В 1966 г. Питер Медавар был в Москве гостем Академии наук СССР. Он прочитал единственную лекцию — о действии увлекавшей его тогда антилимфоцитарной сыворотки — АЛС, приближавшей, как в то время казалось, перспективу создания толерантности к трансплантатам у взрослых. В лаборатории автора этих строк, незадолго до того защитившего докторскую диссертацию об иммунитете к трансплантатам, уже свыше года жил белый кролик с прижившимся на его ухе трансплантатом кожи от серого кролика другой породы (после курса уколов АЛС). Аудитория пата логоанатомического корпуса 1-го Московского мединститута в Абрикосовском переулке была в тот вечер переполнена. Гостя долго ждали, доклад Медавара затянулся, слушатели устали. Когда переводчик, окончив последнюю фразу доклада, спросил: "Кто хочет задать вопрос или участвовать в дискуссии?" — автор поднял руку. На него зашикали: дискутировать с сэром Питером Медаваром?.. Автор оробел, но все же решил признаться, что его наблюдения не позволяют утверждать, что отсутствие реакции отторжения к чужим тканям у взрослых организмов, даже полученное с помощью АЛС, есть результат иммунологической толерантности. В таких случаях, настаивал он, иммунитет не отменен, а изменен. Автору не хотелось бы, чтобы читатель очутился на его месте в тот душный августовский вечер 1966 г. Ведь лауреат Нобелевской премии утверждал, что толерантность — это центральная недостаточность, банкротство иммунитета, иначе — его паралич.
Почему же опыты Бернета по созданию длительной ареактивности у цыплят окончились неудачей, а эксперименты Медавара и сотрудников, вводивших мышиным эмбрионам живые лимфоидные клетки донора, дали такие многообещающие результаты? Дело объяснилось довольно просто: вирусы гриппа, которые в опытах Бернета проникали в зародыш, затем в организме цыплят погибали. Цыплята, освободившись от чужеродного начала, приобретали к нему нормальную чувствительность. Толерантность оказалась временной. В опытах Медавара живые клетки селезенки доноров — мышей линии А размножались в организме реципиента (отсюда и проявления РТПХ, которые в данном случае экспериментаторы просто не поняли, уступив пальму первенства другим ученым, описавшим ее в 1957 г.). Поэтому толерантность оказалась долгой, практически пожизненной.
Понять этот вроде бы само собой напрашивающийся вывод помогла селекционно-клональная теория Бернета. И хотя автор опубликовал ее впервые в малоизвестном австралийском журнале, в своей автобиографии он признавался: "Я уже говорил, что считаю своим важнейшим вкладом в науку концепцию селекции клонов применительно к иммунологической теории".
Сначала расшифруем термины. Клон (от греч. слова klones — ветка) — это клеточное сообщество, в котором все клетки являются потомками одной-единственной родительской. Селекция — это отбор. Клонально-селекционная теория возникла как предположение Бернета о том, что от рождения у каждого нормального организма имеется определенное количество лимфоцитов, способных реагировать на любой чужеродный антиген — этакий генетически заданный стандартный набор чувствительных клеток. Антиген, вторгшийся в организм, сам стимулирует реагирующую клетку, а его выбор (селекция) обязан тому, что среди моря иммунологически компетентных клеток имеются такие, которые содержат на мембране рецептор, являющийся стереоскопическим зеркальным отображением рецептора антигена. Антиген побуждает чувствительную к нему клетку размножаться и давать многочисленное потомство дочерних реагирующих клеток, так возникает клон. В итоге появляется большое число лимфоцитов, специфически иммунных к данному антигену, а следовательно, развивается активно приобретенный иммунитет.
Прообразом теории Бернета явилась гипотеза датского иммунолога Йерне о том, что в организме всех животных в небольшом количестве имеются естественные (т. е. присущие от рождения) антитела ко всем возможным антигенам. Если появляется антиген, он соединяется с соответствующим антителом, и этот комплекс поглощается макрофагом, который и выступает "настройщиком" особенности антител.
В окончательном виде клонально-селекционная теория Бернета появилась лишь в 1957 г. в австралийском "Научном журнале" под названием "Видоизменение теории Йерне о производстве антител с введением понятия клонового отбора".