- Это Типони! - провозгласил вождь. - Она попала в беду, но Гээджи спас девушку. Типони пострадала от рук Колонистов не меньше, чем мы с вами, поэтому наш долг дать ей кров и позаботиться о её благополучии! Я прошу вас, мой славный народ краснолицых, примите её так же, как приняли беглого Мастака, вынужденного покинуть своё племя из-за религиозных разногласий. Принять так же, как приняли Юту из племени Тени и Жасмин из Желтых песков. Я знаю, что вы добрые и честные люди, не способные оставить человека на произвол судьбы.
- Красиво говоришь, Беркут! - отозвался пожилой мужчина, опирающийся на трость, и не спускающих угольно-черных, колючих глаз с моего лица. - Но не придут ли Колонисты за ней? Воюя с племенем Теней, мы знали, что в тактике и стратегии нам нет равных, но война с Цивилизацией - это другой уровень! Другие потери и жертвы. Твои подопечные - племя Кровавых огней! Готовы ли они пролить алые слёзы за девчонку, что никогда не будет нам ровней и не принесёт нам пользы?
Вождь помолчал несколько секунд, обдумывая слова старика. Выбор - девушка или народ стоял перед ним впервые. Потерять своих кровных братьев и сестёр, потерять свою семью, ради чужеземки. Мог ли он на это решиться? И лишь тёплая улыбка лучшего друга, и вдруг испуганно сжавшаяся ладонь совсем беззащитной девушки, не дали Орла поддаться на уговоры старика.
- Я не прошу Красных братьев и сестёр погибать за девушку, я прошу их быть верными мне. Доверять мне. Как часто я ошибался? Как часто я приносил кого-то из вас в жертву? Так почему же мы не можем защитить ту, что слабее и нуждается в капле тепла?
Толпа отрицательно загудела, твердя, что вождь не ошибся ни разу и ни разу не принёс красного брата или красную сестру в жертву.
- Когда я подводил мой народ? – продолжил говорить вождь. - Так почему вы не хотите поддержать меня сейчас?
- Потому что это прихоть твоего наперсника Гээджи! - зло закричал пожилой мужчина, ударяя палкой о камень. - Ты идёшь на поводу у того, кто не достоин звания шамана! Того, кто опорочил Большого змея и пытается навязать людям новые правила! Гээджи отдаёт силы не магическому ремеслу и не целительству, а обращениям. Где это видано, чтобы честный шаман мог покорять души животных, тем более двух? Тебя заведёт в могилу любовь к этому проходимцу!
Беркут выпустил мою руку и сделал несколько шагов к старцу, намереваясь заставить молчать его силой, но Ворон закрыл собой пожилого мужчину, встав между юностью и старостью неприступной стеной, не дав Орлу поднять руку на оратора:
- Не надо, мой друг, успокойся. Пусть шаман Ящер злословит, меня не ранят слова глупца. И не должны ранить тебя.
- Вот видите, люди. Даже свой праведный гнев, вождь краснокожих изливает по указке Гээджи! - расхохотался шаман. И, не получив должной поддержки, заковылял прочь, посылая проклятья на головы вождя, его друга, мою и всех присутствующих.
Люди, решив, что собрание закончено, начали расходиться, бросая напоследок испуганные и злые взгляды на меня. Как жить в месте, где меня заранее все ненавидят? Они даже не пытались поговорить и узнать меня ближе! Последним ушёл Мастак. Мужчина кивнул мне напоследок и поспешил по своим делам. Перед домом Ворона нас осталось трое: я, вождь и Ворон.
- Беркут, послушай… - попробовал поговорить с вождём Гээджи, но Орёл отмахнулся:
- Он прав, Ворон. Я, правда, люблю тебя больше остальных братьев и даже больше единокровной сестры.
Тогда Гээджи подошёл к вождю и положил ему руку на плечо:
- Вождь, я клянусь тебе. Каждая моя просьба, которую ты выполнил, приведет к спасению нашего народа! Ты возглавишь великую нацию, и все враги буду трепетать, услышав твоё имя.
Грустная улыбка скользнула по губам Беркута. Он не ответил и не отпрянул, только повернул голову в мою сторону, чтобы посмотреть в мои глаза. Что он там надеялся найти и чем я связана с просьбами Гээджи для меня оставалось загадкой.