— Я … — Начал свой рассказ. — Мы с Фэй …
— Фэй? Она в порядке? — Внезапно перебил Игнат.
— Да. — Неуверенно ответил я. — Она должна быть в порядке, я навещу её после тебя.
— Фух. — Расслаблено выдохнул парень. — Она бедная такого насмотрелась, что хватит на всю жизнь. Прости, я тебя перебил, ты что-то начал рассказывать.
— Она насмотрелась? — Внезапно возмущенно сорвалось с моих губ. — Я всё думал как ты это переживаешь, но видимо тебе абсолютно насрать. Почему ты такой спокойный?
Он с серьёзным выражением лица ответил. — Ну не совсем спокойный, просто она же девочка, понимаешь? Они по-другому реагируют, и это нормально.
Я взял небольшой стульчик, и сел рядом с кроватью. Я понимал, что долгого разговора не получится, и моему другу стоило отдыхать, но я не мог не спросить. — Расскажешь что с тобой произошло после… ну ты понял?
Лицо парня резко изменилось. В таком состоянии сосредоточиться на мысли было тяжело, но он всё же попытался, а затем в пол голоса заговорил. — После того как меня контролировали? Знаешь, Ярик, скажу тебе откровенно. Мне никогда еще не было так страшно. Я видел как ты гасил тех зомби. Видел, твою новую силу, да, мне удалось подслушать разговоры медсестер о людях получивших способности, и я сразу вспомнил о тебе. Так вот, в тот момент мне было до жути страшно, а потом, когда ты меня запихнул в портал, я …
Внезапно из носа Игната затекла кровь, и парень попытался дотянуться до упаковки с салфетками.
— А, чёрт. — Выругался он.
— Давай я тебе помогу. — Я сорвал пару салфеток и протянул другу.
Он с нескрываемым раздражением буквально вырвал их из моей руки, и приложил к носу. Я не совсем понимал причину такого поведения, но списал всё на стресс пережитой операции и наркотики.
— Может мне позвать врача? — Вдруг поинтересовался я.
— Не надо. — Выпалил тот. — Сам справлюсь.
Настроение Игната резко изменилось, и таким я его никогда не видел. Он лежал на кровати и приложив салфетку к носу, смотрел в потолок. Одному ему было известно, что тогда крутилось в его голове. Я мог лишь безмолвно гадать, хоть как-то пытаясь помочь другу. Не стоило заводить этот разговор, не стоило тревожить его уставший разум. Я хотел сменить тему, как он внезапно продолжил.
— Не знаю что случилось. Я не помню. Помню лишь, что продирался через тьму, и бежал со всех ног, пока не свалился. Очнулся я уже в больнице, когда меня везли на операцию. — Он отбросил салфетку в сторону, и взглянув мне в глаза, добавил. — Так что это всё что я могу тебе рассказать. Извини, если недостаточно информативно, мне было не до разглядываний окрестностей.
— Брат, ты ведь понимаешь, что я должен был так поступить. — Я попытался оправдаться. — Если бы мы остались там, то расщепились на атомы после взрыва. Я не видел другого пути.
— Да. — В пол голоса заявил парень. — Ты поступил так, как должен был. Только вот ты сидишь передо мной без видимой царапины, размахиваешь энергетическим хлыстом, а я прикован к постели, и вряд ли когда-либо встану.
Его слова стрелой пронзили моё сердце, а сверху придавило бетонной плитой. Я не ожидал такой реакции от моего, что уж там говорить, единственного друга. Конечно, частью разума я осознавал, что в нём говорили горечь и наркотики, однако услышать такое. От одной лишь мысли, что он возможно прав, меня выворачивало на изнанку.
— Что ты хочешь сказать? — Насторожено я проговорил. — Ты …
— Никогда не буду ходить. Доктор сказал незадолго до твоего прихода. От моего позвоночника осталась труха. Они смогли сохранить уцелевшие позвонки, и засунули в меня металлический штырь. В целом, Ярик. Мне пиздец.
Каждое слово, наполненное горечью всё больше прибивало меня к земле. Я предпочел бы еще раз оказаться придавленный тем самым барсом, и испытать холодное касание смерти, нежели слышать такое. Это не могло быть правдой, и отказался признавать этот факт.
— Не говори так. Людей и раньше на ноги ставили, а за последние годы технологии так скакнули вперед, что глазом не моргнёшь, как будешь бегать. Брат, послушай …
— Что мне слушать? — Разразился яростью Игнат, и я заметил как резко скакануло его давление. — Будешь рассказывать, что на самом деле не всё так просто? Что я по-прежнему могу радоваться солнечному свету, и аромату цветов? Я неизвестно когда выйду отсюда. Какой счёт мне выставят? Ко всему я вряд ли смогу нормально работать. Знаешь, всё что хочешь мне сказать, скажи это моей жене и не рожденному сыну!
Я не знал что и ответить. Завлеченный собственной жизнью, я и не мог подумать, что такое могло случиться. Единственное что родил мой ставший в ступор разум, это откровенная банальность.