансы. Мы были угрозой для него, – сказал инквизитор, убирая револьвер. Ему пришлось кричать по причине шквалистого ветра, уносившего слова. – Хотя, уже не важно, – последнюю фразу он сказал про себя.
Октавия, ни проронив ни слова, развернулась и ушла. Она вообще никак не отреагировала. Несколько мгновений спустя к ней присоединился настороженный Харольд. Сервилий специально не стал раскрывать роковые сведения об оставшемся предателе. В этом не было смысла, это создало бы только проблемы. Инквизитор уже сам не понимал происходящего или просто не хотел принимать действительность.
Жадность
Размышления Сервилия прервал пролетающий свист пули слева от него. Пуля угодила в затылок Октавии, заставив её упасть вперёд.
«Я оставил ей ружьё, – осознал свой роковой просчёт Сервилий».
Второй выстрел угодил в бок развернувшегося инквизитора. Застрявшая в рёбрах пуля остановила философскую череду мыслей. От неё ноги подкосились, заставив его упасть на колени. Харольд успел добежать до Фелиции раньше третьего выстрела. Он снёс её с ног и принялся душить девушку.
Болевой шок от сломанных рёбер был немыслимо сильным. Инквизитор на мгновение подумал достать катализатор и уже наконец завершить свою работу, но даже думать было трудно. Прижимая рану, он осознал, что чувствует свои острые рёбра. С трудом развернув подсумок из-за спины, Сервилий принялся доставать из него всё содержимое. Искал он в нём инжектор, купленный за пару дней до экспедиции и стоивший полугодового жалования. Лишь он мог разрешить сложившуюся ситуацию. Достав заветное лекарство, по иронии судьбы он заметил предупреждение, выбитое на корпусе: «Не использовать при нахождении посторонних предметов в ране». Инквизитор тихо выругался после прочтения предупреждения. Благодаря допитым остаткам из фляжки, ему удалось начать копаться в своём теле. Найти эту грёбаную пулю было легко, даже среди осколков рёбер, но вытащить её – это был уже другой разговор. Спустя несколько секунд, казавшихся бесконечностью, она всё-таки поддалась на многочисленные приглашения покинуть своё новое пристанище. Наконец-то вколов инжектор в ногу, драгоценный «Арбор крещит» затянул порванные сосуды и рану древесной корой.
Разобравшись с раной, Сервилий заинтересовался потасовкой выживших. Фелиция, залитая кровью, шла навстречу инквизитору, держа в руках осколок. Похоже, Харольд навсегда покинул не только этот мир. Инквизитор едва успел вынуть своё оружие из кобуры, когда у него потемнело в глазах от удара ступнёй по голове. Второй удар в область рёберной раны окончательно выбил из него желание сопротивляться.
Лёжа на спине, Сервилий больше не пытался подняться. Хотя ранение больше не представляло угрозы, но сломанные рёбра давали о себе знать.
– Дай угадаю, ты решила увеличить свои шансы, – прокашлявшись, спросил Сервилий. – Или всё это ради жалкого лорда и слащавой великой цели?