Параллели беременности
Беременна! Этого Валентина не ожидала, хотя почему бы и нет, ведь они месяц назад сыграли с Валеркой Афанасьевым свадьбу. Выйти замуж не напасть, кабы замужем не пропасть. Вот она и пропала, послушалась мать. Очень уж хотела Алевтина Родионовна Карпова дочь выгодно пристроить, пристроила. Отец у Валерки директор завода, мать – завуч в школе, семья интеллигентная, обеспеченная. Валечке всего-то восемнадцать годков, не видела ничего, да мама побоялась, что спутается доченька с голодранцем, а голодранца сорокалетняя Алевтина Родионовна не потерпит, стыдно перед людьми будет. Её солнышко достойно богатства и процветания, ведь красавица писаная.
Муж Карповой недавно умер. Если не считать свекрови, остались они с дочкой одни-одинёшеньки. Что не любит Валюшка Валерия, по Алиному мнению, ерунда: стерпится – слюбится, сама Аркашку не любила. Не стерпелось, не смогла непослушная девчонка ласки законного супруга терпеть, убежала от него в опустевший без Аркадия дом. Говорит, аборт сделаю.
- Не сделаешь, - заупрямилась Алевтина. – К мужу вернёшься, вон под окнами стоит, ждёт, когда образумишься.
- Ну и пусть стоит, - фыркнула негодница, а когда мать ушла на свою кондитерскую фабрику, налила полную ванну горячей воды и погрузилась в неё, стараясь вызвать кровотечение. Ранее и с шифоньера она прыгала, и тяжести поднимала, и аспирин пила…. ничего не помогло.
«Ещё бабушка по телефону свою линию гнёт, - думала, обливаясь потом, Валюшка,- греховны эти аборты, говорит, на том свете отвечать придётся».
Ванна результата не принесла, и шевельнулась в душе молодой женщины ненависть к будущему ребёнку.
Вечером мать пришла с работы сама не своя, засмеяли сотрудницы. «И что, - перемигивались и хихикали они, - лучше твоя красотуля наших дочек»? Легла Алевтина в постель и к стене отвернулась. Ходила возле неё Валя, ходила. А потом и сама на диване приткнулась. И тогда тяжёлый сон сразил её сразу, как комара, прихлопнул эфирной ладонью.
******
Утром зазвонил будильник, и Валентина вспомнила о своём незавидном положении. Жить не хотелось, хотелось выброситься из окна.
- Только рожать! - прошептала мать, видно, уже лежала без сна.
К Валерке Валечка так и не вернулась, по настоянию мамы и бабушки произвела на свет сына, как две капли воды похожего на своего отца. Приехали Афанасьевы в роддом, хотела родильница внука бабке с дедкой отдать, но Алевтина не позволила.
- Сами будем воспитывать, - проворчала она. – Папочка тебе алименты платить станет.
- Обязательно помогать будем, - вставила веское слово несостоявшаяся свекровь.
А Валерка смотрел на бывшую жену и, казалось, облизывался. Тогда вспомнила Валя его слюнявые поцелуи, и её затошнило. А ещё секс вспомнила, гаже ничего на свете она не испытывала.
Мальчика назвали Аркадием, в честь умершего деда. Алевтина души в Аркашке не чаяла, только молодая мать морщилась, когда кормить его собиралась – смотрела на пухлые губы малютки и губастого Валерку вспоминала.
Жизнь померкла. Валя всё больше и больше с ужасом понимала, что сопящий в кроватке малыш вызывает у неё неприязнь. А однажды вытащила её на танцы во Дворец Культуры подруга Тоня. Громкая музыка оглушила Валюшку, она оглянулась по сторонам и встретилась глазами с Никитой Елисеевым. Красив, как бог, Никита - черноокий, мускулистый. Засмотрелась девушка на него, да и он кареглазую красавицу приметил, подошёл пригласить на вальс, а затем и к себе в гости позвал, чтобы познакомить с родителями и братьями-близнецами. После пяти месяцев встреч потеряла голову Валечка, переспала с парнем.
- Молод ещё, чтобы жениться, - заявил Елисеев, – и мама против женщины с ребёнком. Делай аборт.
- Не сделаю, - заупрямилась Валентина, - рожать буду.
А сама подумала, что это дитя будет самым красивым и самым любимым, а ещё оно свяжет навеки её с избранником.
- Тогда пеняй на себя, – огрызнулся Никита. – Моё дело маленькое, не хочу чужого пацана растить.
- У меня врач знакомая, - узнав о решении дочери, стала умолять её Алевтина Родионовна. – Пусть папашка операцию оплатит, а я уж обо всём договорюсь.
И тогда Валя стала сомневаться в принятом решении. Сомневалась до тех пор, пока из деревни бабушка не приехала.
- Аборт – грех, - вновь возмутилась Анастасия Антоновна. – Пущай рожает, воспитаем.
- Надо мной и так смеются, - заплакала Алевтина.
- Рожу ребёночка, вернётся ко мне Никита, - заявила Валя, - Вот и бабуля поддерживает.
Через семь месяцев произвела Валентина на свет двойню – Максима и Марата.
И тут даже бабушка запаниковала.