Пять минут пролетели незаметно, а за ними послышались команды на старт. Я кивнул Лири, покрыл нас обоих броней, а когда она поделилась энергией, взмыл к небесам. Улучшенный загадочным пламенем луч, сжался, растянулся вширь, словно городское шоссе, и я принялся выжигать наступающих монстров.
Стоит держаться как можно подальше от эпицентра взрыва. Пускай я потенциально выдержу волну, но за Лири не был так уверен. Мне требовались её знания, её опыт, но самое главное — это её система. Возможно она была ключом к пониманию природы комплексов.
Резко ушел с линии полёта ракет и стал набирать скорость, попутно убивая летающих монстров. Левиафан почувствовал приближение ядерного заряда и вновь глухо прорычал, будто призывая тварей на защиту. Подмывало конечно садануть по нему моими усиленными умениями, но вся цель операции заключалась в том, чтобы пройти незаметно, пока тот будет отвлечён ядерными ракетами.
Через пару минут полёта, убив достаточное количество монстров, снизил высоту, и маневрируя между мясистыми пиявками, направился в сторону сигнала. Они больше не рисковали и не пытались объединиться в живородящие матки, так как моментально становились главной целью человеческой армии.
Сигнал становился всё ближе, и я оказался под кораблём, погружаясь под его тень. Над головой раздался врыв, затем еще один и еще, пока все пять ракет не достигли своей цели. Бао предупредил о резком повышении радиационного фона и в тот момент впервые услышал нечто, напоминающие крик боли.
От корабля откололся огромный кусок плоти, и сгорая в ядерном огне стремительно приближался к земле. Ну, Захаров, упёртый ты вояка, тебе всё же удалось и вновь доказал, что любую тварь можно убить. Я облетел очередное мясистое строение, замечая, как среди монстров начала сеяться паника и невольно улыбнулся.
У меня больше не осталось никаких сомнений, что люди справятся и без моей помощи, поэтому жадно наблюдая за датчиком приближения к сигналу, нахмурился и поджал нижнюю губу. Как и ожидалось, он привел меня на пустырь, засеянный и обтянутый отвратительной плотью. Пожалуй, единственное, что спасло комплексы от уничтожения — это расположение под землей и пока нависшая тварь отвлекалась на собственный раны, мы приземлились и призвав оружие, принялись прорубать себе путь внутрь.
Через несколько секунд показалась земля, а за ней и длинный спуск искусственного туннеля. Я резко выдохнул, сердце пропустило стук, а в груди зародилось то, что можно было назвать радостью. Лири недоверчиво посмотрела в пропасть, затем перевела взгляд на меня, и я подмигнув, решил отправиться первым.
После короткого спуска, ловко вскочил на ноги и оказался у железной стены, которая судя по всему, так же являлась дверью. Пока этот комплекс ничем не отличался от предыдущего, но при этом вставал вопрос. Зачем строить два одинаковых помещения на расстоянии пары километров? Были и другие? Если да, то уникальность этого объекта постепенно уменьшалась.
Я решил не гадать и прислонив ладонь к холодной поверхности, ощутил знакомую дрожь. Не знаю было ли что-то особенного во мне или это место готово впустить любого гостя, но прежде чем проход открылся, я ощутил, как весь комплекс резонировал, словно приглашая зайти внутрь.
Лири выглянула, словно полёвка из своего убежища и широко раскрыв глаза от удивления, смотрела в глубь коридора. Я призвал несколько сфер, отправил их вперёд, а затем не забывая о гравитационном колодце, направился за светом. Девушка не сразу нашла в себе храбрость последовать, но заметила, что я удалился от неё на достаточное расстояние и лёгкой трусцой поспешила присоединиться.
— Стой. — Резко прервал её, поднимая раскрытую ладонь. — Дальше должен быть гравитационный колодец, не пугайся. Это почти так же, как и летать.
Лири молча кивнула и следила за моим каждым шагом. Я заметил на полу тоненькие борозды, которые сливаясь воедино, образовывали собой своего рода многоугольник с жирной белой точкой в центре. Девушка взяла меня за руку и мысленно приготовившись к полету, оба ступили на платформу.
Колодец сработал, причем намного лучше, чем в прошлый раз. Мы медленно воспарили на месте, а затем спускались глубоко вниз за секунды минуя десятки, а то и сотни метров. Перед посадкой, Лири задёргала ногами и вцепилась ногтями мне в руку с такой силой, что струйкой потекла тёплая кровь.
— Извини. — Пролепетала она, когда мы приземлились словно два перышка.
Я стряхнул кровь на пол и осматривая тьму комплекса ответил. — Ничего страшного.