— Не видел. — Произнёс один из парней с очень тяжёлым среднеазиатским акцентом.
Я попробовал обратиться ко второму, но тот демонстративно продолжал игнорировать меня. На дворе стоял вечер и зажглись фонари уличного освещения. Я еще раз вежливо попытался привлечь внимание человека, и его товарищ не смог удержаться от смеха, когда тот вновь пропустил мои слова мимо ушей.
День не задался с самого утра. Игнат решил еще на пару дней задержаться в городе, но обещал вернуться с новыми новобранцами. Лири наткнулась на серьёзное сопротивление со стороны своего народа, когда объявила о строительстве передовой базы. Из Большого дома всё еще не было ответа, а в РосЯдре пообещали, что ближайшее время для записи в следующем месяце.
Я понятия не имел, какого чёрта мои родители могли забыть в подобном месте. В животе урчало с такой силой, что было слышно в соседней галактике, а до следующего уровня, мне не хватило жалких пяти сотен опыта. Не самый лучший день, чтобы меня злить, но я попытался взять свои эмоции под контроль, и повести себя как взрослый человек. Просто развернуться и уйти.
Где-то должен находиться пост консьержа, и возможно женщина сможет мне помочь в поисках. Я подошел к двери парадной и потянул ручку на себя, закрыто, конечно же. Попытался ввести случайный номер квартиры, а когда не дождался ответа, то ввёл другой.
— Не отвечают. — Послышался за спиной голос человека. — Чего дёргаешь?
Молчи, ублюдок, лучше просто молчи. На второй раз мне тоже не ответили и я, задумчиво почесав подбородок, обернулся. Напротив стоял парень с энергетиком и нахмурив единственную бровь, пробурчал.
— Отвечай, когда тебе говорят!
Что, неприятно, когда игнорируют? Второй стоял за своим товарищем и широко улыбался. Я понимал, конфликта не избежать, и не стал отрицать, что и у меня самого чесались кулаки. При всей моей любви к Китаю, несколько раз мне приходилось терпеть скотское отношение в свою сторону от местных, как собственно и в любой стране. Однако я вернулся домой, не для того, чтобы какой-то утырок, который едва изъяснялся на моем языке, указывал мне что делать.
Прежде чем он успел произнести следующее предложение, я резким ударом саданул ему в челюсть, а затем добавил короткой серией по почкам. Второй видимо ожидал драки, поэтому бросил в меня чем-то твёрдым, и присоединился к веселью. Я успел прикрыться и атаковал навстречу. Навыки уличной драки иммигранта, против моих двадцати очков ловкости и опыта сражений вещи несравнимые. С тем же успехом, он мог броситься с ножом против танка.
Я поспешил донести эту мысль до нападавшего коленом в грудь, а затем увернувшись от хука нанёс удар локтем в челюсть. Человек повалился на спину и я, запрыгнув сверху, принялся колотить его кулаками. Сзади послышались слова проклятья на незнакомом мне языке, а после этого противник схватил меня за плечи, и потянул на себя.
Я перекувыркнулся в сторону, и перед глазами просвистел клинок ножа. Зря ты схватился за оружие, теперь придётся и мне. Я понизил количество потребляемой энергии до минимума и взмахнул рукой. Нить с шипением прошлась по запястью противника, и тот закричав от боли выронил нож.
Я быстро оказался рядом, и замахнувшись, зафутболил ему по рёбрам. Лежи, не вставай. Второй пытался подняться на ноги, держась за разбитый нос, и что-то выкрикивал на своём языке. Внезапно решил поговорить? Ну что же, давай поговорим. Я нанёс два профилактических удара по рёбрам, и вывихнув ему плечо, придавил к асфальту. Моё колено оказалась у него на спине, и я, еще раз показав ему фотографию, повторил вопрос.
— Видел их?
— А-а, больно! Шакал, отпусти. — Прокричал тот в ответ.
Шакал? За это слово ты ответишь новым приступом боли. Я еще сильнее прижал его к асфальту и кулаком ударил по вывихнутому плечу, а затем пригрозил. — Есть вещи куда более серьёзные, чем лёгкий вывих. Третий раз спрашивать не стану.
— Ай, ладно, ладно. Я видел. Они в квартире напротив. Клянусь, отпусти, брат. Отпусти, в квартире напротив, брат. Не бей.
Я полез в карман его спортивных штанов, и нащупал связку ключей. Как бы это странно не прозвучало, её украшал небольшой брелок с российский триколором. Иронично. Я сильней придавил его коленом и потребовал.
— Этаж? Номер квартиры?
— Дувенадцатый, брат. Не бей, брат. Квартира триста сурок шесть.
Внезапно я стал его братом, и он повторял это слово так часто, что позавидовали бы родственники. Я хотел ответить ему фразой из одного моих самых любимых фильмов, но вместо этого решил оставить напоминание. Сломанная рука рано или поздно заживёт, зато в следующий раз утырок подумает дважды, прежде чем бросаться на граждан.