- Ну вот и всё. А я уже и привыкла к ней. Она мне многое подсказала по жизни.
Анна посмотрела на Ивана, перевела взгляд на Любовь Сергеевну и вдруг заплакала.
— Ты что, Анечка? — Мам, что она плачет? — Всё! Мы остались в своих телах. Всё прошло, но жизнь продолжается. Где этот старичок? Как вы его зовете? Алгоритм? Он что, математик?
— Ваня. — Тетя Люба. — Я была ужасной. Простите меня. Ваня, любимый мой. Я хотела использовать тебя. Уехать из Баландино. В город надо было перебраться, прописаться и остаться. Но Саша с Аней открыли мне глаза. Я была обычной сволочью. Но я поняла, что люблю вас. Простите меня. Она упала на колени перед сидящими и горько заплакала.
Они еще долго говорили, плакали и обменивались впечатлениями об увиденном и услышанном. Иван спросил про отца, и матушка всё рассказала ему. Анна с Иваном решили никогда не расставаться. Но уже через пару часов они дружно забыли о «пришельцах» и занимались своими делами. Жизнь в 1975 году на обширной территории СССР шла своим чередом. Вперед! К победе коммунизма!
Глава пятая
Отделение Интенсивной терапии Челябинской Городской больницы было наполнено снующими людьми в бело-голубых костюмах и халатах. В одной из палат молодой симпатичный парень открыл глаза и зажмурился от яркого солнечного света, хлынувшего в тот самый момент, когда он осознал, что живой. Словно солнечные лучи ждали этого момента. Он пощупал свой нос, почувствовав, что ему что-то мешает, и обнаружил в нем обычные канюли. Не составило особого труда отсоединить трубки и нажать на большую кнопку у изголовья.
Буквально через миг, в палату вошла миленькая медсестра и одарив Саню обворожительной улыбкой наклонилась над лежащим.
- Доброе утро! Как Вы себя чувствуете? Все хорошо?
За разговорами она быстро и профессионально осмотрела его, измерила пульс, отсоединила аппарат и оглянулась на входящего в палату доктора.
- Это Ваш врач Борис Леонидович.
- Как себя чувствует наш герой? - Улыбнулся он лежащему и посмотрел пристально ему в глаза.
- Голова не кружится? Боль где-нибудь чувствуете?
- А почему герой? Или Вы всех так называете, кто выжил? - улыбнулся Саня.
- Возможно и так. Вы помните свое имя? Фамилию? Что произошло?
- Да. Воробьев Александр Сергеевич. 2002 года рождения. Челябинец. Все правильно?
Борис Леонидович посмотрел табличку, прикрепленную к кровати и утвердительно кивнул. - Совершенно верно. А герой, потому-что вытащил, девушку, как нам сказали, из под машины. Пока она не успела взорваться. А потом сам впал в ступор. Вас обоих так и привезли без сознания.
- Это же Анечка Лапышева. Где она? Жива? И почему машина взорвалась? Я же возвращался пустой. Мой Урал бортовой, тентованный. Я же помню, завалился на правый бок, она мне под машину кинулась. Крысы испугалась.
Доктор долго смотрел на него и молчал. Затем переглянулся с сестрой и спросил:
— Как вы? Сможете встать?
— Сашка легко приподнялся и, спустив ноги, всунул их в приготовленные сестрой тапки.
— Не кружится голова? Вы помните день, когда случилась авария?
— Конечно! Двадцать третьего марта. А что, давно я здесь? Сутки, наверное?
— Сегодня двадцать четвёртого апреля, ровно месяц, как вы здесь. Поднимите руки перед собой. Попробуйте присесть.
То, что говорил врач, Сашка делал легко и непринуждённо, чем немного удивил Бориса Леонидовича.
-Месяц, месяц не двигался, а словно сутки прошло. Молодец! Ну а пройтись не желаете? Сможете?
- Конечно! А можно к Анечке? Она здесь? Или выписали уже?
- Александр. По всем показателям мы ждали, что очнетесь Вы именно сегодня. Вас ждут в коридоре родители. Желаете встретиться с ними?
- Родители? Мама пришла? Но.
- Что-то не так? Александр?
- У меня отец погиб в аварии девять лет назад.
Врач пристально посмотрел на него, немного удивлённо вскинул брови и, протянув руку в направлении коридора, пригласил Саню пройти вперёд.
Они вышли в коридор, и Саня услышал радостный оклик матери. Он повернул голову и обомлел. Рядом с матерью стоял отец. Живой и невредимый. Они подбежали к нему, кинулись обниматься. Радости не было предела. Саня был рад видеть обоих: и маму, и, конечно, отца.
- Значит, старик правильно говорил, что реальность для нас изменится. И он оказался прав. А ещё он говорил, что надо поторопиться. Память прошлого уйдёт быстро. Ну и ладно. Главное — отец жив!
Внезапно словно током прожгла мысль: Аня!
Он поцеловал мать, обнял отца и, крикнув на ходу, что быстро вернётся, метнулся вслед уходящему доктору: