Глава 1. Тишина знает имена.
Дмитрий вошёл в кабинет и на секунду задержался у порога. В нос ударил слабый запах новой мебели, бумаги и едва уловимый аромат кофе, доносящийся из коридора. Он провёл ладонью по косяку двери, будто убеждаясь в реальности происходящего.
— Ну, вот и всё… — выдохнул он, делая шаг вперёд.
Кабинет был пока пустоват. Строгость и лаконичность обстановки подчёркивали его новизну: рабочий стол из светлого дерева, чёрный офисный стул, несколько простых стульев для посетителей. Вдоль стены — шкаф для документов с ещё пустыми полками. В углу — вешалка, одинокая и ненужная в этот тёплый день. Компьютер стоял на столе, экран потух, но клавиатура уже намекала на предстоящие долгие часы работы.
Дима прошёл к окну, посмотрел на улицу. Город жил своей жизнью: машины сновали по дорогам, люди спешили по делам. Он больше не был сержантом, теперь он следователь. Ступенька вверх, ещё один шаг к тому, к чему он стремился.
— Чёрт возьми, я это сделал, — он провёл рукой по лицу и усмехнулся.
Снял китель, повесил на спинку кресла, сел. Столешница холодная, безличная. Ещё. Но скоро здесь появится его любимая кружка, фотографии — возможно, родителей и снимок с выпуска. Может, купить небольшой настольный календарь.
— Надо как-то обживаться, — пробормотал он, постучав пальцами по столу.
В этот момент в дверях появился коллега — Денис Романович, опытный следователь, высокий, с седыми висками и лёгкой сутулостью.
— О, Дима обживается? — усмехнулся он, заглянув внутрь.
— Привыкаю, — Дмитрий улыбнулся, встал, протянул руку.
— Молодец. Добро пожаловать в настоящий дурдом, — Романович пожал ему руку с лёгкой усмешкой. — Но ты держись, тут свои правила. Вопросы будут — не стесняйся, спрашивай.
— Спасибо, Денис Романович.
Коллега кивнул и скрылся за дверью. Дима снова сел, нажал кнопку на компьютере. Экран вспыхнул, приветствуя его, как будто сам кабинет принимал нового хозяина.
Дмитрий ещё раз оглядел кабинет, пытаясь привыкнуть к мысли, что теперь это его рабочее место. Он провёл рукой по столу, постучал пальцами по деревянной поверхности. В голове роились мысли: как сложится его первая неделя, какие дела ему поручат, как быстро он освоится.
Трррр…
Резкий звонок телефона вырвал его из раздумий. Дима вздрогнул, машинально посмотрел на аппарат. Чёрная трубка, аккуратная, с мерцающим зелёным индикатором вызова.
— Ну, вот и началось, — пробормотал он, протягивая руку.
Он поднял трубку и поднёс к уху:
— Следователь Дмитрий Павлов, слушаю.
— Павлов, зайдите ко мне, — голос был спокойный, но твёрдый.
Дима сразу узнал его. Константин Петрович, старший следователь. Опытный, строгий, но справедливый. В отделе его уважали, а новички побаивались.
— Так точно, Константин Петрович, сейчас буду, — ответил Дмитрий, чувствуя, как внутри поднимается волнение.
— Жду, — короткий гудок дал понять, что разговор окончен.
Дима медленно опустил трубку на рычаг, глубоко вдохнул и выдохнул. Это был его первый вызов в новом статусе. Впервые не как сержанта, не как помощника, а как следователя.
— Ну, погнали, — пробормотал он себе под нос.
Он быстро проверил, ровно ли сидит китель, поправил рукава. Шаги по коридору отдавались в тишине отдела. Люди за столами, кипа бумаг, запах кофе и чернил. Всё было привычным, но теперь казалось другим — словно он смотрел на это с новой точки зрения.
Подойдя к двери с табличкой
«Старший следователь Константин Петрович Мельников», Дмитрий постучал.
— Войдите, — донёсся голос изнутри.
Он взялся за ручку, сделал короткий вдох и шагнул внутрь.
Дмитрий вошёл в кабинет Константина Петровича и почти сразу почувствовал, как на него давит атмосфера этого места. Здесь пахло бумагами, кофе и чем-то неуловимо металлическим — возможно, сталью сейфа или оружием, которое иногда оставляли на столе.
Кабинет был строг и функционален, без лишней эстетики — пространство, созданное для работы, а не для комфорта. Стены окрашены в нейтральные тона, что делало их почти невидимыми, не отвлекая внимание. По периметру возвышались книжные шкафы, набитые юридической литературой, уголовными делами и справочниками. Некоторые папки были потрёпаны от частого использования, а корешки книг местами выцвели — знак того, что ими действительно пользовались, а не выставляли для вида.
В центре кабинета стоял массивный письменный стол из тёмного дерева — словно остров среди волн бумаг и файлов. На нём разложены документы, компьютер, россыпь канцелярских принадлежностей. В углу стола — телефон и рамки с фотографиями семьи.