В качестве приманки сошел тот что ближе всего находился ко мне. Я схватил его за грудки, пару раз дал в морду для профилактики, а затем бросил в сторону двери. Раздался выстрел и бедолагу отбросило на пару шагов. Нечего было на меня нападать, тем более, теоретически не я нажал на курок. В двери засияла огромная дыра, и из комнаты донося длинный, трёхэтажный мат.
— Я всего лишь хотел поговорить. — Спешно вставил я. — Но если ты хочешь завалить и второго, то я не против.
Первый нападавший, услышав мои слова выругался и наблюдая за тем, как растекалась лужа под телом его товарища, протяжно завыл и потянулся за пистолетом, который всё еще сжимала его бывшая рука. Я резко обернулся и ударил хлыстом, разорвав на части оружие и надежды человека вернуть себе потерянную конечность.
Тот завопил, но сдаваться не стал. Он послал меня далеко и надолго, а затем единственной рукой откинул раскладной диван, и вытащил старенький АКСУ. Вот это ты зря. Он зажал автомат между ног, и передёрнув затвор, не глядя выстрелил. В тот момент меня конечно не было на линии огня, так как за спиной выживший боец решился на отчаянную атаку. Он выбежал из спальни и открыл огонь.
Я успел спрятаться на кухне, и вдруг резко настала тишина. Не было слышно ни ругательств, ни воплей предсмертной агонии, ни стрельбы. Абсолютная тишина. Я медленно выглянул, и заметил, что под двумя бойцами медленно растекались лужи крови. Неужели произошло то, о чём я думал? Я медленно вернулся в комнату, и понял, что оказался прав.
Каким-то образом, они за одну секунду успели друг друга убить. Один стрелял из дробовика в небольшом помещении, а второй, без одной руки, видимо нажал на курок и веером описал всё помещение. Я конечно был рад их помощи, но с другой стороны все были мертвы, а мёртвые как известно, не говорят.
На звуки стрельбы соседи явно вызвали полицию, и значит у меня осталось всего несколько минут, прежде чем они прибудут. Хорошая новость, что мне не придётся скрываться бегством, и всё выглядит так, будто они поубивали друг друга. Однако не это самое важное. Меня мучал вопрос, какого чёрта мои родители могли здесь забыть?
Быть может иностранец ошибся? Ведь концепция: «Они для меня все на одно лицо» работает в обе стороны. Прежде чем делать какие-то выводы, я решил осмотреться. БаоШэн записывал всё, что я видел и позже у меня будет возможность досконально изучить кадры. Один из них, по крайней мере меня узнал, поэтому возможность ошибки была крайне мала.
Первым делом я зашел в спальню, схватив несколько салфеток с прикроватного столика, и открыл шкафчик. Оставлять собственные отпечатки я не собирался, поэтому использовал бумагу в качестве прослойки. Внутри я нашел паспорта всех троих. Российское гражданство, обычные русские фамилии, ничего необычного.
На кровати правда лежал телефон одного из убитых, конечно же с установленным паролем. Чёрт, времени подбирать комбинацию у меня не было, однако внутри могла находиться важная информация. Я выключил устройство и убрал предмет в карман. Полиции вряд ли удастся отследить телефон в Парадоксе.
Больше ничего не интересного в спальне мне не удалось обнаружить. Я вернулся в зал и моё внимание привлёк раскладной диван, из-под которого ранее один из бойцов извлёк автомат. Бинго. Внутри деревянной коробки я обнаружил небольшой арсенал, которым можно было вооружить тактическое звено.
Автоматы, несколько дополнительных магазинов, пару стяжек гранат, но не это привлекло меня. Посреди кучи, находилось самодельное устройство, и хоть я не имел военной подготовки, взрывчатку мне удалось опознать с первого взгляда. Тыкать палкой в потенциально опасное устройство, было бы глупо, однако меня заинтересовал небольшой свёрток.
Я аккуратно развернул его, и внутри оказалась приличная сумма денег, примерно тысяч шестьдесят долларов плюс заграничные паспорта. Они были оформлены на имена убитых, с проставленными визами в Латвию. Деньги и документы оказались завёрнуты не просто в тряпку, а в своего рода флаг, с изображением которое было известно любому советскому и российскому мальчику с детства.
Твою мать, Ярослав, во что ты теперь ввязался, а главное, во что ввязались твои родители? Сомнений больше не осталось, так как среди всего этого дерьма, я обнаружил отцовский старый шеврон. Мне были известны все неровности. Я с детства рассматривал и изучал каждую ниточку, гордясь тем, что мой отец офицер вооруженных сил, прошедший чеченскую кампанию.
В глазах маленького ребенка, не было человека круче чем мой отец. Он настоящий герой, откликнувшийся на зов родины и чтивший воинский устав. Тогда я мало чего соображал, и откровенно не понимал всей картины происходящего. Как бы то ни было, мне никогда не пришло бы в голову, что придёт время, когда я обнаружу его шеврон среди всего этого мусора.