— А ты хорошо на ней смотришься! Прямо созданы друг для друга!
В этот момент на щеках блондина вспыхнул очень редкий для этих щёк румянец. Было видно, что ему польстил комплимент, и в душе проснулось что-то из полузабытых детства и юности.
— Ну, ты тоже шикарно смотришься на мотоцикле. Завтра я приду на тебя любоваться. А сейчас просто болеть и желать победы. Идём, пора уже.
Армрестлинг на этих играх был одним из любимейших видов спорта. Рестлеров было много, и теперь, после первой отборочной недели, остались самые лучшие. Энтони волновался, ведь успех в одном крохотном городишке мало что значил на этом, куда более масштабном мероприятии. Транди хотелось поддержать его, но ведь в такой момент неуместны действия, которые хоть отдаленно могут быть расценены как нежность. Он был счастлив в те дни, как никогда раньше в жизни. Но уже понимал, насколько непросто быть рядом с таким человеком как Тони: любить его и делать всё правильно. Направляясь к освещённому павильону, они даже не держались за руки. Блэк был сосредоточен и безмолвен. Уже на подходах своего Гризли встречала команда болельщиков всех возрастов. И в этот вечер Шторм-Спрингу предстояло занять место среди них, не более того.
Состязания рукоборцев были обставлены красиво и даже феерично. Десять героев прошлой недели по одному выходили на сцену обнаженными по пояс, приветствовали своих почитателей и без стеснения обменивались бранными фразами в адрес друг друга. От этого толпа, наводнившая павильон, взрывалась от хохота. За столиками рекой лилось пиво, воздух наполняли звуки тяжелой и зажигательной музыки. В зале не было возвышения для зрителей, поэтому основная площадка-сцена, на которой установлены были столы для схваток, полностью охватывалась камерами, изображения с которых транслировались на большой экран. Пяти парам предстояло провести по две схватки друг с другом, после чего проигравшие дважды автоматом выбывали. Распорядок дальнейших состязаний определялся по результату. Дважды выигравшие попадали в полуфинал, а выигравшим единожды нужно было еще побороться за свое место в нём. Время тянулось бесконечно. Шторм-Спринг чувствовал, что, несмотря на теплую погоду, руки его холодны как лед. Отчего-то он ждал увидеть здесь Быка, но его не было среди десяти четверть-финалистов. Вопрос, заданный соседу по столу, не принес ответа: мужик знать не знал, о каком Быке он говорит. Впрочем, среди такого гула и шума разговаривать вообще было невозможно. Для этого пришлось бы вылезти на сцену и забрать микрофон у ведущего. Вопрос оставался открытым. Но главное — одной проблемой меньше. Транди верил в своего Энтони. По сравнению с Блэком половина его потенциальных противников выглядела просто как откормленные свиньи. Вот только внешний вид в этом спорте обманчив. Первые противостояния длились долго и всех заставили понервничать. Лишь за одним столом победа далась участнику быстро. Напротив Энтони сидел здоровый амбал, на экране всех показывали по очереди. И когда можно было различить детали поединка, Шторм-Спринга охватывал страх, что этот детина порвет Тони связки или повредит мышцы. Победа далась тяжело, можно стало вздохнуть с облегчением. Но впереди был второй тур — второе противостояние с тем же противником. И как ни старались болельщики из Баррота, как ни пытался Транди поддержать своего друга с расстояния, выдержать и второй бой Блэку не удалось. Между ними была ничья. А значит, предстояли еще схватки, пусть и с другими противниками, но уже в состоянии сильной усталости. И теперь уже точно побеждать надо было дважды. Вышедших в полуфинал с первого тура было трое. Трое выбыли. А оставшимся четверым предстояла дальнейшая борьба. Данный на отдых и подготовку час они просто обязаны были провести вместе, и Транди через толпу рванулся на задворки. Там уже скопилось много людей. И если бы они с Энтони не были заявленной парой, его бы просто не пропустили.
Ждать сейчас от Блэка благодушия не приходилось. Но он верил и знал: Тони ждет его. И пусть этот разъяренный медведь сейчас просто сорвет на нём всю злость — нужно быть благодарным судьбе хоть за это. Противников развели в разные комнаты, дабы предотвратить беспорядки. На столе стояла вода и кое-что подкрепиться. Всё не тронуто, глаза друга, словно стеклянные, глядели в одну точку.
— Всё хорошо, соберись! Мы ещё не проиграли.
Тони чуть дернулся, и если бы не усталость, зарычал бы, наверное. Руки Транди обвили его сзади, поглаживая натруженное правое плечо. Говорить не хотелось. Да и слова не шли. Блондин отчетливо понимал, что существует ряд ситуаций, к которым он форменно не готов и просто боится сделать что-то не правильно. Они так и провели почти час в безмолвии. Возможно, это был верный ответ на вопрос — как сейчас поступать? А быть может, он действительно не знал нужных слов.
Второй противник Блэка был сухопарым и мускулистым. Здесь явно требовалась другая тактика боя. Но они однозначно не сходились в спарринг на отборочных. Тони собрал волосы в хвост, на секунду закрыл глаза, и ладони их встретились. Когда экран поймал взгляд Темного Гризли, не один Транди подумал, что лучше никогда в жизни не встречать на себе такого взгляда. Блэк был беспощаден и прямолинеен: не более минуты схватки, мощный рывок, и тыльная сторона ладони противника ударилось о дерево столешницы. Схватка за соседним столом завершилась много позднее. Но это был не конец. И приходилось невольно задавать себе вопрос: сколько же силы Энтони вложил в этот рывок? Выдержит ли он подобное второй раз? Он выдержал: столь же отчаянно и бесцеремонно. Парень напротив рвал на себе рубаху от досады, глаза Гризли закрылись. Даже на расстоянии ощущалось, что в еще одной схватке ему уже не одержать верх. За соседним столом бой еще продолжался. И оставалось уповать лишь на то, чтобы первый противник Блэка сейчас не вышел в нем победителем. Здоровяки изводили друг друга долгие шесть минут, раскаляя нервы и своих болельщиков, и всех, кто пришел поддержать Медведя. И вышла ничья. А это значило, что Тони выходит в полуфинал, причем вытеснив оттуда одного из очень серьезных претендентов на победу.
Оставшись, наконец, вдвоем, парни просто смотрели друг на друга сквозь темноту. Длинный тяжелый день, пока еще никаких медалей. Но всё же победы. И так бы держать.
— Я весь день не знаю, что и сказать. Но если ты хочешь ласки и наслаждения…
— Я хочу этот Харлей Дэвидсон.
Впрочем, и такой ответ вполне устроил Шторм-Спринга. Ведь победитель с высокой мечтой об ещё больших победах всегда достоин любви и нежности!
***
Следующий день показал обоим, что трудности ещё только начинались, и если раньше всё шло предсказуемо и закономерно, то теперь каждый из них имел перед остальными серьезные упущения и минусы. И в целом, в четвертьфинал и на скачках, и на гонках мотобайков они выбрались с трудом. Плюс уже с самого утра пришлось расстаться. Ипподром находился совсем рядом с курортным городком, а для гонок мотоциклистов, по вполне понятным причинам, отведена была территория поодаль. Стукнувшись кулаками и сказав друг другу лаконичное: «Успехов, держись!», оба направились в разные стороны.
Над ними потешались. Не нужно было ума, чтобы понять: почти все четверть-финалисты участвуют на своих собственных лошадях. И без исключения у всех байк получше и не такой старый. Изначально казалось, что это — дурные затеи, и здесь им никогда не выгадать бронзы, которая внесла бы свою лепту в итоговый зачет. Но оба решились. И странным образом им повезло: две кобылы заупрямились и перепугались. А один из самых шикарных мотоциклов слетел в кювет, навсегда выбыв из соревнований. Не с лучшими результатами, не в лучшем настроении и наслушавшись гадостей, друзья встретились за обедом, объявив друг другу, что путь в полуфинал открыт. Но уж там-то их точно ждет сплошной позор и разочарование. Еще и байк нужно серьезно чинить, и им не справиться с этой задачей без помощи знакомых из Баррота. А вечером за игрой в бильярд оба они просто отдыхали и всерьез подшучивали: как бы не пришлось между собой разыгрывать серебро и золото. Из-за малого числа участников этот тур уже был почти как полуфинал. По его завершении осталось пять человек. Третий день четверть-финала стал самым ответственным из последних. Лучшие стрелки игр выходили на главное свое состязание — стрельбу по движущимся мишеням. А вечером весь городок ожидало одно из долгожданных зрелищ: четверть-финальные схватки борцов. Шторм-Спрингу предстояло и дальше злить Майка, ну, а Блэк точно знал, что этим вечером увидится с Быком. Пока еще не на ринге, но его враг непременно придет туда, и хорошего от него не жди.