— Есть комод, есть стол. Стул этот сломан, но я принесу другой. Рядом за дверью все удобства. Водопровод работает. Когда нужно горячую воду, говорите, я включу бойлер. Если немного подождёте, я наведу тут порядок и принесу бельё. Только оплата, пожалуйста, вперед. Иначе я и прибирать не стану.
Плюнув на всё на свете, Шторм-Спринг согласился, отдал шебутной корове полтинник, забрал ключи от черного входа в дом и пошёл искать Энтони. Рёв мотоцикла разносился на всю округу и хорошо слышался издали, уже через несколько минут они встретились.
— Я нашел нам ночлег. Правда, там… В общем кровать старая и одна. Но других вариантов нет. Пятьдесят баксов на неделю. Столько же осталось, и это всё, что у нас теперь есть. Через час можем идти туда. Хозяева просили подождать.
Тони слушал его в пол уха. Или просто не вникал в смысл сказанных слов за исключением последних. Ночлег мало интересовал его: поездка по городу выявила куда более интересную достопримечательность города Баррота.
— Подождать — так подождать! Садись, отвезу тебя в местное весёлое заведение. Сколько, говоришь, у нас есть? Пятьдесят баксов? Хватит. Пора уже отдохнуть и отметить, что мы вновь на колёсах!
Транди посмотрел искоса и буркнул:
— Ты что, собрался пить?
— Я хочу отдохнуть! Плюс, нужно же заводить знакомства. Ты забыл? Нам нужна работа! Давай, садись. Ты весь дрожишь от холода, а там не просто тепло, а, кажется, жарко! И музыка хорошая.
Нехотя Шторм-Спринг уселся вновь сзади Блэка, мимо них пронеслось несколько улочек, и мотоцикл остановился возле здания, в котором, возможно, когда-нибудь снимали старые вестерны. Окна светились, изнутри доносились громкие звуки заезженных уже рок-хитов. Рядом, поставленные как попало, красовались еще несколько байков и старенький грузовик. Название кабака было не прочитать из-за темени. Там действительно было почти что жарко, хотя ужасно накурено. Продрогший до костей блондин не успел и оглянуться, как Тони уже стоял у стойки бара, откуда вернулся с целой бутылкой виски. Золотистый напиток наполнил два бокала.
— Ну, давай! За наше спасение и за байк!
Этот засранец, казалось, помолодел лет на двадцать и от души веселился. Развалившись на лавке, он даже подмигнул продавщице и сделал рукой какой-то знак в сторону сидящего неподалёку посетителя заведения.
— Пей же, сейчас-то чего бояться? Заодно сразу согреешься.
Глоток крепкого пойла мгновенно возымел свое действие. К радости, стало тепло, и по телу разлилась нега. Вот только Энтони тревожил Шторм-Спринга с каждой минутой всё больше.
— Придурок, сколько ты спустил на выпивку?
— Всего-то двадцатку! Это не фирменное. Виски местного производства. Но, скажу тебе, это очень недурная вещь! Кажется, даже чуть крепче того, что когда-то наполняло эту бутылку.
Три четверти бокала исчезли в глотке Блэка, после чего он стал еще более напоминать защитившегося дипломника на выпускном. Налил себе ещё столько же, сбросил куртку и зачарованно любовался дымом своей сигареты. Девица в баре уже форменно не сводила с Тони влюблённых глаз. Но он не обращал на это внимания, его привлекла совершенно другая сцена. У стены напротив двое молодчиков забавлялись рукоборством. Причём, не просто так, а на деньги. Судя по возгласам, «ставкой» в игре служила как раз двадцатка — цена бутылки виски. Большие глаза Энтони сфокусировались на противостоянии, он явно уже болел за одного из них и обсуждал приёмы. Не сложно было догадаться, что этой «забавой» и сам он когда-то тешился. Возможно, что профессионально. Шторм-Спринг, конечно, мог понять настроение друга: после таких потрясений, что выпали на их долю, мало кто удержал бы ясность мыслей и хранил хладнокровие. Да, ему нужно было расслабиться и отдохнуть. Но сам Транди предпочёл бы пропустить по одной уже дома и далее обсудить планы на дальнейшую жизнь в этом канадском городке. Вот только он теперь был не один. И Блэк был вовсе не тот, кто станет исправно слушаться. Раззадорившись игрой, он что-то выкрикнул борцам. Его любимчика победили, а в ответ на ругательную тираду самого Тони заприметили. Надо отдать должное: посетители кабака почти не обращали на них внимания, не задирались и не задавали вопросов. Но тут уж колоритному парню с рельефной мускулатурой предложили даже не сделать ставку на следующий бой, а самому — участвовать.
Транди был против. Он очень боялся, что Энтони просто забудет о том, что теперь он никакой не миллионер, никакой не воротила оружейного бизнеса, и у них обоих просто ничего нет. Ему искренне хотелось забрать выпившего Блэка за шиворот и увести в снятую конуру. Но сделать это не представлялось возможным. Оставшиеся деньги были у Энтони, Шторм-Спринг почти не сомневался, что сейчас он спустит их почти все… Но теперь он не мог ни командовать, ни уйти прочь. Теперь с этим парнем они были скованны железной цепью. И он, как здравомыслящий, не имел никакого права оставить товарища.
Двадцать баксов из тридцати оставшихся у них в распоряжении легли на игровой стол. Тони завязал хвост, сел напротив здорового мужика, только что победившего борца, который казался даже сильнее. Локти упёрлись в деревянную столешницу, ладони сомкнулись в стальном рукопожатии. Противник нещадно атаковал новичка, но Энтони не сдавался. Его глаза пронзали насквозь рослого деревенщину, мышцы под кожей играли во всем теле. Сперва преимущество перешло на сторону Энтони, а потом он выбрал момент, рванул рукой и стал победителем в этой схватке. За ними следили все собравшиеся. Как-никак, раньше никто тут их не видел. Забрав свою двадцатку и разделив остаток бутылки с кем-то из мужиков, Блэк принял и второй вызов. Шторм-Спрингу очень хотелось умыкнуть из этой «царской казны» хотя бы первоначальное вложение. Но ребята уже договорились вести поединок по двойной ставке. Второе противостояние рук длилось подольше и встало Тони сложнее. Но он вновь одержал верх. Теперь уже все завсегдатаи кабака лезли к нему знакомиться. Транди с трудом удалось отвести Блэка в сторону и, пока тот курил на улице, не подумав накинуть куртку, умыкнуть у него первоначальные полста баксов.
Шторм-Спринг был разочарован и зол. Радость побед дурманила Тони голову похуже виски, с которым тоже был уже перебор. Теперь Блэк решил, что с деньгами уже не будет проблем, уселся за стол с еще одним парнем. К счастью, тот был пьян не меньше самого Энтони… Они поставили по двадцатке, бой похож был скорее на шуточную пародию. Выигранные деньги длинноволосый красавчик без сожаления спустил на выпивку, еще с час болтал с канадскими кабанами о мотоциклах. Транди всерьёз уже думал, что делать с байком и даже пробовал договориться в заведении, чтобы железный конь постоял до завтра здесь. Только никто не слушал его, и в итоге вчерашний самодостаточный умница оказался опять на том же сидении, выдержал несколько минут чудовищной езды по ухабам. Когда они вошли в свою комнату, Блэк не заметил форменно ничего: ни адского рассветного холода, ни даже того, что кровать одна на двоих. Их активы выросли на двадцатку. По крайней мере, завтра можно было не беспокоиться о том, на что жрать. Герой вечера забавно уткнулся носом в подушку и тут же уснул. Второго на таком холоде ждала долгая и бессонная ночь… Но в конце концов, парню надоело мёрзнуть, он прижался к Блэку, обхватив его рукой, и тоже забыл обо всём. Ему ведь тоже требовался сто крат уже заслуженный отдых. Вот только до последнего голову не покидала мысль о том, во что теперь выльется этот «деревенский Лас-Вегас».
========== Часть 12 «Мужская работа» ==========
Уже за полдень Транди разбудил яркий солнечный свет. Щека ощутила дыхание Энтони, спавшего как убитый, но вовсе не попытавшегося за всю ночь избавиться от тёплой «грелки». Коснувшись носом мягкой бородки друга, блондин улыбнулся и нежно провёл рукой по красивому упругому плечу длинноволосого здоровяка. В их комнате все ещё было далеко не жарко, из-под одеяла вылезать не хотелось. Но нужно было позаботиться о насущном: как минимум нагреть душ и вымыться, а также добыть еды на завтрак. Блэк даже не шелохнулся, когда его товарищ покинул ложе. Лишь повернулся на бок, с ворчанием коснулся правого плеча. Шторм-Спринг укрыл его получше, подумав про себя:
«Эх, Тони! Мало тебе вчерашних ушибов и ссадин, надо было сделать так, чтоб ещё башка болела, а заодно и рука! Спи, глупое ты создание! Обещаю обо всем позаботиться».