- Смелая значит? - выдавил сквозь зубы Макс. - Ну-ну.
- Есть что сказать, говори. Нет? Тогда иди себе по вектору, нечего своей физиономией людям вечер портить, - огрызнулась я, не поворачивая голову даже на миллиметр в сторону местечкового криминалитета.
- Ты это…аккуратнее, а то ведь я… - начал угрожать Змей, но был прерван на полуслове.
- Тронешь ее, не посмотрю что «уважаемый» так уши надеру, что в больничке окажешься, – вступился за меня Вадим.
- Да, я слышал ты парень горячий, и вроде пацаны тобой довольны, - перешел на примирительный тон склочник. – Вадим, я искал тебя и твою малолетку. Мне подсказали, где вас можно найти. У меня к вам дело, на хорошие деньги.
- Дело говоришь? Сразу скажу: нет. Мы с Викой с наркотой не связываемся. Всё остальное, пожалуйста, но на это - табу, - объяснил Змею мой друг, а я кивнула в знак подтверждения слов, по-прежнему не поворачивая голову и рассматривая ближайшие деревья.
- Нет-нет. Дело в другом. Надо выкрасть документы, из сейфа одного полицейского. Это очень важные бумаги. На самом деле один листочек, - спокойным тихим голосом говорил наш оппонент, но в этих нейтральных словах было столько внутренней боли и переживаний, что моё сердце дрогнуло.
- Ладно, мы возьмёмся за это если расскажешь кого мы спасаем.
- Ты догадываешься, наверное. Это Некрасов. Против него сейчас ведется следствие. Короче если этот бумажка будет в деле, то…, - сбивчиво объяснил Максим. – Мне тут порекомендовали. Короче, поговаривают у Вас талант, и вы ни разу не повторились за год. Каждый раз что-то новенькое. Вот и сейчас нужно что-то новенькое. Потому любая цена или просьба, и всё будет выполнено.
- Цена? – обратился ко мне Вадим, а я покачала головой в ответ.
- Просьба, - сказала я утвердительно, посмотрев в глаза Вадиму. Мой друг смотрел мне в очи и пытался найти ответ почему мой выбор пал на эту часть оплаты, но так и не найдя его сдался.
- Отлично, ради разнообразия пусть будет просьба. Можно по просьбе от каждого или только одну на двоих?
- Одну на двоих, зато наверняка. Попросите луну с неба, и она у вас будет, – хохотнул Змей.
- Сколько времени на подготовку? – поинтересовался Вадя у «работодателя».
- На всё про всё неделя, ребятки. Уложитесь?
- Не в первой. Нужны данные и как можно больше, - по-деловому заговорил мой друг.
- Сегодня вечером на «мыле» прочтёшь. Я тебе скину. Не переживай такую мелочь я раздобыть сумел и сам, а вот у тебя работёнка сложнее. Бывайте детки, - и Змей стремительно нас покинул, пройдя прямо через газон парка и перешагнув небольшой забор сел в свою машину и был таков.
- Может ты объяснишь, Вика, что это будет за просьба? – задал мне вопрос Вадик после того как мы остались одни.
- Попозже… - уклончиво ответила я.
На подготовку у нас ушло пару дней, и мы решили не откладывать «операцию» на последний день, а приняться за труды в ближайшее время.
Погода в этот день выдалась пасмурная. Уже который день ветер гнал тяжелые облака по небу пытаясь укутать ими всё свободное пространство голубого купола не оставив и малейшей дырочки. Трудился бродяга-вихрь над этим уже второй день и всё шло к тому, что усилия его не пропадут даром и атмосфера разродится ливнем.
Я стояла и караулила полицейского неподалёку от дверей его работы и по договоренности с Вадей при приближении «объекта» мне на телефон должен был раздаться звонок. Я беру трубку и сбрасываю звонок, а сама начинаю имитировать разговор, прислонив к уху телефонную трубку. Когда полицейский согласно плану должен поравняться со мной Вадик, пробегая мимо, вырвет телефон из моих рук. Дальше мои слёзы, заявление в полицию от «пострадавшей», и возможность подобраться к сейфу. Расчёт на то, что если при заказанном «объекте» телефон будет украден, то он и возьмется принять у меня прошение о помощи. Так всё и произошло, и попала я к нему в кабинет, а не к кому-то другому, вот только сейф при мне следователь открыл, а испариться из кабинета не пожелал. Тут Судьба решила мне подыграть, видимо поняла, что дала заведомо проигрышные карты.
Я сидела за столом дознавателя и лила слёзы над бумагой с описанием событий пропажи мобильного телефона. Неожиданно спазм в животе ударил меня острой болью изнутри, и скрутил в тугой узел, не дав возможности распрямиться. Мне стало трудно дышать, в глазах всё помутнело, и озноб завершил картину моего приступа. Полицейский засуетился вокруг меня, поняв по моей бледности и закатывающимся глазам, что пора поработать спасателем бренного тела пострадавшей. Как подобает хорошему человеку и добропорядочному гражданину, выскочив пулей из кабинета, он потрусил на пост вызывать «Скорую помощь» и скорее всего еще и за аптечкой.
Приступ не унимался. Мне стало так обидно, ведь ситуация сложилась как нельзя лучше и путь к открытому железному ящику свободен, а я даже дышать толком не могу. Вторичный спазм разогнул мое тело и заставил его лечь на стоящий рядом стул, и тут я увидела ее. Она смотрела на меня своим механическим холодным «глазом» и передавала мои мучения на компьютер. Видеокамера. Вадим не знал про ее существование, потому и замыслил этот простой план. Получается, если бы я попробовала стащить документ, то потом моей единственной просьбой к Некрасову, была бы свобода. Хитро продумано, ничего не скажешь. Вадика я не сдала бы, и загремела «под фанфары» прямо за решетку «в сырую темницу». Не веселая получается ситуация, я бы даже сказала подлая.
Третий приступ заставил меня свернуться калачиком лёжа на двух стульях. Боль была острой и пульсирующей. Перед глазами стали расплываться темные пятна, постепенно разрастаясь и заволакивая разум. Я находилась в пограничном состоянии между сознанием и обмороком, как вдруг мягкий свет из окна от фар проезжающей машины выхватил на долю секунды несколько пылинок, что висели в воздухе. Они никуда не падали, а летали прямо перед моими глазами. Почему? Всё оказалось просто: они лежала на тонком слое воздуха. Я видела этот слой, и еще много слоев различной толщины. Одни из них были плотные, другие разряженные, третьи напоминали дуршлаг и в их дыры просачивались струи пятых. Какие-то обворачивались вокруг тонких слоев, пакуя их как подарок в обёрточную бумагу. Я видела все эти движения, и хотелось дотронуться, чтобы ощутить реальность происходящего. Протянув руку, я коснулась указательным пальцем воздушной «ленты» прямо у меня над головой. Она извивалась как новогодний серпантин, но зажав этот узкий воздушный поток между двумя пальцами большим и указательным, я встряхнула ее. По ощущениям это была скользкая гладкая кожаная тряпица. То, что нужно, осталось правильно ее направить и задание будет выполнено. Собрав все силы в кулак, я сосредоточилась на узком потоке у меня в руках. На лбу выступили бисеринки пота. Я еще ближе к обмороку и шанс только один. Мне нужен был один плотный поток, и опустив руку к полу я смогла его ухватить. Он был тяжелый, но рыхлый – это скорее минус для задуманного мной, но ждать когда подплывёт другой, нет времени. Я подтолкнула слой рукой, и он медленно, но верно пополз наверх. Поравнявшись с линией моего рта, он завис на долю секунды. Я глубоко вздохнула и через рот выдохнула воздух. Выдох был минимальный, но в данной ситуации этого было довольно. Слой был перенаправлен и начал собирать потоки вокруг себя. У меня получился обычный сквозняк и вихрь на большой скорости врезался в дверь сейфа и распахнул ее. Теперь нужно было подсечь нужную бумагу. На моё счастье она там лежала в одиночестве. Ухватив ленту за один конец, я резко выкинула руку вперед. Подсечка. Бумага цепляется на другой конец. Движение рукой и этот злосчастный клочок бумаги, летит прямо мне в руки. Четыре сложения и она у меня в кармане. Всё дело сделано. Можно и в темноту обморока отправляться.