Прокс действительно крайне переживала за своего брата, если она и была способна на любовь, то вся она проявилась в ее чувстве к Лео. В какой-то момент я пожалела, что у меня никогда не было старшего брата, я бы тоже хотела иметь такую защиту и опору, как они были друг для друга.
Прослушав эту историю, уже столь знакомое чувство вины возникло во мне с новой силой, и я решила во что бы то ни стало поговорить с Лео, выяснить все наши отношения. Хотя о чем это я вообще? Мы и правда знакомы меньше суток, впрочем, может быть для истинной любви достаточно одного взгляда? Так, ладно, оставим пока в покое любовь, на данный момент ясно, что между нами существует взаимная симпатия и притяжение, но о любви пока рассуждать рано. Да, к тому же, вполне возможно, что его чувство ко мне основано в большей степени не на личной симпатии к моей конкретной персоне, а на том, что он наконец-то встретил похожую на себя, если, конечно, я и вправду оборотень. Кстати, пора бы заняться выяснением этого вопроса.
– Мне нужно поговорить с ним… начала я без лишних предисловий, как ты думаешь, где он может быть?
– Трудно сказать… думаю, сначала стоит посмотреть, на месте ли его мотоцикл…
И почему всех мужчин в расстроенных чувствах так тянет погонять на чем-нибудь. Вот никогда не могла понять, почему просто нельзя сказать все как есть. Получить прямой ответ на прямой вопрос. Зачем разыгрывать все эти трагедии, убегать, страдать где-то в одиночестве, а потом возвращаться с очень неестественно спокойным лицом, которое каждую секунду подергивается нервной гримасой. Неужели они и вправду думают, что никто ни о чем не догадался? Или считают, что признаться во всем честно это признак слабости, за который их потом будут презирать? На мой субъективный взгляд, как раз все это нервно-импульсивное поведение и делает их более достойными жалости, нежели факт искреннего разговора, в конце которого он хоть и может быть отвергнутым, ну уж по крайней мере будет точно знать, как видит все произошедшее другая сторона, а не основываться на своих часто ложных ощущениях и догадках. В конце концов если их угораздило влюбиться в какую-нибудь дурочку и они боятся, что об их отставке, которая, о да конечно же, так унижает, узнают все ее подруги и не дай Бог еще его собственные друзья, вот тут и можно подключать свои театральные способности, если уж так хочется, и все отрицать. Вряд ли ведь она записывала его признания и рыдания, если таковые имелись, на диктофон. Кстати, о плачущих мужчинах, у меня они всегда вызывали нет.. не презрение.. наоборот. Мне кажется на слезы в присутствии любимой женщины (искренние слезы) способны только поистине сильные, незакомлексованные мужчины.
– Ты не могла бы меня проводить до вашего дома, я подожду его там, боюсь, сама я буду очень долго искать дорогу, – призналась я. Прокс кивнула. – Кстати (мне подумалось, что стоит поговорить о чем-нибудь другом, пока она будет провожать меня до дома), давно хотела спросить, почему в Параллели такой разброс имен. Есть обычные, почти как мое, например Макс, Лео. А есть Прокс, Ри..
– Тут все просто. Естественно у обитателей еще того, общего мира имена слегка отличаются от современных. Ну и многие маги, не желая выделяться, берут себе похожие. А имена из земной жизни обычно оставляют те, которые скучают по ней, или хотя бы просто пытаются сохранить память, связь.
– Интересно, какое бы имя придумать себе?
Прокс засмеялась. – Я думаю тебе еще рановато думать об этом. Давай сначала определимся со способностями, если ты не возражаешь.
В этом была, конечно, доля логики, но мне так хотелось поскорее стать полноправной частью Параллели! Как ни странно сохранять какую-либо связь со своей земной жизнью у меня не было ни малейшего желания. Здесь, несмотря на постоянную темноту и в первый же день зародившийся конфликт, мне было гораздо лучше, спокойнее. Как будто все предыдущие годы я жила не в своем мире, и теперь вот наконец-то кто-то исправил свою ошибку, переместив меня сюда.
Приказ
– Лучше бы нам убраться отсюда подобру-поздорову. Что если мы встретим кого-нибудь из белых? Тогда столкновения точно не миновать.