Денис Романович открыл дверцу и вышел первым. Он бросил взгляд на здание, затем перевёл его на Дмитрия.
— Ты чего задумался? — спросил он, прищурившись.
— Да так, — Дмитрий потёр переносицу. — Просто вспоминаю, когда был тут в последний раз.
— И как впечатления?
Дмитрий усмехнулся, но в его улыбке не было веселья.
— Без изменений. Здесь всегда одно и тоже.
Денис кивнул, затянулся очередной сигаретой, хотя до этого обещал, что это была последняя.
— Это да. Морг — одно из тех мест, где время не идёт. Тут только два состояния: до и после вскрытия.
Он посмотрел на массивную металлическую дверь, на потёртую табличку с надписью «Патологоанатомическое отделение».
— Ладно, пора. — Он выдохнул дым и стряхнул пепел. — Пошли знакомиться с нашим клиентом.
Денис вздохнул, расправил плечи.
— Ну что, новоиспечённый следователь, готов к первой встрече с реальным делом?
Дмитрий посмотрел на него и кивнул.
— Готов.
— Тогда пошли, — Денис хлопнул дверью и направился к зданию.
Дима вдохнул поглубже, вышел из машины и двинулся следом, хлопнул дверью и, вдохнув холодный воздух, направился к входу. Он не испытывал страха. Лишь привычное, тяжёлое предчувствие — здесь ему вновь придётся смотреть в лицо смерти.
Внутри него бурлило странное сочетание волнения и решимости. Это была его первая настоящая работа как следователя. И он собирался сделать всё правильно.
Дима остановился, не торопясь идти к дверям. Он, молча смотрел на здание морга, будто тот приветствовал его всё той же, неизменной угрюмостью. Серый фасад, обшарпанные стены, табличка, едва читаемая с расстояния, – ничего не изменилось за прошедшие годы. Разве что краска чуть больше облупилась, да мрак вокруг стал как будто гуще.
— Что, ностальгия накрыла? — усмехнулся Денис Романович, стоя чуть впереди и бросив взгляд через плечо.
Дмитрий не сразу ответил. Он медленно кивнул, будто подтверждая что-то самому себе.
— Последний раз я здесь был с Ильёй Борисовичем. Года три назад… — проговорил он тихо, словно вспоминая, не желая тревожить тишину. — Тогда парень погиб в аварии. Мы привезли родственников на опознание. Мать… — он запнулся. — Мать так кричала, когда его увидела. Мне тогда было двадцать два, я даже не знал, как реагировать. Стоял, как вкопанный.
Денис притих, сигарету убрал в карман, даже взгляд стал серьёзнее.
— Такое не забывается. — Он подошёл ближе, чуть коснулся Димы по плечу. — Но это и делает нас теми, кто мы есть. Мы не отворачиваемся. Мы идём туда, куда другим страшно.
Дмитрий глубоко вздохнул. В горле першило — не от холода, от воспоминаний. Он провёл ладонью по лицу, словно стирая с себя всё, что вдруг навалилось.
— Теперь сам веду дело. — Он посмотрел на здание уже другими глазами. — Илья Борисович бы одобрил. Он всегда говорил: «Не бойся смотреть правде в лицо. Даже если она мёртвая».
— Мудро, — кивнул Денис. — Ну, вперёд, напарник. Время работать.
Дмитрий кивнул и шагнул к дверям морга. Внутри уже ждала работа — холодная, мрачная, но необходимая.
Они толкнули тяжёлую металлическую дверь, и внутри сразу пахнуло тем самым — едва уловимым, но непередаваемым запахом морга: смесь формалина, хлорки и чего-то… живого, вернее, бывшего живым. Даже антисептики, щедро распылённые по углам, не могли до конца скрыть это ощущение — как будто сама смерть оставляла след, который невозможно отмыть.
Дмитрий моргнул, позволяя глазам привыкнуть к резкому, холодному свету. Он сразу вспомнил этот ослепляющий эффект: лампы здесь били прямо в лицо, не оставляя теней, словно выжигая всё лишнее. Коридоры были узкие, без украшений, без цвета — только серые стены, белая плитка и металлические двери с табличками. «Анатомическая лаборатория», «Операционная», «Камера хранения». Всё бездушно, предельно ясно. Тут нет места эмоциям. И всё же — внутри что-то невольно сжималось.
— Всё так же мерзко, — буркнул Денис Романович, поморщившись и втянув голову в плечи. — Будто в холодильник зашёл. Только без еды. И с мёртвыми.
— Зато чисто, — усмехнулся Дмитрий, шагнув вперёд. Он чувствовал, как воздух словно стал плотнее. Каждый шаг отдавался эхом, а подошвы скрипели по плитке, слишком громко в этой стерильной тишине.
Мимо них прошёл лаборант в белом халате, с планшетом в руках. Он мельком глянул на них, кивнул и скрылся за одной из дверей. Без слов. Здесь редко говорили много.